неприятное. Он старался оперативно гасить вспышки агрессии когда гневным окриком, а когда незаметными чарами частично паралича на языке очередного забияки, но уследить за всем просто не успевал. Ведь с одной стороны были воспитанные в рамках кастовой системы воины, которым с детства твердили о своей исключительности и превосходстве над чернью…А с другой во множестве имелась как раз эта самая чернь, только куда более экипированная, богатая и имевшая за плечами опыт участия во множестве крупномасштабных битв или мелких зачисток местности от всяких мелких банд людей или монстров. Нельзя сказать, что сопровождавшие русского высшего мага бойцы поголовно были бывшими крестьянами или там помощниками лавочников, все-таки на такое ответственное дело как защита собственной спины он ставил только самые достойные кадры. Однако упорные и талантливые простолюдины, обошедшие на поворотах кадровых вояк или наемников за счет своих достижений на тренировочном плацу или в реальных схватках, там все-таки составляли процентов тридцать. Или даже все семьдесят, если считать уже давно работавших на Олега бывших китайских бедняков или завербовавшихся в отряд обитателей Сибири…Но когда дело все-таки дошло до серьезной ссоры и драки, то сцепились друг с другом все-таки два индуса.
— Я вырву твой лживый язык, навозный червь! — Орал гордый, но бедный кшатрий, держа левой рукой одного из подчиненных Олега за шиворот и раз за разом пытаясь отправить его в нокаут правой конечностью, которая била то в челюсть, то в скулу, разве только виска избегая…Потому как жертва его нападения тот старательно прикрывала, вполне понимая, что там у него самое уязвимое место. Ибо кость тонкая, может треснуть, а сразу за ней — мозг! — За то, что ты сказал о моем отце я стану…Укргх…
— Будущим евнухом османского гарема ты станешь! — Прошедший жесткий курс тренировок боец, отмеченный за свое усердие и талант переводом в состав элиты, позволял бить себя по лицу вовсе не просто так. Он выжидал удобного момент и тянулся к стоящему на столу большому кубку. Кубку, который с размаху врезался кшатрию между ног не хуже чем какая-нибудь дубинка, благо отлили сей сосуд из самой настоящий меди, не пожалев ни материала, ни полироли для блестящего на солнце металла. — Вернее будущим безработным евнухом, поскольку не до гаремов османам теперь! А твой отец — вор! Вор, который обвинил своего названого брата в краже, а после убил его и продал семью своего лучшего друга британским работорговцам!
Поскольку дело вот-вот должно было дойти до оружия, ну или уже дошло, если считать слегка смявший от удара кубок какой-то разновидностью булавы, Олег решил перестать играть тонко, и просто растащил забияк в разные стороны телекинезом.
— Грязный лжец! — Из распахнувшегося рта кшатрия вместе с гневным криком вылетел маленький шарик пламени…Ну очень маленький и слабенький, даже обычного человека такой бы на месте не убил, максимум больно обжег…Что было бы, в принципе, достаточно для победы в схватке один на один с подавляющим большинством врагов, поскольку руки этого потомственного воина уже выхватили из-за пояса массивный трехствольный пистоль, и чуть не разрядил все три его заряда в своего обидчика. Помешал Олег, силой мысли выдернувший из оружия и пули, и порох. — Дуэль! Немедленно дуэль! До смерти! Ты заплатишь за то, что посмел повторять за всякими дураками эти жалкие бредни!
— Жалкие бредни⁈ Ха! — Не удержался от смеха подчиненный Олег, который вроде бы до своего вступления в отряд был одним из местных охотников, чистящих от магических тварей, стихийно поднявшейся нежити и просто обнаглевших хищников леса, болота и прочие места, куда кшатрии и их солдаты обычно без достойного повода не совались. Ибо возни много, прибыли мало, а если какой-нибудь старый тигр-людоед или гигантский паук скрадывает из удаленных деревень по паре человек в месяц, то не отрывать же благородную задницу от её важных дел. — Да мой дед своими глазами видел, как везли в клетке с живым товаром обесчещенных дочерей знаменитого купца Плерда! Купца, в чьем доме он пару раз бывал как гость и видел, что там как ближайшего родича принимали твоего отца, которого тот купец спас во время чумы, купив для него у брахманов стоящее сотни золотых чудесное лекарство! Кстати, вроде и о браке тогда ваши семьи сговаривались…Скажи, а как ты потратил золото, которое получил от англичан за собственную невесту? На шлюх спустил?
— Убью!!! — Подвешенный в воздухе кшатрий принялся извиваться и пытаться освободиться раза в три активнее, чем раньше. — Грязный навозный жук! Я прикончу тебя, а потом найду могилу твоего деда и всю твою семью над ней…
Рассказать, что конкретно сей гордый аристократический воитель собирается сделать с потомками очевидца-правдоруба, у пышущего злобой индуса не получилось. Поскольку Олег ему речевые мышцы парализовал.
— Кажется, дуэль в данном случае неизбежна, но не хотелось бы портить грязью сей чудесный пир, — обратился к местному владыке русский боевой маг, который едва успел счистить с себя землю и прочий мусор, который за время засады нацеплял в собственноручно вырытой канаве. — Отложим их поединок? Скажем, на месяц, ну или когда тут будет ближайший праздник, посвященный одному из богов воинов…
Обмундирование бывшего охотника было хоть и не плохим, но по меркам самого Олега считалось бы скорее второсортным. Слегка зачарованная кольчуга, рыцарский шлем со следами ремонта, относительно неплохая трофейная сабля, способная наковальню не расколоть так надрубить, ну и пара револьверов… Примерно в том же духе был экипирован и кшатрий, бывший судя по всему одним из лучших воинов владыки данного населенного пункта. Только вот удерживаемый силой мысли в воздухе представитель воинской касты был явно куда опытнее относительно молодого парня, а еще как маг намного сильнее заурядного, в общем-то, ведьмака. Да и просто сильнее. Выше, шире в плечах, массивнее, причем без капли лишнего жира, одни лишь мышцы, полученные на многолетних тренировках…Однако за тридцать дней очень интенсивной подготовки эта разница могла бы существенно сократиться. Или вообще сойти на нет, благодаря обширности арсеналов Олега и возможности целителя напрямую улучшить организм своего пациента в весьма широком диапазоне, как минимум нарастив ему немного длину всех костей, да и мышечный каркас укрепив.
— Да разве можно хоть какой-нибудь праздник испортить священным поединком⁈ — Не пошел ему навстречу владелец чересчур разросшейся деревеньки, благополучию которой больше ничего не угрожало. Во всяком случае, в ближайшей перспективе. И хотя Олег допускал, что говорить подобное младший сын какого-то князя мог от чистого сердца…Но почему-то
