деньги наследникам гитлерюгенда.
На следующий день Север и Петер отправились на рекогносцировку. Транспортная компания «Тессманн и сыновья» располагалась недалеко от Южного вокзала. Их база и офис были удачно размещены рядом с крупными складскими железнодорожными комплексами, что очень удобно. На территории максимальное место отведено под стоянку автомашин, но нашлось место и для мастерских по ремонту подвижного состава, покрасочного цеха, бытовки. Двухэтажный административный корпус располагался рядом с большими двустворчатыми воротами, которые перекрывали выезд ночью и на праздники. На входе была пропускная система, но мужчины сослались на то, что у них барахлит мотор и они хотели бы проконсультироваться с механиком, и их спокойно пропустили. По пути они зашли в административное здание. Кабинет директора господина Вилли Хайдеманна находился на втором этаже. Вход через приемную, где сидела секретарь. Рядом бухгалтерия и кадры, где были одни женщины. Это было самое тихое крыло. Диспетчерская и отдел эксплуатации, именно там шумно решали свои вопросы водители, были отнесены в противоположное крыло на первом этаже.
Вальтер договорился о выделении для обеспечения безопасности операции группы прикрытия, оснащенной легковой машиной. Разведчики прибыли на двух машинах. «Опель» Сервера поставили возле входа. Двигатель не глушили, водитель готов был сорваться с места в любой момент. Машина с группой прикрытия встала на противоположной стороне, напротив окон директорского кабинета. В зависимости от сигнала из окна они должны были в случае осложнения ситуации либо прийти на помощь для экстренной эвакуации, либо блокировать пути отхода. Группа была вооружена автоматическим оружием и гранатами.
Двое разведчиков поднялись на второй этаж, обаятельно улыбаясь попросили секретаря доложить о клиенте с взаимовыгодным предложением по якобы рекомендации банка, в котором обслуживалась фирма. Это сработало, и через пару минут Вилли оказался в кабинете директора, а Петер остался в приемной.
— Здравствуйте, герр Хайдеманн.
— Добрый день, с кем имею честь?
Вилли Хайдеманн выглядел на все свои шестьдесят с хвостиком. Сухощавый старик с обвисшими щеками, удивительно прозрачные, как будто выцветшие глаза, тонкие пальцы, сплетенные в замок. На нем был хорошо скроенный двубортный пиджак, застегнутый на все пуговицы, немного старомодный однотонный галстук. Он восседал в кресле с резной высокой спинкой за массивным двухтумбовым столом, как монарх. Очевидно, что стол с креслом находились на возвышении от пола сантиметров на 10–15. Это создавало у сидящих за приставленным Т-образным столом ощущение величественности возвышающегося руководителя.
— Вильгельм Мюллер, с вашего позволения. — Север заметил на себе неодобрительный взгляд хозяина кабинета. Он был одет в свободную замшевую куртку, без галстука. Это не соответствовало этикету деловой встречи, но способствовало свободе движений в случае рукопашной схватки и возможности скрыть под курткой кое-какие предметы.
— Герр Хайдеманн, в свое время вы получили от нашей кассы, кассы вервольфа, свыше десяти миллионов рейхсмарок. Они должны были быть потрачены на развитие движения. Первое время так и было, не спорю, поясните, куда они были потрачены потом?
Старик сумел быстро подавить удивление, закалка у него была на зависть каждому.
— Вы кто такой? С какой стати я должен перед вами отчитываться?
— Я тот, кто остался верен клятве бойца гитлерюгенд-вервольф. Я тот, кто все это время продолжает борьбу с захватчиками Германии, а не сидит в теплом кабинете. Поэтому я пришел спросить про эти деньги.
— Какие тебе деньги? — завопил старик.
— Герр Хайдеманн, мы не хотим проблем. Повторяю: мы продолжаем то дело Германии, которое вы позорно проиграли. Теперь нам придется все начинать заново. И тут одно из двух: либо вы помогаете нам, либо мы забираем свое. Решайте.
Очевидно, директор нажал кнопку вызова охраны, потому что дверь распахнулась и в кабинет, запыхавшись, вбежали двое мужчин в униформе охраны.
— Это ваш выбор, герр Хайдеманн? — спокойно спросил Мюллер.
— Вышвырните его на улицу! — велел своим людям хозяин кабинета.
Север поднялся из-за стола и с силой оттолкнул ближнего охранника в угол. Потом присел и впечатал в грудь второго ногу. Противник вылетел в незакрытую дверь. Следом за ним, перехватив сзади за ворот и поясной ремень, вышвырнул другого охранника. В приемной Петер закрыл дверь, теперь это были его гости. Матвей подошел к вжавшемуся в кресло мужчине, взял его за галстук и притянул к столу. Выхватив из-под куртки кинжал, пригвоздил галстук к столешнице. Перед глазами Хайдеманна на рубчатых щечках рукоятки был вмонтирован бело-черный ромб со свастикой. Такой узнаваемый кинжал гитлерюгенда с гравировкой Blut und Ehre [9].
— Так что вы выбираете: кровь или честь, господин гауптбаннфюрер?
Именно такое звание носил в 1945-м Вильгельм Хайдеманн.
— Я же не знал, кто вы, — прошипел бывший лидер немецкой молодежи.
Мюллер выдернул кинжал из стола.
— Вы зря думаете, что я просто отсиживался. Я все время помогал нашему движению, — стал оправдываться старик.
— Каким образом?
— Я каждый месяц передаю деньги.
— Кому?
— Зигфриду Хагену. Бригаденфюреру СС.
— У вас с ним есть связь?
— Да, конечно.
— Деньги, которые вы для него собрали, передайте мне. Это деньги гитлерюгенда, а не СС. Пусть он позвонит по этому телефону, — Север написал на листке номер телефона. — По этому номеру можно будет звонить только в течение суток. Это в его интересах.
Хайдеманн молча кивнул в знак согласия. Он тяжело поднялся, открыл сейф, достал сверток и передал Северу.
— Кровь и честь, — вскинул Мюллер руку с приветствием гитлерюгенда.
— Кровь и честь, — ответил хозяин кабинета.
Когда Зигфриду Хагену, начальнику службы безопасности адвокатской конторы Шмидта, которая являлась также филиалом влиятельного клана ОДЕССА в юго-западном регионе ФРГ, доложили о похищенных деньгах, он готов был растерзать любого. Это второй его прокол с деньгами. Сначала неизвестные, как предполагают люди, сотрудничающие с немецкой разведкой БНД, пытались похитить крупную сумму, предназначенную для отправки за границу. Теперь у него из-под носа увели взнос одного из партнеров, благодаря которым создается благополучие тайной организации бывших сотрудников СС. И не важно, что сумма незначительная. Важен сам принцип. Ответственный должен нести жесткую персональную ответственность. Зигфрид и сам бы, не дрогнув, расстрелял любого, кто допустил бы такой прокол. Однако постепенно остыл. Захват осуществили не какие-то там уголовники, а товарищи по движению. Причем не для себя, а вроде как для продолжения борьбы. Кто они? Если это серьезная структура, то провал можно будет перелицевать в удачу. Организация нуждалась в новых людях. Особенно молодых, преданных идеям нацизма. Поэтому Хаген не спешил с сообщением о произошедшем руководству в Южной Америке, а решил все выяснить поподробнее.
Его специалисты быстро установили, что номер, который оставили налетчики для связи, принадлежит телефонной станции университета. Там на коммутаторе десятки номеров различных кафедр, лабораторий, кабинетов, служб. Грамотный
