Долго боялась, что будут издеваться надо мной, а потом мне уже хотелось, чтобы надо мной хотя бы поиздевались. Ведь издеваться можно только над теми, кого признаешь человеком. Даже ненависть — это чувство, направленное на людей. Нельзя ненавидеть или презирать шкаф или кровать. А я хотела получить хоть какое‑то доказательство, что человек. Но я была вещью архимага Маренса. И отношение ко мне соответствующее. На меня даже не сердились, если я оказывалась у кого на пути, просто магией поднимали и отставляли в сторону, как стул, оказавшийся на пути. Любого слугу наказали бы за нерасторопность, на меня не обращали внимания. Вскоре я все же окончательно поверю, что я вещь.
На пятый месяц жизни в замке Кайтаидов я заметила того самого седого слугу, который в первый месяц носил мне еду, а потом отводил к Маренсу, когда я стал апостификом. Он лежал в небольшом закутке коридора и тихонько стонал. Я осторожно подошла к нему и присела рядом, пытаясь понять, что с ним.
— Вам плохо? — мужчина со стоном повернул голову, и я заметила кровь на лице. Испуганно ойкнула и поспешно достала платок и аккуратно вытерла кровь.
Слуга чуть приоткрыл глаза.
— Уйди, апостифик, — прохрипел он.
Я чуть не разрыдалась. Я же помогаю! Ну почему ко мне так? За что? Что я ему сделала?
Видно я все же не сдержала чувств, и слуга увидел слезы. Отвернулся.
— Уйди, — еще раз попросил он. — Я не могу на тебя смотреть и ничем не могу помочь.
Я даже растерялась от такого признания.
— Можно просто поговорить. Мне будет достаточно…
Это был первый человек, с кем я начала общаться в замке. Его звали Лоренс, он служил в этом замке уже сорок лет, а пострадал за то, что перепутал парадные камзолы двух мастеров. Несколько следующих дней я была самой счастливой в мире. Наконец‑то хоть кто‑то увидел во мне человека, а не вещь. Я разговаривала с Лоренсом почти каждый день. От него я и узнала многие вещи. В частности то, что я не единственный апостифик здесь, есть еще у сестры Маренса, у троих его детей и семерых внуков. Еще трое архимагов обзавелись ими. Маренс же был известен тем, что категорически возражал против использования апостификов. Не потому, что жалел их, просто считал, что если начнешь полагаться на что‑то, кроме себя, то однажды этого что‑то может не оказаться рядом в нужный момент.
— Только ты сам не подведешь себя, — это выражение я и сама часто слышала от архимага.
Неудивительно, что мое появление обсуждали вся верхушка дома Кайтаидов. Как мне рассказал Лоренс, сошлись на том, что Маренс обнаружил у меня очень большой запас энергии, вот и не устоял. На спор даже проверили — действительно большой. Даже не хочу вспоминать, чего мне стоило увеличение запаса энергии до теперешнего уровня. А ведь тренировки Маренс не бросил. Сволочь! Этого архимага я уже ненавидела. И энергию он у меня забирал стабильно каждый день. Даже на тренировках неофитов так не делали, опасно. Узнала, когда присутствовала на экзамене, который принимал Маренс лично. Там я много всего о магии узнала, в том числе и о тренировках объема энергии. Не так они проходят, совсем не так, как со мной. Хотя, конечно, и успехи у учеников не такие, как у меня. Но мой способ врагу не пожелаешь. Это скорее к пыткам можно отнести. Инквизиция ухватится за такую «тренировку», чтобы еретиков пытать. Все дыбы и каленое железо детскими шалостями покажутся.
Там же на экзамене увидела еще одного апостифика. Юноша старше меня года на три стоял недалеко от меня, уставившись невидящим взглядом куда‑то вдаль. А может и не юноша, а так же как и я, девушка. Хотя нет, я пригляделась, не похоже. Все‑таки парень. Когдя я оказалась неподалеку от него, попыталась заговорить. Сначала он никак не отреагировал, потом повернулся. Взгляд совершенно равнодушный и в голосе ни тени эмоции:
— Разве вещь вправе говорить без разрешения хозяина?
Я прямо там чуть и не умерла от этих слов. Неужели я тоже стану такой же? Неужели превращусь вот в это вот? Во рту пересохло, может быть и упала бы, но вовремя оперлась о стол. Оглянулась, вроде никто не заметил — маги заняты экзаменом, на вещи ноль внимания.
Вечером, когда Лоренс менял постель, попыталась расспросить его о магах. Но тот испуганно огляделся и прошептал:
— Не надо об этом говорить. Маги — высшие существа, они по заветам богов правят нами. Что поделать, раз так заведено? Кто мы против богов?
В отчаянии прокусила губу, сдерживая крик. Неужели нет никакого выхода? Неужели я ничего не могу сделать? Не хочу! Не хочу! Не хочу!
Праздновали день рождения Ортена Маренса. Впервые увидела всю его семью Большая, но что ожидать от двухсотлетнего мага? Тут и внуки, и правнуки, и праправнуки, и… в общем много всех. Скучнейшее мероприятие. Чуть не стошнило от льстивых речей, даже мне это было видно, неужели маг не замечает? Или это со стороны только видно? Или просто не реагирует? Впрочем, какая мне разница. Скучно. Рядом стоят три апостифика. Один из них мой ровесник… или ровесница, двое постарше. Глянула на них и даже не попыталась заговорить. Хотя на лице ровесника(цы) на миг промелькнуло какое‑то чувство, когда внесли торт. Наверное, очень хотел. Я тоже, честно говоря. С того момента, как оказалась тут, ни разу сладкого не ела. Интересно, а у меня при виде торта такое же выражение было? Вот еще интересно, я уже знаю, что апостификов с собой берут, когда опасаются неожиданного нападения, а тут вроде как семейный праздник, но нас тут четверо. Взяли все, у кого апостифики были. Хорошенькое семейное торжество.
— Не хотите ли отведать яду, благородный сэр?
— Благодарю вас, сэр, меня уже отравила ваша матушка.
Я чуть не рассмеялась, представив такой диалог. Ой, что было бы, если бы не сдержалась. Даже страшно представить. Зато после праздника я была предоставлена сама себе. Никаких проверок, никаких занятий. Весь вечер расспрашивала Лоренса, рассказывала ему про свой дом.
— Как нет магов? — это обстоятельство удивляло его больше всего. — Быть такого не может. А кто же правит простыми людьми?
— Сами справляются, — отвечала я.
— Нет, все‑таки не может того быть. Что‑то ты путаешь. А вот когда кто‑то нападет на тебя, к кому за помощью бежать, ежели нет сильного господина?
— В милицию бежать. Эта служба такая.
— Ну вот, а говоришь, магов нет.
— Милиция не маги. Там тоже обычные люди служат.
— Ха. Да как они тогда тебя защитят, если на тебя маг нападет?
— Да нет у нас магов! Нет! Если кто на тебя нападет, то только обычный человек.
— Ну-ну, — Лоренс скептически покачал головой. — Ну и как эта твоя ми… ци… миция…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
