и оба стильно одетые. Как из одной семьи. Я не стал, рассматривать руку девушки, ища на пальце обручальное кольцо, но я осознанно помечтал о том, чтобы её ещё раз увидеть. Я оделся, оплатил свой счёт, и пошёл обратно в офис, по пути, застёгивая свой пуховик, тоже к слову красный.
— где — то я этого мужчину уже видела, — Услышал я почти на выходе.
Не всё, что золото, что блестит, думала я, рассматривая якобы наш проваленный проект. Со мной стоял один из аукционеров, и откровенно побаивался меня, явно понимая, что они вляпались.
— Где этот, ку — пи — дон, я его сейчас такими купидонами буду крыть, я ему сейчас такие счета выставлю. А ну верните мне Егора в штат, верните, говорите, — Неслась я по коридору, чуть ли не с размаху, влетев в кабинет генерального. Максима на месте не оказалось, зато сидела младшая секретарь, испуганно рассматривая меня.
— а вас искали. — Тихо пискнула она мне, явно не понимая, с кем она имеет дело.
— да что ты, — Рявкнула я ещё раз. Вслед за мной в кабинет влетел наш аукционер, прося секретаря валерьянки и стакан воды, для меня кстати.
— Но вы, вы, вы с парковкой тогда разбирались, — Ответили мне, и я вскинула брови, повернувшись, попой к секретарю. В кабинет вошёл статный мужчина, а потом вышел, даже не посмотрев на меня, — Видишь, вот эту вот нашивку? Это защитник маленьких машин, и если маленькие машины в опасности, я бегу им помогать.
— Вы кто? — Тихо спросили меня, и наш аукционер, чуть не выпал в осадок, тихо сказав, что я Виктория Михайловна, креативный директор, данного заведения. С этого момента, в моей жизни начались приключения, оказывается, я у них была что — то, а точнее, кем — то вроде привидения, которое все мечтали увидеть, и самое главное, меня мечтал увидеть, наш генеральный директор — максим Юрьевич.
— Ваш Директор, меня уже неоднократно видел, — сказала я, даже не подозревая, в какое яблочко я попала.
— Девушка, подождите, пожалуйста, не закрывайте дверь, — раздалось мне вслед, и я автоматически, придержала дверь, дожидаясь своего соседа.
— Девушка, подождите, здесь собачка бегала, вы не видели её? Шпиц такой маленький, — Сказал мне мужчина, лицо которого я не увидела. Он был в капюшоне, а я была в шапке, завязав волосы в аккуратный, небольшой пучок.
— Нет, — сказала я, припоминая, что Артемис любит гулять на детской площадке, на детской площадке поищите, он у вас там любит играть.
— Что? — Переспросил меня приятный баритон, и я сказала, что детская площадка за домом, его там дети кормят конфетами.
— Что? — Мужчины и след пропал, он побежал искать своего шпица. Я чуть следом не побежала, переживая за своего приобретённого сына. Мамой я ещё не была, но шпица усыновила.
— Девушка, подождите, мы с вами соседи кажется, — со мной вроде хотели познакомиться, но я была не в духе, и просто проигнорировала мужчину. Я не хотела его обидеть, но у меня были проблемы на работе, и я просто устала их решать.
— Виктория Михайловна, вы у себя? — Спросил меня женский голос, но я ничего не ответила, думая, что делать с этим проектом. Я проект не одобряла, я его не брала, но его так запороли, что я не знала, что и делать.
— Вик, ты тут? — раздался голос Тимура, и я сказала, что да. Ко мне в кабинет вошёл только Тимур, а следом пришёл Егор, который сказал, что он опять увольняется. Я ничего не ответила, я хотела плакать. На Егора скинули все обязанности главного дизайнера, и это было не правильно. Я решила позвонить, своему бывшему мужчине, и попросить у него помощи. И как оказалось, не зря. Мы давно не встречались. Но мы остались хорошими друзьями, именно друзьями.
Не всё то золото, что блестит, говорится в цитатах, умных книжках и так далее, но я знала, что я могу заставить блестеть что угодно, особенно, когда мою фирму перекупает мой бывший мужчина.
— Что? — Не понял я, когда весь штат аукционеров сказал мне, что они согласны продать эту студию своему главному аукционеру, креативному директору, так как она заколебалась разговаривать со мной по телефону, по стикерам, ходить табуном из моего кабинета в туалет и так далее. Я не понял и тогда, когда элегантный мужчина, который пришёл ко мне, и представился Глебом, предложил мне заплатить восемьдесят миллиардов долларов. Лишь бы его бывшая девушка не ревела от того, что его друга опять увольняют из-за несправедливости. Я вообще ничего не понимал, но самое главное, что я понял, оказывается, я был совсем не золото, так как чистить себя от пафоса забывал. Я разозлился, и просто влетел в кабинет своего креативного директора, там сидела Даша, и я чуть было не сорвался на девушку.
— Где она? — Тихо спросил я, чуть ли не дрожа от злости.
— Ушла в здание, напротив, там сидят наши клиенты, которым не понравился проект, который якобы сделала Вика и её креативный одел. Вы поймите, у нас есть стол заказа, у нас нет отдела креатива. Вика работает сама, она не работает в команде.
— Что? — не понял я, припоминая, ту история с катком, — а каток?
— Это были её друзья, они не работают здесь, и насколько я знаю, Пётр Николаевич, говорил вам об этом.
— И как давно, она работает одна?
— Всегда работала одна, она ни разу не брала проекты в команде, просто тогда, у неё был форс мажор. Она забрала проект у Тимура, вышла на вашу Юлю, и та дала ей пять дней, а сейчас она вот, буквально полетела в тот вот офис, проект возвращать.
— Одна?
— Да нет, с братом.
— А брат ей почто?
— Да там говорят, его жена в отделе кадров работала раньше, вот Вика и сделала ход конём, чтобы у конкурентов заказ буквально выкрасть.
— У нас что, через дорогу, конкуренты сидят?
— А вы не знали?
Не всё то золото, что блестит, особенно, когда это золото, креативный директор невидимка, который от меня не то, что прячется, мы просто с ней никак не
