знакомой бабушки.
— Ох, ну вот, опять… — тихо посетовал друг, натянул на лицо улыбку и обернулся к родственнице. — Ба, да иду я.
— Костюм привезли! Надо померить, пока портной не уехал, — настаивала она.
И другу пришлось меня покинуть. Повезло, что у модельера, работающего с нашей семьёй, были все мои мерки. Иначе и я бы подобной участи не избежал.
С самого утра в доме царила суета. И это ещё большинство аристократов и телевидение не прибыли. Сама церемония должна быть только вечером, и я планировал выспаться.
Но прямо на пути к спальне меня перехватил Родион Константинович.
— Алексей! А я как раз к вам шёл, — хитро улыбнулся он.
Точно что-то задумал!
— Зачем? Тренировки начнём с завтрашнего дня, — ответил я.
— Да я не про это, — отмахнулся он.
— А что тогда?
— С деловым предложением пришёл.
А это уже настораживает…
— С каким?
— А давайте экзамен на магистра прямо сейчас проведём!
П-фу! Не тренировка, так новое веселье. Родион Константинович умеет удивлять.
Впрочем, император в ранге магистра будет выглядеть значительно солиднее, чем мастер. Все нужные заклинания я уже выучил, и последнее время мы занимались отработкой. Были мелкие косяки, но на экзамене мне не нужно будет торопиться, и их можно избежать.
— Давайте.
— Что, даже уговаривать не придётся? — Родион Константинович будто расстроился.
— Нет. Но нам надо успеть до коронации.
— Тогда пойдёмте. Я уже и комиссию собрал!
— Подождите, вы не могли знать, что я соглашусь.
— Тогда комиссия бы подождала и принимала экзамен уже у императора.
— Ну ладно.
Мы направились в один из тренировочных залов. В самый большой, что только был в этом громадном поместье. По пути выпил зелье бодрости, потому что уже хотелось спать.
Там меня встретили десять человек комиссии, которая состояла в основном из магистров и мастеров. Все — гости, приглашённые на коронацию, аристократы.
А Родион Константинович хорошо придумал. Раз уж они собрались по такому случаю, то и экзамен можно организовать.
Сперва Родион Константинович представил всех, а затем маги укрылись защитным куполом.
— Алексей, экзамен будет непростой. По всем правилам, — предупредил архимаг и скрылся за куполом.
— Для ранга магистра мало продемонстрировать умение владеть нужными заклинаниями, — сообщил один из членов комиссии, который сам находился в титуле графа. — Для его успешного прохождения вам нужно доказать, что вы стали сильнее. Вам предстоит сразиться с тремя мастерами.
А вот об этой части экзамена мне никто не говорил.
— Ваш первый противник уже за дверьми, — сказал другой человек, указывая покрытой шрамами рукой на двери.
Створки распахнулись, и в зал вошёл Пётр Александрович. Вот это сюрприз!
— Алексей Дмитриевич, вам нужно не только победить противника, но и истощить его. Так вы покажете, что резерв маны у вас выше, — продолжил тот же мужчина.
А это плохо. Тогда Пётр Александрович будет истощён и не сможет присутствовать на коронации. Да и восстанавливаться после магического истощения придётся с помощью целителя. Крайне неприятный процесс.
— Я носитель первоисточника. Мой резерв по определению выше, чем у всех здесь собравшихся вместе взятых, — возразил я.
— Этот пункт экзамена прописан в тайном законодательстве для проведения магических испытаний. Изменить его может только император.
Значит, я смогу это сделать только завтра.
И сейчас предо мной стоит выбор: стать императором в ранге магистра или же отложить экзамен, чтобы не навредить учителю.
Ответ я дать не успел.
Окна в зале были защищены магией от повреждений. Но в отличие от большинства подобных залов, здесь они были.
И прямо сейчас в них светил яркий свет. Это была не вспышка от смерти монстра. Свет продолжал литься куда дольше.
Я подошёл к окну вместе с ошарашенными членами комиссии. А увидев, что твориться под окнами, у меня вырвалось:
— А это что за чертовщина⁈
Глава 5
За окном лился яркий свет, словно кто-то оставил во дворе плетение развеивания маны, и вложил туда огромное количество энергии. Но нет, это было что-то иное…
Мы с членами комиссии продолжали наблюдать, и вскоре среди этого яркого света показался знакомый силуэт. Высокий, широкоплечий, состоящий сплошь из мускулов человек.
— Это Градимир, — тихо произнёс Родион Константинович, стоявший рядом со мной.
— Рано он пожаловал, — ответил я. — Хотя и приглашения с точным временем я ему не присылал.
— Навряд ли он посмотрел в глобале точное время коронации, вот и было ему проще ему заявиться пораньше.
Свет за окном постепенно мерк. Градимира встречал на пороге доме Тимофей Сергеевич вместе со своими сотрудниками.
— Мне одно непонятно. Как он переместился? — спросил я у всех присутствующих.
Если бы он переместился через тот свет, как ходил я, то мы бы увидели чёрный разлом пространства, а не яркий свет.
— Он же бог. А богам всякое подвластно, — ответил один из аристократов.
Я не стал ему отвечать, а поднял вопросительный взгляд на Родиона Константиновича.
— Да, сейчас вам их не переубедить, — тихо сказать он, а потом громче для всех. — Возможно, Градимир настолько прокачал свою магию, что научился открывать порталы.
— Но чтобы узнать наверняка, надо спросить у него лично, — ответил я.
— Пойдёте встречать его?
— Нет. Спрошу позже. Не хочу переносить экзамен. Градимира и без меня разместят. Но мы так и не разобрались. Можно ли заменить противника?
— Боюсь, что нет, — помотал головой аристократ со шрамированной рукой.
— Алексей, не переживайте за меня, — подал голос Пётр Александрович. — Я запасся кристаллами-накопителями, чтобы ни за что не пропустить церемонию.
— Но восстановление всё равно будет не из приятных, — возразил я.
— Неважно. Для меня честь участвовать в экзамене лучшего моего ученика, — улыбнулся мастер.
— И целитель дежурит за дверью, — добавил архимаг.
— Хорошо, — кивнул я.
А сам просчитывал в голове, как можно быстрее опустошить источник мастера. Чтобы всё это было менее болезненно.
Хотя по сравнению с нашими тренировками, происходящее сейчас — детский сад.
Члены комиссии вернулись под купол, а мы с Петром Александровичем встали друг напротив друга.
— Начинайте, — отдал я инициативу.
Мастер кивнул и отправил в меня простецкое боевое плетение. Но взорваться оно не успело, потому что я поглотил ману.
— Ещё, — ухмыльнулся я.
—
