– Давай покончим с этим раз и навсегда.
Она не может дождаться, когда наконец от него избавится.
Ник закрыл автомобиль.
Он шел за Еленой, любуясь медовым оттенком стен дома, высоченными пальмами и роскошными цветущими растениями вокруг виллы.
Елена не хотела уступать ему виллу, но он был уверен, что сумеет убедить ее. Сейчас велись переговоры о покупке «Долфин-Бей резорт» совместно с «Атреус-групп», и эта вилла составила бы значительную часть портфолио.
Елена открыла входную дверь, и Ник испытал дежавю, с трудом сдерживая желание обнять ее. Но это только напомнило ему о том, что их связь с Еленой не задалась с самого начала. И теперь, шесть лет спустя, ничего не изменилось.
Газеты раздували слухи о его личной жизни. В основном он встречался с женщинами, потому что любил их общество и умел расслабляться. Если бы он зашел в отношениях дальше, ему пришлось бы брать на себя обязательства, в исполнении которых Ник не был уверен.
С Еленой все по-другому. Она сама была другой. Сначала она совсем не привлекала его.
Шесть лет назад в кафе он решился на свидание вслепую с ней, потому что рассердился на ее друга, который устроил ей свидание с парнем, который мог оказаться опасным.
Но, если говорить честно, это послужило предлогом. Долгие годы он издалека наблюдал за Еленой. Она была наивной и соблазнительно милой. И мысль о том, что какой-то парень пойдет с ней на свидание и будет заниматься с ней любовью, вывела Ника из себя.
Она оказалась девственницей.
Этот факт остался выжженным в памяти Ника навсегда.
Он испытал целую бурю эмоций. Такого в его жизни еще не случалось. Основным приоритетом для него всегда являлся бизнес. Он постоянно ездил в командировки и порой работал двадцать четыре часа в сутки. Елене нужна была любовь, обязательства, а этого он дать ей не мог.
Автокатастрофа и смерть отца оградили его от дальнейшего общения с племянницей Катерины. Но теперь, шесть лет спустя, она все так же притягивала его.
Вопреки всем законам логики, он все еще хотел Елену.
А то, что Елена тоже испытывала к нему чувства, несмотря на попытки оградиться от него, заводило Ника еще сильнее. Сегодня они снова займутся любовью. Он знал это наверняка.
И теперь перед ним стоял еще один вопрос: хватит ли им одной ночи?
Елена вошла в прихожую и зажгла свет. Высокий и широкоплечий, Ник стоял за ней, заставляя ее ощущать нехватку воздуха. Воспоминания прошлой совместной ночи были так свежи, словно она случилась только вчера.
Шесть лет назад Ник закрыл дверь, притянул ее к себе и начал страстно целовать, так, словно пытался выпить ее до дна…
Сделав резкий шаг вперед, Елена включила свет во дворе. Не обязательно было включать его весь. Но Елене было на это плевать. Ее всю трясло от осознания того, что Ник совсем не скрывал своей готовности провести ночь вместе и на этот раз.
Мерцающий свет осветил небольшую террасу справа и просторную гостиную слева. Посередине была лестница на второй этаж.
Улыбнувшись Нику, Елена начала подниматься по ступеням.
– Если хочешь выпить, поищи в баре на кухне. Я переоденусь и спущусь к тебе.
Наверху располагались четыре спальни. Двери каждой из них были открыты для проветривания. Елена зашла в самую большую спальню, которую Елена занимала каждый раз, приезжая в Долфин-Бей. Именно в ней шесть лет назад они оказались с Ником. Комната была украшенная в традиционном средиземноморском стиле: белые стены, черный пол, фотообои на одной из стен. Она словно напоминала своей романтичностью трагическую любовь тети Катерины.
Постель, декорированная роскошными подушками и гранатовым покрывалом, расшитым золотом, была похожа на гнездо экзотической птицы.
Закрыв за собой дверь, Елена начала судорожно расстегивать обшитые шелком розовые пуговицы своего вечернего платья.
Она бросила взгляд в антикварное овальное зеркало, висящее на стене. В нем отразилась изящная девушка в розовом белье, на высоких каблуках. Каскады волнистых волос ниспадали на плечи, в мочках и в пупке поблескивали нежно-розовые камни. Елена подумала, что напоминает себе куртизанку.
Не лучшая мысль при условии, что ближайшие два часа она собирается провести вместе с Ником.
Тяжело вздохнув, Елена надела ярко-красный сарафан.
К сожалению, теперь тонкие бретельки открывали временное тату-бабочку на ее плече. Это могло показаться смешным, но она не хотела, чтобы Ник ее видел. Не хватало еще его комментариев по поводу тату в довершение всех открытий сегодняшнего вечера.
Скинув великолепные розовые туфли на высоком каблуке, Елена надела красные сандалии, накинула полупрозрачный черный кардиган и поспешила вниз.
Когда она вошла в гостиную, заметила, что Ник снял пиджак и повесил его на стул. Стеклянная дверь, ведущая в сад, была широко распахнута.
Внезапно Ник вышел из полуосвещенного двора, занося с собой соленый запах океана и звук волн, повернулся и закрыл за собой дверь.
Небрежная небритость, полурастегнутая на груди рубашка… Он выглядел именно так, каким Елена видела его в своих подростковых фантазиях.
– Готова?
– Абсолютно. За мной. – Елена снова направилась к лестнице, каждой клеточкой тела ощущая присутствие Ника.
Проходя мимо своей спальни, она в ужасе обнаружила, что забыла закрыть дверь. Мысль о том, что она приоткрыла завесу своей интимной жизни перед единственным мужчиной, с которым у нее был секс, поразила ее как удар молнии.
Если бы у нее было хоть немного ума, она бы пригласила кого-нибудь сопровождать их.
Елена открыла дверь в душную темноту чердака. Ник зажег свет и последовал за ней внутрь помещения. Бросив взгляд на груду коробок, он произнес:
– Катерина никогда ничего не выбрасывала?
– По крайней мере, я этого не видела. Если перстень в доме, он должен быть здесь.
Как всегда при воспоминании о тете, Елена захватила волна легкой грусти и нежности. Она знала, что тетя обожала всех своих племянниц и племянников, но с Еленой ее связывали особые узы. Видимо, из-за того, что у самой Катерины детей не было.
Она поспешила открыть окно.
– С чего начнем? – Ник вынул из коробки толстый пыльный том.
– На этой стороне комнаты я все обыскала и рассортировала. – Елена махнула рукой в другую сторону. – Смотреть надо здесь.
– Круто. Военные фляжки. – Ник наклонился, чтобы изучить кожаные фляжки. – А они откуда?
– Видимо, из Новой Зеландии, куда наше семейство иммигрировало в сорок четвертом.
– Во время войны. Приблизительно в это же время иммигрировала и моя семья. Возможно, они приплыли на одном корабле.
– Возможно, – пробурчала Елена. – Хотя, учитывая то, что твоя семья владела кораблями, наши родственники вряд ли общались.
