пошла в ближайший магазин за готовыми и замороженными слоеными листами.
Прохожих я не замечала. Даже продавец в магазине не удостоился внимания.
Потом я села за обещанные Лиде иллюстрации и оторвалась от работы только к вечеру, когда Давид перестал играть. Я не знала, насколько знаменитый он композитор, и сколько зарабатывает, но его трудоголизм впечатлял.
Вместо пирогов я решила испечь круасаны. Спалила первую партию, распахнув настежь французские окна, попыталась выветрить гарь.
В белой, испачканной красками футболке и рабочем фартуке я побежала вниз по лестнице, и принялась звонить в дверь квартиры номер восемь.
- Изи… мне нужна твоя помощь! – Выпалила я на одном дыхании, и сдула прядь русых волос с лица. Я насквозь пропахла дымом. Щеки пылали.
Соседка насупилась. Потом ее глаза начали заполняться слезами, нижняя губа задрожала.
Мгновение! И уже я стою в парадной, обнимая пожилую и наполовину седую рыдающую женщину. Чем я успела провиниться – было для меня загадкой.
- Изи? Может в аптеку сбегать? Нужно что-то?
- Я не думала, что доживу до этого дня!!! Аааа!!! – Обливалась слезами Изи. – С семи лет ты не называла меня так! Аааа!!!
Скованная неловкостью момента, я неуклюже похлопала женщину по спине.
- Ну слезами делу не поможешь… так что…Изи… я испортила всю муку в доме, не знаю даже, откуда она у меня вообще взялась! И половину покупного теста я тоже благополучно выкинула в мусорку. Умоляю тебя, помоги! Мне, как воздух, нужны эти круасаны!
- Ты голодная? Проходи, дочка! Я тебя накормлю! – Изи все еще плакала, но уже начала тянуть меня внутрь своей квартиры.
- Круасаны не для меня!
В этот момент я начала немного сомневаться в своем необдуманном порыве попросить у Изи помощи!
Женщина двумя профессиональными движениями стерла влагу с лица, и мигом из барышни перевоплотилась в еврейского Шерлока Холмса.
- А таки кому ты собралась готовить? Подруги в гости придут? Или твой… этот! Как его там!
- Его там - Слава. – Напомнила я имя своего бывшего парня вредной Изольде.
- Ему печь ничего не буду! – Изи уперла руки в бока, и начала вытеснять меня к лестнице. - Он бросил тебя так некрасиво! Ни разу не позвонил! Знал, в каком ты состоянии, и…
- Изи!
- И не проси!
- Я знать не знаю, где сейчас Слава, как он, и с кем он! И не горю желанием узнавать!
- Тогда кому же…?
- Я хочу угостить Давида. – Изольда загорелась, будто утренняя звездочка! Она закрутилась вокруг своей оси, охала, хваталась за сердце.
- Плохая была идея… Прости Изи! Не буду тебя больше отвлекать!
Я развернулась на пятках, но не успела я дойти до пятого этажа, как она нагнала меня, уже вооруженная до зубов кухонной утварью.
- Дэви ни за что не догадается, что я тебе помогала! Уж я то постараюсь!!!
Соседка оккупировала мою кухню, с ловкостью опытного кулинара прибирая за мной, и расставляя новые продукты.
Я закатала рукава и принялась ей помогать.
Вместе мы замесили тесто, раскатали его. Уже сама я вырезала ровные ромбы, выложила по серединке кубики натурального шоколада, и аккуратно свернула круасаны.
- Ты очень похожа на свою маму, Мириам… - Изи вытирала руки о свой кухонный фартук. – Ты плохо помнишь, но она была такой же гордой, своенравной, но очень ранимой, чувственной… умеющей видеть то, что не замечают другие.
В духовом шкафу раздувалось слоеное тесто, а у меня наворачивались на глаза слезы. Я ведь и правда, практически не помнила маму.
- Спасибо. – Поблагодарила я соседку. И в этом слове была благодарность не только за этот короткий разговор, или помощь. Я благодарила за ее тепло. За то, что ни смотря ни на какие мои выкрутасы, она была рядом.
- Иди, и хорошенько потри свое красивое личико мочалкой! Ты вся в краске и в муке!
Изольда наскоро прибралась, вытащила противень с готовыми круасанами и ушла.
Второй раз за день я стояла в ванной. Необычное явление, особенно, если учитывать, что в последние шесть месяцев я могла даже зубы чистить не каждый день!
Я вымыла и высушила волосы, втерев в кончики ароматное масло, вытянула руки по швам и начала рассматривать себя в большом зеркале.
Темно-карие глаза горели, словно угли.
Стоя под горячим душем, я опять представляла Давида, и его откровенные поцелуи. Стоило направить струйки воды на лицо, и казалось, что сквозь водную завесу вижу мужской силуэт, который протягивает ко мне руки.
Мой единственный бывший парень не имел абсолютно ничего общего с мужчиной, который проснулся сегодня на моем матрасе.
Может, стоит купить кровать?
На экране телефона мигало сообщение из банка, извещающее меня о зачислении гонорара из издательства.
Я дотронулась до своих плеч, потом до полной груди, которая одна единственная не покинула меня! Потом повернулась и посмотрела на унылого вида попу. «Орешек» исчез…
Если найду в себе силы, то обязательно начну приседать! Я шутливо похлопала себя по ягодице и улыбнулась.
- Не печалься, красавица! Общими усилиями мы вернем тебе былой вид!
Продефилировав в чем мать родила, из ванной до гостиной, я достала из короба кружевное, прозрачное белье персикового цвета, неспешно надела его. Потом выбрала легкое шелковое платьице, походившее на ночную сорочку.
Дождь ненадолго притих, и с улицы тянула свежестью и прохладой. Я выглянула на балкон, наслаждаясь тишиной и каким-то незнакомым чувством умиротворения.
На старый город опустилась ночь. Может Давид уже успел заснуть?
Противоположный берег уже зажегся огнями фонарей. Туристы продолжали гулять и наслаждаться красотой парка Новая Голландия. Я опустила голову вниз, и заметила у парадной черную машину, из которой вышел одетый в темную одежду человек. Он долго копался в карманах, потом достал ключи и беспрепятственно зашел в дом. Послышались быстрые шаги по лестнице.
У меня испуганно застучало сердце. Я знала всех жильцов, и этот незнакомец не имел ничего общего с ними!
Я тихонечко подошла и загляянула в дверной глазок. Незнакомец подбирал ключи, а потом провернул их в замочной скважине соседской квартиры и вошел внутрь. Я прислушалась.
Может это грабитель? Или убийца? Какие-то ненормальные конкуренты или фанатки, могли же подослать кого-то к Леманну?
Рукой я нащупала папину бейсбольную биту, долго пылившуюся в углу между стеной и шифоньером.
- Леманн, у тебя же отменный слух, почему же я не слышу, как ты взашей выгоняешь непрошенного гостя?
На онемевших ногах я прошла через балкон, отодвинула занавески, и, в кромешной тьме, пыталась разглядеть, что происходит.
Незнакомец по-хозяйски копался на кухне. Леманна не было видно. Спит себе, и не знает, что находится в опасности!
А тем временем, какой то левый мужик ищет, что бы у него украсть!
Полностью полагаясь на эффект неожиданности, я в два шага пролетела через комнату, и врезала битой
