— зависти к чужим деньгам или страха перед теми, с кем он всегда делился своими побочными заработками, дабы не обращали внимания лишний раз на его работу и жалобы всякой голытьбы. — Вас, Полозьевых, в лучшие-то времена было человек сто пятьдесят, ну пусть триста, если считать всяких слуг и извозчиков…А сейчас у тебя сколько людей⁈ Десять тысяч⁈ Больше⁈ И ведь не ножками своими ногами по Сибири топаете, а на кораблях летаете куда захотите…
— А ты моих людей и корабли не считай, если жить хочешь. Жизнь-то у тебя одна, — с притворным сочувствием посоветовал чиновнику далекий потомок Чингисхана. — И если ты думаешь уйти в отставку, дабы стать мне бесполезным, то её у тебя быстро не станет. А сдохнешь ты по закону или нет, дело десятое. Я не капризный, терпеливый и настойчивый. Привык по следу неделями идти или несколько дней по-настоящему ценного зверя в засаде караулить. Можешь, конечно спрятаться попытаться, в монастырь там уйти, фамилию и внешность сменив…Но — найду. Обязательно найду. Вот кем хочешь и чем полкянуться готов, что найду.
— Ты не посмеешь! — Едва ли не проскулил Семен Акакьевич, чья лощеная физиономия давно блестела от крупных и жирных капель пота. — Я — дворянин! Ты думаешь, тебе такой сойдет с рук⁈
— А почему нет-то? — Взглянул на него с некоторым удивлением Густав. — С боярскими родами напрямую ты не связан, так, чей-то там вассал, чья семья даже вскладчину беднее тебя одного… Откуплюсь. Хотя нет, просто пойду и куплю кого надо, чтобы тебя жандармы потрошили со всем старанием и прилежанием, проверяя и на предмет связей с иностранными разведками, и на принадлежность к культистам, и на сочувствие к революционерам, жаждущим восстановить Союз Орденов…А после принесли мне ящик мыла, из твоего сала заживо вытопленного. И твою же хорошо выделанную шкуру!
Глава 3
Глава 3
О том, как герой завидует коренному населению Америки, беззастенчиво тырит людей сам у себя и озвучивает фундаментальные цели.
— Я пошла всем делать кофе! И бутерброды! — Оповестила Река, быстрым уверенным шагом покидая помещение под завистливые взгляды всех присутствующих, включая Олега. Ибо приготовление легких закусок, а хоть бы и полноценного праздничного обеда с несколькими переменами блюд, всем из них казалось занятием куда более легким и интересным, чем неприятная, но необходимая альтернатива. — Всё равно я лишь глупая скво во всей этой магической книжной премудрости белых людей ничего не понимаю…
— Вернись обратно, лентяйка! Ты умеешь читать! На трех языках минимум!
— Ты знаешь цифры, нечего дурить! Кто у меня в прошлом месяце учебник по ритуальной геометрии спер⁈
Вслед за попытавшейся смыться коллегой с громкими возмущенными криками ломанулось остальное семейство Стефана, оповещающее всю округу, что сия краснокожая особа отлично эрудированна и по части владения русским языком могла бы дать фору многим сельским учителям или же деревенским батюшкам…Однако представительница коренных народов Америки уже удалялась куда-то на полной скорости вдаль по коридорам, громко цокая каблучками, словно проворная степная газель, удирающая по прерии от преследующих её волков.
— Мда, не так я себе представляла вхождение в Палату Лордов на правах супруги одного из самых этих лордов…– Несколько отстраненно заметила светловолосая эльфийка, очень большими и очень круглыми глазами взирая на наполовину разобранную стопку документов, высившуюся перед ней на столе. А коварно улыбающаяся Анжела, подкладывающаяся со спины к супруге Святослава, уже подтаскивала ей следующую порцию особо важной и особо ценной макулатуры, за возможность заглянуть в которую одним глазком многие шпионы наверняка бы отдали неплохие деньги…Может быть даже не проклятые, не отравленные и не сопровождающиеся ударом кинжала в спину. — Совсем не так…Думала, будут балы, интриги и политика, а тут покрытые пылью бумажки, на фоне которых мой сборник алхимических рецептов выглядит тоненькой записной книжечкой.
— Палата, стал быть, лордов — это, ну, того-этого, в Англии. А у нас, дык, не палата, а дума боярская…Хотя оно ж конечно шо то, шо это, один, значица, хрен! — Бывший крестьянин героически пришел на помощь своей жене и свистнул из лежащей перед ней стопки самую верхнюю бумажку. Обычно Олег предпочитал спихивать рутинную работу на созданную канцелярию, но время от времени устраивал своим сотрудникам выборочные проверки на предмет злоупотреблений, халатности или утраты здравого смысла на фоне головокружения от успехов. К огромному сожалению чародея, последний диагноз встречался куда чаще, чем хотелось бы, и нормальный казалось бы человек, ну или нелюдь, вдруг начинал в своих отчетах приукрашать действительность или высасывать из пальца якобы проведенную работу. Причем даже не всегда подобному проступку корыстные интересы сопутствовали. Иногда хватало банальной лени или желания выглядеть лучше на фоне других ради уважения окружающих и надежды на то, что начальство такого хорошего сотрудника заметит и по справедливости вознаградит…И Олег вознаграждал. Пару раз дело чуть до смертных приговоров не дошло, когда вскрывалось редкостное головотяпство, способное однажды привести не просто к многотысячным убыткам, а к потере сотен человеческих жизней. — Дык, а ежели мы полезем в политику и интриги без опоры на крепкий тыл, за который отвечают енти, значица, бумажки, то запросто можно обмишулиться по крупному, после чаго и из думы вылететь, и голову по пути потерять…Так…Хм…Енто как…Я шо-то, стал быть, не понялъ…Олег! Откуда у нас, значица, пять десятков тысяч солдат в списочной ведомости⁈ Да исчо с хвостиком, причем здоровым таким…
— Сколько-сколько там солдат указанно? — Захлопал глазами Стефан, мгновенно откладывая в сторону изучаемую им кипу документов, которые судя по надписям на толстых картонных папках относились к складской документации. А судя по тому, что кто-то довольно талантливо пририсовал поверх журнала учета зачарованных боеприпасов бомбу с зажженным фитилем, да еще и заставил огонек на её конце непрестанно искриться за счет легкой иллюзии, где-то в бухгалтерии маялся дурью потенциальный художник-артефактор. Олег мысленно сделал отметку этот талант найти и к более полезному делу приставить. Агитплакаты, буквари, может быть даже комиксы…Подавляющее большинство населения Индии было неграмотным полностью и абсолютно, а потому послания к ним для большей эффективности следовало сопровождать наглядными иллюстрациями. Ну и приучать их все-таки читать потихонечку, добавляя к красочным материалам интересный сюжет…И, пожалуй, капелькуполезных практических знаний, вроде рецептов травяных припарок которые точно помогут или формулы классического черного пороха…– Пятьдесят тысяч⁈ Ну, это явно кто-то из индусов опять заврался…Или опохмелился вдрободан с нашими стрельцами перед тем, как на работу идти.
— Действительно, — важно
