плечами. Да и нечего ей сейчас сказать. Что можно сказать, когда твои раны снова вскрыты? Самым жестоким и бесчеловечным способом.
— Как думаешь, у меня есть шанс? Хоть маленький? — с надеждой спросил Руслан.
Полина снова пожала плечами.
Такси приехало через несколько минут, а еще через двадцать минут Полина наконец зашла домой.
Ее ждал демон иллюзий, где уже вовсю усмехался над ее миром, в корне разрушенным и уничтоженным. Одно лишь ЕГО присутствие рядом, один лишь ЕГО взгляд — и все летит в бездну.
Демон страдания и боли сейчас смотрит ей в глаза и так же зло усмехается над ней. Он растекается по ее венам. Обжигая.
Демон страха стоит за ее плечами и ждет когда она сломается.
“Ты — моя”
Слова, за которые Полина бы многое отдала. Сейчас же они выжигают очередную горькую рану. Она не его. И он больше не ее.
Несмотря на усталость, сон не шел. В голове постоянно прокручивались диалоги, слова, вопросы, а перед глазами картинки прошлого. Только к утру Полина поняла, что ее уносит. Но сон был беспокойным.
Она бежала вдоль побережья, где с одной стороны был крутой обрыв и любое неверное движение и кубарем скатишься в море. Полина пыталась догнать мужчину. Только несмотря на ее темп, никак не могла этого сделать. Мужчина шел медленно, спокойно, будто за ним никто не бежал. Только, когда он повернулся к ней лицом, Полина застыла — это был не Саша, это был Руслан, который смотрел на нее сверху вниз и насмехался над ней. Злой и жестокий смех, который эхом отдавался со всех сторон.
Полина проснулась вся в поту, будто и правда бежала всю эту дорогу. Она тяжело дышала, а руки тряслись.
“Боже, я так скоро сойду с ума”, — подумала Полина.
Утром ее импровизация с презентацией не казалось такой уж хорошей идеей. Будто с нее сняли пелену, которая застилала ей глаза вчера вечером. Полина понимала, что избежать серьезного разговора с начальством не удастся. Если Руслан и закрыл глаза на ее выходку, то Галина точно этого не сделает. Хорошо, если она после всего произошедшего не потеряет работу.
— Ну давай, черепашка моя, заводись, — тихо попросила Полина свою машину.
— Что, Поль, опять проблемы? — спросил ее сосед с первого этажа, он в это время всегда выгуливает свою собаку, милую хаски по кличке Джонни.
— Да, опять что-то непонятное. Вроде все было хорошо и тут опять.
— Езжай сейчас в центр, пусть тебе ее посмотрят.
— Некогда, на работу опаздываю, — с этими словами ее машина поддалась и завелась. — Ну вот, замечательно.
— Все равно съезди, Поль.
Полина уже не слышала, что ей сказали в след, потому что тронулась с места.
В офисе как всегда кипела работа. Это нескончаемые потоки людей, кофе и трели звонков. В такие дни Полина забывалась и погружалась в эту рутину, в которой видела свое спасение.
— Полина, за мной в кабинет, — довольно тихо, но резко сказала Галина, даже не удостоив Полину взглядом прошла в свой кабинет.
Возражать ей Полина не стала. Просто засеменила следом.
Они вместе вошли в ее просторный кабинет, который сейчас заливает морозным декабрьским солнцем — редкая погода для Москвы. Галина отошла к окну. В руке у нее была зажата дамская тонкая сигарета. Она с таким удовольствием затянулась, а потом выпустила вверх сизую струю. Воздух стал таким тяжелым и душным.
— Полина, — Галина так и осталась стоять к ней спиной, — я очень понимающий человек. Особенно все, что касается творчества. Работа обязывает. Но есть определенные рамки, за которые я никому не позволю заходить.
— Да, я понимаю…
— Нет, не понимаешь, — тихо ответила Галина, — вчерашний твой… назовем его перформанс…выходил за рамки. Я никому не разрешаю отклоняться от намеченного плана. Знаешь почему? Потому что там, где заканчивается ваше творчество, начинаются деньги. И если вовремя не унять в себе творческое начало, то ты теряешь деньги, заказчика, репутацию.
— Простите… просто вчерашний вечер… эти фотографии…
— Мне плевать, Поля. Будь ты хоть трижды расстроена, убита, огорчена, подчеркни уж нужное, будь добра, ты была обязана выйти и прочитать это долбанный текст!
— Я… уволена?
Галина смерила ее презрительным взглядом. Так она еще ни на кого не смотрела. Полина почувствовала себя ничтожным и маленьким человечком, настолько несущественным, что ее отсутствие даже никто и не заметит.
— Главным человеком в любой компании не руководитель, хотя и он тоже далеко не последний человек, — Галина сказала это и села за свой большой стол, одев очки в роговой оправе, — Заказчик — если его все устраивает, то и меня тоже. Хотя, если бы последнее решение было бы за мной, ты была бы уволена. За самоуправство, твоя выходка могла выйти всем нам боком. Тебе наплевать на проделанную работу, на на наш труд? — она сложила руки и локтями уперлась в стол, всматриваясь в лицо Полины.
— Руслан, он..
— Да, — перебила ее Галина, — он сказал, что с тобой поговорил. И приказал, повторяю, приказал, не трогать тебя.
— Ясно… Значит, я могу идти и продолжать работать? — Полина вздохнула с облегчением, потому что услышать про ее увольнение она не была готова.
— Иди. Но с сегодняшнего дня возвращаешься с того, с чего и начинала. Просто выполняешь поручения. Это понятно?
— Да.
Полина встала и направилась к выходу. Ей необходимо было отдышаться после этого нелегкого разговора. Все это время, она дышала через раз.
— Полина, спать с заказчиками, не лучшая идея.
— Что? Я не …
— Прекращай юлить. Мне все равно, кто с кем спит. Просто предупреждаю.
Стоит ли доказывать что-то обратное? Когда только ленивый не увидел, что вчера вечером Полина уехала вместе с Русланом, после их жаркого поцелуя.
Полина вернулась на свое рабочее место, устало плюхнувшись на стул. Только потом заметила, что никто даже не поздоровался с ней, просто посмотрели и уставились в свои мониторы. Может они и правы, не стоило ей вчера произносить то, что так рвалось изнутри? Говорила не Полина, говорила ее истерзанная душа.
— Ты сегодня сама не своя, — Оксана, единственная, кто не игнорировал ее после произошедшего.
— Хм… Я даже не помню, когда я была “своя”.
— Пошли…
— Куда?
— С работы. Думаю, на сегодня закончим.
— После сегодняшнего утреннего разговора с Галиной, задержусь, а то и правда лишусь работы.
— Чепуху не говори. Да, вчера немного все вышло из-под контроля, но… Полина, — Оксана подсела ближе и уже понизив голос произнесла, — никто из них, — она обвела глазами сидящих вокруг коллег, — не знает, что с тобой было, что ты
