Решили вовсе не атаковать? Я же так до вечера буду в вас заклинаниями бросаться.
— А вы используйте самые энергозатратные.
— Разве так можно? — спросил один из членов комиссии у своих.
— Особых правил на этот счёт нет, — пожал плечами Родион Константинович.
Мы с мастером оба понимали, что я выиграю в любом случае. Слишком много тренировок мы провели, и я уже знал все его слабые места. И сам стал уже раза в два сильнее.
Пётр Александрович перешёл на составные заклинания, которые он отрабатывал вместе со мной для экзамена на магистра. Пока у него получалось через раз. Но я продолжал впитывать заклинания, не атакуя.
Так прошло минут двадцать. Но у мастера всё равно оставалось достаточно маны. Источник не исчерпал себя даже наполовину. Это прекрасно чувствовалось в изменении тепла, что исходило от его тела. А опытные маги могут улавливать такие колебания и на расстоянии.
— Пётр Александрович, а попробуйте без заклинаний! — предложил я.
— Но не факт, что такое количество разрозненной маны вы сможете поглотить!
— Смогу, — твёрдо ответил я.
Мастер выставил вперёд руки, и в меня направилось два луча яркого света. Как мастер и сказал, мана эта была разрозненной, и поглощать её было крайне тяжело.
Я весь напрягся, пока мои магические каналы впитывали энергию. А кожу жгло. Благо, что огнеупорный костюм не горел, обычная одежда давно обратилась бы пеплом.
И то, я не мог впитать всю ману, что сейчас летела в меня. И её часть уходила за мою спину, в артефакт-преобразователь, спрятанный в стене.
Это продолжалось минут пять, пока Пётр Александрович не выдохся, и не упал на колени.
— Будем засчитывать этот бой? — засомневался член комиссии со шрамированной рукой.
— Правила не нарушены. Скорее, это наша ошибка, а не мастера Алексея. Не следовало рассматривать в качестве противников его же учителей, — ответила женщина, единственная в группе.
— Согласен, — кивнул Родион Константинович. — Условия выполнены. Победа и опустошение противника.
— Но Пётр Александрович поддавался, — продолжал сомневаться первый.
— По закону мы не можем не засчитать победу. У Алексея будет возможность показать реальное мастерство с двумя другими противниками.
— Хм, допустим. В таком случае все недостатки техники Алексея Дмитриевича вскроются там. Но если сомнения останутся, мы можем увеличить количество поединков до пяти. Князь, вы согласны с таким решением?
— Да, — кивнул я.
Кожа продолжала болеть от ожогов. А Пётр Александрович уже уковылял к целителю. Хоть мы и старались не причинять друг другу весомого вреда, но последствия были ощутимы для нас обоих.
— Тогда встречайте второго противника!
В зал зашёл незнакомый мне парень. Судя по форме, раньше он учился в московском университете магии на факультете для видящих. И сейчас пришёл в этой одежде, только чтобы козырять своим положением.
Он представился и усмехнулся. А я ответил оскалом. Парень дрогнул.
— Начинай, — велел я.
И пока парень выводил первое заклинание, я не переставал на него смотреть, действуя ему на нервы. Но ошибки он не совершил. Я прикрылся щитом, и он развеял плетение противника.
В этот раз не было смысла размусоливать. Я снял щит и за доли секунды вывел в воздухе боевое плетение. Враг прикрылся.
А я продолжал атаковать. Не давал ему возможности от защиты перейти к атаке.
* * *
— Родион Константинович, а мы точно его на магистра тестируем? — обратился к архимагу Михаил Петрович, тот самый маг с большим шрамом от ожога на руке.
— Да. Никаких сомнений. Это же мой ученик.
— Я уже тестировал ваших учеников, и никогда они ещё не показывали подобных результатов. Сперва поглощение огромного количества маны, которое не факт, что и я бы в своём ранге магистра выдержал. А теперь невероятная скорость.
— Ещё скажите, что вы медленнее.
— Именно! Такими темпами Алексей уже через минуту закончит.
— Не понимаю вас, Михаил Петрович. Не вы ли пять минут назад подняли вопрос, стоит ли вообще засчитывать первый поединок?
— Я, но лишь потому, что мастер Пётр поддавался.
В это время князь Воронцов нанёс последний удар, и противник упал без сознания. Обычно так и проявляет себя внезапное истощение магического источника.
— У вас ещё остались сомнения в мастерстве Алексея?
— Нет, — тихо ответил он архимагу, а затем громко огласил для всех. — Бой засчитан! Пригласите следующего противника!
* * *
Я быстро подстроился под нужные задачи. Раз нужно опустошить источник противника, значит, и стоит бить самыми мощными заклинаниями. Мне-то нет смысла считать проценты маны в первоисточнике.
Со вторым противником я справился играючи. Да и третий не вызывал сомнений. Но на этот раз я решил начать сам.
Отправил во врага составное плетение из трёх заклинаний. Взрыв. Копьё. Молния света!
Парень прикрылся щитом, который развеял мои заклинания, но я уже был готов к следующей атаке.
Только вот противник упал…
Эй! Как это понимать?
* * *
— Родион Константинович, я точно не сошёл с ума? Вы тоже это видели? — шёпотом спросил Михаил Петрович.
— Да. Алексей только что составным заклинанием опустошил противника. Абсолютная победа, — кивнул архимаг.
— Вы точно на магистра его готовили, а не на архимага?
— Нет. Я готовил князя стать сильнее любого живущего ныне архимага. А что?
— Ну, раз так, может быть, проведём сразу второй экзамен? Чтобы ещё раз комиссию не собирать.
У архимага округлились глаза. Такого поворота он никак не ожидал. Но и упускать отличную возможность для своего ученика не хотел.
* * *
После третьей победы члены комиссии долго перешёптывались. Они ещё и дополнительное заклинание от прослушки поставили, так что я просто ждал. Читал по губам некоторые слова, но сильно на этом не зацикливался. Всё равно как придут к общему решению, я сразу об этом узнаю.
И, наконец, они убрали купола.
— Алексей, вы успешно прошли первую часть экзамена на ранг магистра. И уверен, что без труда справитесь со второй, где вам потребуется показать базовые заклинания этого ранга, — сообщил мне один из экзаменаторов.
— Могу приступать? — спросил я и направился к артефакту-поглотителю.
Плетения следовало отправлять туда, чтобы не разрушить этот тренировочный зал.
— Подождите, у нас для вас есть более интересное предложение.
— Какое? — я обернулся к экзаменаторам.
Родион Константинович снова хитро улыбался. Неужто он снова что-то придумал и комиссию смог в
