- растерянно произнёс Тимофей, непонимающе хлопая ресницами, - Зачем спросила?
- Интересна твоя ориентация. Там, на опушке, ты выказал большую озабоченность состоянием ногтей, будто привык посещать маникюрные салоны. Для многих это тревожный симптом.
- А мои политические взгляды тебя не интересуют?
- Это уже давно не актуально.
- Давно – это сколько?
- Плюс минус сто лет.
- Хочешь сказать, что после СВО прошло сто лет?
- Прикинь!
Новость настолько поразила Тимофея, что он замер, озадаченно уставившись в стену напротив. На ней висела огромная панель телевизора. Модель и название производителя определить не удавалось. Да и сравнивать ему, если честно, было не с чем. Как уже говорилось, особенность его воспоминаний заключалась в том, что вместо изображения, мозг получал только субтитры. То есть понимание того, что Мария похожа на одну из звёзд экрана есть, а картинки нет. Многих, современных актрис, он отлично помнил по именам, зато их облик ускользал. Тимофей даже начинал подозревать, будто кто-то умышленно забрюлил их лица.
Так и в случае с телевизором на стене. По умолчанию он понимал, что видит плазменную панель, но на сколько она отличается от моделей его времени не мог определить. Просто чёрный прямоугольник, обрамлённый по четырём сторонам тонкой серебристой рамкой. Прямо «Чёрный прямоугольник» Малевича.
- Можно включить телек? – спросил он, косясь на партнёршу.
- Включай, - разрешила она, не отрываясь от планшета, - Видишь, я занята.
- Где пульт?
- Попроси Кристину.
- Кого? – начал переспрашивать Тимофей, но вспомнив Васю из машины Гизмо, сообразил, что так зовут местную голосовую помощницу, - Мне похлопать надо?
- Если хочешь, похлопай. Может она визуализируется и станцует для тебя, - хмыкнула Мария, перелистывая очередную страницу.
- Мы договорились вчера, что все непонятки будем объяснять друг другу. Забыла?
- Ох! Извини. Увлеклась.
- Про СВО читала?
- Больно надо! В отличие от тебя, я из этого времени. Вот нутром чую! Следовательно, в интернете должна сохраниться информация обо мне.
- Ну и как? Нашла?
- Пока нет, - вздохнула Мария и со злостью бросила планшет на одеяло, - Что хочешь посмотреть? Новости?
- Да что угодно! – вспылил Тимофей, подозревая, что напарница специально тянет время.
- Кристина, включи телевизор! – приказала Мария.
- Какой канал? – переспросил чувственный женский голос, и Тимофей завертел головой, в поисках умной колонки.
- А сколько есть?
- Четыре местных и два федеральных. Доступ ещё к тридцати восьми будет доступен, после внесения дополнительной оплаты. Скидки и промоакции в этом месяце отсутствуют.
- Капитализм! – проворчал Тимофей и захохотал.
- Можно подумать, что не знаком с рыночной экономикой, а попал из благословенного СССР.
- Ты не поняла. Это фраза главного героя из фильма, одно время ставшая культовой.
- Как называется?
- «Красная жара», - подсказал Тимофей, - Арнольд Шварценеггер в роли советского милиционера.
- Кристина! Ретро доступно в бесплатном пакете?
- Извините, нет.
- Сколько стоит?
- Отечественное или зарубежное кино?
- Оба!
- Шестнадцать рублей в сутки. В стоимость входят восемь тематических каналов.
Мария нехотя поднялась с кровати и, подойдя к чёрному прямоугольнику, приложила к экрану большой палец.
- Оплата получена, - с придыханием заявила Кристина, будто только что испытала оргазм, - Какой фильм?
- «Красная жара» с Арнольдом Шварценеггером. Год производства не знаю.
- Тысяча девятьсот восемьдесят восьмой, - подсказал сексуальный синтезированный голос, - Приятного просмотра!
Изображение выглядело не просто чётким, но непостижимым образом объёмным. Тимофей знал, каким образом этого добивались в 3Д-кинотеатрах. Помнил, что жутко раздражали очки, которые он возненавидел после коррекции зрения. Здесь объём достигался не эффектом параллакса, а каким-то другим способом. Он словно смотрел в окно, за которым разворачивался сюжет криминального боевика.
- Прикольно, - хихикала Мария, пока Иван Данко, разбирался с голыми мафиози в сауне.
- Никогда не видела? – покровительственным тоном знатока киноискусства, спросил Тимофей.
- Не-а, - помотала головой девушка и тут же поправилась, - Или не помню.
- Ну да, - согласился Тимофей, - Ты же девочка. Тебе подавай мелодрамы.
- Осуждаешь, сексист?
- Нет. Просто пытаюсь найти точки соприкосновения. Хотелось бы посмотреть какой-нибудь фильм или шоу, которые были бы знакомы обоим. Как-то мне не по себе от мысли, что мы из разных времён. Может новости посмотрим?
- Давай позже! – запротестовала Мария, - Это же комедийный боевик, а комедии я люблю.
Позже растянулось на неопределённое время. Сначала в дверь осторожно постучали. Бдительная Кристина немедленно отреагировала, сообщив, что за ней ожидает позволения войти официант из местного ресторана.
После указания впустить, в комнату ввалился пухлый парнишка в традиционной для сферы услуг униформе. Вот только качество ткани удивило Тимофея. Даже ему, незнакомому с трикотажной промышленностью, стало понятно, что брюки и жилетка сшиты из лёгкой натуральной ткани, без примеси какой-либо синтетики. А белая рубашка настолько воздушная, что ей больше подходило название сорочка.
Насколько он помнил, подобные шмотки стоили в его время гораздо дороже одежды из искусственных тканей и никак не подходили для обслуги.
Официант, абсолютно не обращая внимания на клиентов, переложил с тележки на небольшой столик комплект столовой посуды, аналог какого-то местного сервиза, накрытые полусферой блюда, графин, стаканы и пожелав приятного аппетита, мгновенно удалился, не ожидая чаевых.
- Для завтрака поздно, для обеда рано, поэтому заказала всего и побольше. Я-то вчера поужинала, а ты дрых как сурок в зимней спячке. Голодный небось? Пошли жрать.
Мария легко спрыгнула с кровати и, пританцовывая, направилась к столу.
- Ноги не болят?
- Предусмотрительно отмокла в джакузи и заказала массаж с расслабляющими маслами.
- Я тоже хочу в ванну, - завистливо бросил Тимофей, но не сдвинулся с места.
