Читаем без скачивания Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет - Александр Костин

Заместитель Путина Аникин все-таки был вынужден из-за скандалов оставить свой пост (и стал гендиректором «Ленфинторга»), а часть заключенных под эгидой Путина сделок была расторгнута. Должность Аникина унаследовал заместитель Аникина Алексей Миллер. С мая 2001 г. Алексей Борисович Миллер является председателем правления ОАО «Газпром».

Что касается утверждения Путина, что фирмы и их владельцы «растворились», то Владимир Владимирович лукавил. Как уже говорилось, почти все физические и юридические лица, причастные к лицензионному скандалу 1992 г., и далее продолжали присутствовать в экономической жизни города и страны. Многие с повышением переместились вслед за Путиным в Москву. Практически единственное исключение составил московский концерн «Интеркоммерц — Формула-7» Мирошника. Георгий Михайлович Мирошник, он же Николаидис, по некоторым сведениям, сын тбилисских греков Николаидисов, усыновленный офицером НКВД, молдаванином Михаилом Мирошником, в советское время имел три судимости (отсидел в общей сложности четыре года). В перестройку стал кооператором, основал концерн «Формула-7». В 1991 г. стал советником вице-президента России Александра Руцкого. Был президентом Московской агропромышленной биржи. Закупал товары у Западной группы войск (ЗГВ). Обвинял тогдашнего командующего ЗГВ Матвея Бурлакова в хищениях, за которые сам попал под следствие и обвинялся в присвоении 18 млн. долларов. В июле 1992 г., когда Мирошник был с Руцким в Испании в составе правительственной делегации, вылетевшей на Олимпиаду, на подмосковной даче Мирошника был произведен обыск. Мирошник не вернулся в Россию и был объявлен в розыск. В 1997 г. он был арестован в США с греческим паспортом на имя Николаидиса и получил год за ношение незарегистрированного оружия. По окончании срока был депортирован в Грецию, несмотря на просьбу генпрокуратуры России выдать его России. В Греции был приговорен к тюремному заключению, после освобождения приехал в Москву с двумя паспортами (греческим и российским) на имя Константина Атмансидиса. 9 декабря 2001 г. был арестован в Москве. В ноябре 2002 г. был приговорен к двум годам, из которых почти год уже отсидел. В январе 2003 г. вышел досрочно с учетом примерного поведения и плохого состояния здоровья[38]…

«Засветился» В. Путин также в некоторых других криминальных разборках «бандитского» Петербурга лихих 90-х годов. В частности, в т. н. «деле Санкт-Петербургских казино», бизнесом которых, согласно распоряжению, подписанному Собчаком, руководил Путин. В партнерские отношения с организованными преступными группами (ОПГ) силовые структуры города, направляемые путинским КВС, вступают в конце 1991 года. К этому времени относятся первые разделы собственности между двумя группами людей, контролирующими Санкт-Петербург, не случайно называемый «криминальной столицей России»: чекистами и бандитами. Классическим стало формальное соглашение между «городом» (за которым стоял КГБ) и «бизнесменами» (за которыми стояли гангстеры) о совместной организации и управлении игорным бизнесом. Согласно распоряжению мэра города от 24 декабря 1991 года № 753-р в целях упорядочения деятельности предприятий всех форм собственности, получающих доход от игорного бизнеса, был создан при мэрии Наблюдательный совет по казино и игорному бизнесу под председательством Путина.

Однако комиссия под председательством Путина оригинально «упорядочивала» деятельность казино города. Силовикам Санкт-Петербурга в этом бизнесе принадлежал 51 % акций, а преступным группировкам — 49 %. На бумаге бизнесмены показывали одни убытки. Путин в книге «От первого лица» с наивной простотой, не подозревая, что распоряжение Собчака о назначении его главой игорного бизнеса может стать достоянием гласности, рассказал, что происходило с доходами от игорного бизнеса:

