Спустя энное количество времени спросил меня Игорь Скворцов, и я сказала, что из-за того, что соседняя фирма обанкротиться, если увидит весь рисунок целиком. Мужчина напрягся, а потом вздохнул, и сказал, что готов работать со мной. Я не поверила, приводя такие факты, от которых мужчина растерялся.
— Вы как кошка, которая не упустит своей выгоды.
— Я не кошка, я креативный директор, которая сама к вам подошла, чтобы исправить ошибку. Я ничего не потеряю, если этот проект уйдёт от вас, но вы потеряете в хорошей задумке. У вас кафе, и быть может, соседняя фирма предложила вам хороший вариант, но мой лучше.
— Почему вы так думаете?
— Я креативный директор, которая сама делала этот проект.
Мой проект забрали, мало того, что его забрали, так мне его и оплатили по той цене, которую я сказала. В два раза дороже.
— Вы волшебница? — Высветилось у меня на дисплее, и я удивилась. Следом пришло смс, что Максим говорит про проект.
'Давно рисуете?'
'А есть что из готового?'
Прочитала я старые сообщения, и задумалась, прикусив кончик карандаша. Дурацкая привычка, но никак её не проработаю. Из готового у меня было много, но это всё было дома.
— Рисую давно, мать меня в художественную студию отдавала, да и образование дизайнера у меня тоже имеется. Я вам вечером покажу, у меня всё дома висит, фотографировать надо.
— Мы с вами когда — нибудь познакомимся? — Вдруг спросили меня, и я задумалась, написать крутящийся в голове ответ, или нет.
— вы в гости напрашиваетесь? — Задала я интересующий меня ответ, и мне тут — же ответили, что нет.
— А зря, так бы мы с вами точно познакомились, — Без задней мысли ответила я, и принялась ждать. Меня не заблокировали, но общаться по телефону мы перестали. У кого, что играет, как говориться. Я не расстроилась, но иногда у меня были такие моменты, когда мне нужен был либо совет Максима, либо его ответ, а этот кадр меня совсем игнорировал, даже в вопросах, касающихся работы. До поры до времени, я так и работала, а потом мне срочно понадобился Максим, именно срочно, и я не то, что не смогла его найти, я до него, даже дописаться не смогла.
— Подождите, пожалуйста, — Попросила я влиятельную личность, именно влиятельную. У меня в кабинете сидел чиновник, и об этом знали все, включая секретаря Максима Юрьевича, и где этот Юрьевич сейчас ходил, я понятия не имела.
Я набрала один раз, мне не ответили. Я набрала второй раз, мне не ответили, я плюнула и пошла в его секретариат, причём ворвалась я туда такая злющая, что милая Анжела — секретарь Максима, с порога мне предложила валерьянки.
— Можно мне воспользоваться вашим сотовым телефоном? Это вопрос жизни и смерти, нашего Генерального Директора. Мне разрешили воспользоваться телефоном, но с таким подозрением на меня посмотрели, что мне пришлось сказать, что мой номер, он не берёт.
— Да, — Тут — же ответили мне, и я так расстроилась, что чуть не расплакалась на глазах у секретаря.
— Вы безграмотный, вы трус и лебедей. Вы купили фирму, и в самый ответственный момент, вы кидаете всё на самотёк. Я устала от вас, я устала работать с вами, и я устала бегать за вами, бегать, в переносном смысле.
— Это кто?
— Без разницы, — Ответила я, и посмотрела на календарь, — В моём кабинете, сейчас сидит Пётр Николаевич Семёнов, это наш чиновник, если вы его не знаете, — На том конце провода напряглись, а я продолжила, — Я вам писала, я вам звонила, и знаете что, я ему сейчас откажу. Возьму и откажу. Я заколебалась исправлять ваши ошибки, — Из моих слёз закапали слёзы, и Анжелика всё — же побежала за валерьянкой, так и сказав мне, что она за валерьянкой.
— Отказывайте чиновнику, я решу этот вопрос сам, — Я чуть не положила трубку, окончательно разочаровавшись в этом мужчине, но Максим попросил подождать, поняв, с кем он разговаривает.
— Вик, не увольняйтесь, пожалуйста, я не правильно себя вёл. Я исправлюсь, — Я замолчала, а потом угукнула, и положила трубку.
— Вы уволитесь? — Спросила меня Анжелика, и я отрицательно покачала головой, сказав, что нет. Мне на телефон позвонил Максим, но потом скинул, и написал смс, что позже перезвонит. Это было мудрое решение, учитывая, что у меня в кабинете, сидел чиновник.
— Вы плакали? — Спросил меня Пётр Николаевич, и я сказала, что у меня просто аллергия на пыль. Мне не поверили, но дальше разговор развивать не стали.
— Скажите, какой у вас периметр вашего коттеджа, и как далеко он за пределами Москвы? — Всё же решила спросить я, чтобы знать, с чем работать. У меня был Егор, у меня была команда Иры и Флора, а ещё у меня был Роман с его женой Верой. Ирина и Флор, держали своё туристическое агентство, но в своё время, они учились вместе со мной. Роман был создателем одной известной строительной фирмы, Сквал Ру, а Вера была просто хорошим художником.
— Вы согласитесь, если я попрошу наших друзей, друзей фирмы, помочь нам? Я могу вам показать все проекты, которые мы делали вместе, — Я достала альбом, и показала все фотографии проектов, которые мы делали все вместе.
— Этого мужчину я знаю, он строил мой коттедж, — Сказать, что я удивилась, это ничего не сказать, оказывается, мой брат с чиновниками работает.
— Вы отказались? — Спросили меня, и я ответила, что нет. Я не хотела разговаривать с Максимом, но у меня были вопросы, которые мне с ним надо было решить.
— Это большой проект, — Начала печатать я, но Максим меня опередил, и просто позвонил. Я растерялась, не зная, что и делать. Взять трубку, или нет.
— Да? — Ответила я, на том конце провода послышалась тишина, а потом генеральный сказал, чтобы я рассказывала.
— Этот проект под Москвой. У Петра там отстроен коттедж, строился пять лет назад, сейчас он хочет в корне изменить дизайн не только внутренней ошибки, но и всего участка тоже.
— У меня нет столько людей, да и дизайнера интерьера у нас нет.
— Их нет у