«Я не первый раз был в Гамбурге и, не поверите, по долгу службы изучал их злачные места: мы в то время пытались навести порядок в игорном бизнесе Санкт-Петербурга. Тогда я считал, не знаю, правильно ли, что игорный бизнес — это такая сфера деятельности, в которой должна быть монополия государства. Но моя позиция противоречила уже принятому Закону об антимонопольной деятельности. Тем не менее я попытался сделать так, чтобы государство в лице города установило жесткий контроль над игорной сферой. Для этого мы создали муниципальное предприятие, которое никакими казино не владело, но контролировало 51 процент акций игорных заведений города. В это предприятие были делегированы представители основных контролирующих организаций: ФСБ, налоговой полиции, налоговой инспекции. Расчет был в том, что государство, как акционер, будет получать дивиденды с 51 % акций. На самом деле это была ошибка, потому что можно было владеть каким угодно пакетом акций и при этом не ничего не проконтролировать: ведь все деньги со столов уходили черным налом. Владельцы казино показывали нам только убытки. То есть в тот момент, когда мы подсчитывали прибыль и решали, куда можно будет ее направить — на развитие городского хозяйства, на поддержание социальной сферы, — они смеялись над нами и показывали убытки. Это была классическая ошибка людей, которые впервые столкнулись с рынком. Позже, особенно во время предвыборной кампании Анатолия Собчака в 1996 г., наши политические оппоненты пытались найти какой-то криминал в наших действиях, обвинить нас в коррупции. Мол, мэрия занималась игорным бизнесом. Смешно было это читать. Все, что мы делали, было абсолютно прозрачно. Можно только спорить о том, правильно ли было с экономической точки зрения. Судя по тому, что схема оказалась неэффективной и с ее помощью не удалось достичь задуманного — надо признать, что она была не продумана до конца. Но, если бы я остался работать в Санкт-Петербурге, все равно эти казино додушил бы. Я бы их всех заставил работать на нужды общества и делиться с городом своими прибылями. Эти деньги пошли бы пенсионерам, учителям и врачам».[39]

Трудно представить, что все четыре года партнеры по казино воровали и смеялись, а чиновники и кураторы ФСБ, налоговых служб и мэрии этого не замечали или ничего по этому поводу не делали. Логичнее предположить, что чиновники были в доле — как это было по всей стране, не только в игорном бизнесе. Так кто же получал деньги?

«Муниципальное предприятие», о котором упоминает Путин, — фирма «Нева-Шанс». Путин, однако, не точен. В марте 1992 г. два подразделения мэрии — возглавляемый Путиным Комитет по внешним связям (КВС) и Комитет по управлению городским имуществом (КУГИ), который тогда возглавлял Сергей Беляев, учредили не муниципальное предприятие (МП), а акционерное общество (АО), названное без претензий на оригинальность просто «Казино». Руководителем АО «Казино» был назначен друг Путина, офицер действующего резерва ФСБ Валерий Поломарчук.

Изначально предполагалось, что принадлежащее мэрии — точнее, двум ее комитетам — акционерное общество будет непосредственно заниматься игорным бизнесом, а исправное поступление прибыли в бюджет структур мэрии будет обеспечивать руководитель, которому учредители, и, прежде всего Путин, доверяют. Однако такая структура была уязвима юридически. Поэтому уже через месяц АО «Казино» самоликвидировалось, а вместо него непосредственно мэрия учредила муниципальное предприятие (МП) «Нева-Шанс». Но официальным адресом регистрации МП «Нева-Шанс» стал фактический адрес путинского КВС — переулок Антоненко, 6. Новое предприятие возглавил тот же Поломарчук. Фактический контроль над новой структурой сосредоточился таким образом, в руках Путина, а другие комитеты, включая КУГИ С. Беляева, были от контроля и дележа прибыли оттеснены.

В отличие от АО «Казино», МП «Нева-шанс» не должно было непосредственно заниматься игорным бизнесом. Оно входило вместе с физическими и юридическими лицами в качестве соучредителя как в новосоздаваемые, так и в старые игорные заведения, становясь совладельцем этих предприятий. Доля МП «Нева-Шанс» в уставном капитале учреждаемых фирм обычно составляла 51 %. В уставной капитал эта доля вносилась не живыми деньгами (которых у мэрии не было), а правом на получение арендной платы за помещение — точно так же мэрия и ее комитеты входили в уставной капитал и других коммерческих структур, не игорных. Изобретение этой схемы принадлежало юридическому эксперту КВС Дмитрию Медведеву. Именно он одним из первых в Санкт-Петербурге, да и в России, придумал, как власть может «войти» в акционерное общество, не нарушая существующих законов: не землей, не помещениями, а арендной платой за землю и помещения.

В июле 1992 г. в дополнение к МП «Нева-Шанс» появилось АОЗТ «Нева-Шанс», зарегистрированное по тому же адресу КВС, переулок Антоненко, 6, с тем же Поломарчуком в качестве руководителя. В феврале 1993 г. была создана еще одна структура: АООТ «Нева-Шанс» с адресом Садовая улица, 53, в которую совладельцами вошли два новых соучредителя вместо городской мэрии и с тем же руководителем во главе — с Поломарчуком. Новыми учредителями стали КУГИ и АОЗТ «Телеказино» (ранее учрежденное муниципальным предприятием «Нева-Шанс») совместно с компанией «Русское видео», возглавляемой Д. Рождественским и Владимиром Груниным, полковником, бывшим начальником службы «Т» («терроризм») ленинградского КГБ.