Читаем без скачивания Казенный дом - Илья Деревянко

Спецназовец не ошибся. Посланные Терентием Богдановичем киллеры (некие Альберт Галкин и Руслан Поплавский) начали активные боевые действия всего несколько минут назад. Прибыв в город около половины восьмого вечера, они, используя переданную Самолюбовым (через Кныша) информацию, отследили приезд Киборга с Лёнчиком в «Сюзанну» и, посовещавшись, решили приступить к «работе» ночью, когда «мишени» размякнут, захмелеют, а их измученные бездельем секьюрити начнут дружно клевать носами. Убийцы собирались проникнуть в «Оздоровительный центр» под видом рабочих, через наименее охраняемый черный ход. Используя начерченную от руки схему, зайти прямиком в апартаменты Григорьева, изрешетить из автомата всех там находящихся, швырнуть для верности пару гранат и в темпе «рвать когти»[10]. Необходимо отметить, что основную часть плана разработал лично Кныш (опять-таки при помощи Самолюбова). Самим мокрушникам оставалось лишь выбрать время да подыскать надежные пути отхода. С последним аспектом возникли некоторые осложнения, однако в конце концов, основательно изучив окрестности, киллеры сумели подобрать подходящий маршрут. Свою «Ниву» они оставили в проходном дворе, в трех кварталах от «Сюзанны», а «восьмерку», на которой приехали, угнали за час до нападения.

В дверь постучал Руслан Поплавский.

– Кого нелегкая принесла? – пробасил внутри ленивый, сонный голос.

– Сантехников, – безмятежно ответил Галкин. – У вас в бассейне труба подтекает. Нас вызвал по телефону, – Альберт притворился, будто читает по бумажке, – э-э-э, Яблонский Игорь Валерьевич.

Господин Яблонский являлся «ночным» директором «Оздоровительного центра», распоряжался шлюхами, музыкантами, официантами и бдительно следил, чтобы развеселые гуляки ни в чем не испытывали неудобств. Имя его было известно немногим, а посему охранники с легкостью поверили словам мокрушника, чертыхаясь, отперли давно не смазываемую дверь и... рухнули оба, сраженные длинной бесшумной очередью в упор.

– Оттащи «мясо» с дороги, – шепотом сказал напарнику Галкин. – Иначе при отходе споткнуться можем. А я пока новый рожок вставлю.

Зайдя в здание, убийцы оказались в ярко освещенном широком коридоре с множеством дверей.

– Наша последняя, слева у лестницы, – сверившись со схемой, тихо сообщил Поплавский.

С кривой ухмылкой Галкин двинулся к означенной двери, держа автомат на изготовку, распахнул ее пинком ноги, и вдруг невидимая кувалда с размаху треснула киллера в висок. Ничего толком не поняв, Альберт очутился вне собственного тела, увидел, как оно (тело то есть) безжизненно валится на пол с продырявленной пулей головой, услышал, как отчаянно заорал Поплавский, получивший по пуле в каждое плечо, дико изумился и... на этом последние земные впечатления мокрушника закончились. Рядом с ним материализовался из пустоты мерзкий демон с козлиной башкой, жадно сграбастал грязнущую душу убийцы и, гнусно гогоча, уволок навстречу неописуемым адским мукам...

Кузнецов ворвался в коридор первым и, моментально сориентировавшись, уложил одиночным выстрелом уже собравшегося открыть огонь киллера. А второго, прикрывавшего напарника и проворно обернувшегося на шум, «обезручил» двумя пулями. В общей сложности нейтрализация обоих мокрушников отняла у спецназовца четыре секунды.

– Лихо ты их! – восхищенно воскликнул подоспевший Кочерга.

По прошествии еще двадцати секунд опомнились «зависавшие» в кабинете Киборг с Лёнчиком. Закутанные в белые простыни, наподобие древнеримских тог, они осторожно выглянули в коридор.

– Спасибо, Андрей! – не разобравшись в ситуации, с пафосом провозгласил Григорьев. – Ты спас нам жизнь и соответственно...

– Не по адресу благодарность, – вежливо перебил шефа начальник СБ. – Ваш спаситель – вот! – Кочергин указал на Михаила.

– Ггхе, гм, – притворно закашлялся Киборг, испытующе оглядывая статного, незнакомого человека с явно военной выправкой. – Гм, кхе... Спасибо, значит, тебе!.. А ты вообще-то кем будешь?

– Мой старый друг, – поспешил пояснить Кочерга.

– Друг, стало быть... М-да! – продолжал мяться пахан.

– Я не мент и не фээсбэшник, – правильно истолковав колебания Григорьева, сказал Кузнецов. – Майор спецназа ВДВ, коли тебя интересует мой общественный статус! А привели меня сюда следующие обстоятельства...

Продолжить Михаил не успел.

По коридору затопало множество ног, зарокотали возбужденные голоса, и к кабинету подвалила на рысях целая свора вооруженных до зубов мордоворотов. Узрев, что дражайший босс, оказывается, жив-здоров, они все разом испустили шумный, облегченный вздох.

– Мы засекли посторонних через камеры скрытого наблюдения! – взволнованно начал старший из секьюрити, наголо бритый, тридцатилетний здоровяк со сплюснутым носом.

– Заткнись, раз-з-зява!!! – змеем прошипел Григорьев. – За-се-кли!!! У, блин, дармоеды гребаные!!! Да если бы не Андрюхин кореш, я бы сейчас был покойником! При такой-то дерьмовой охране! Сгною, на хрен, волки позорные!

– У черного входа, на улице, лежат двое твоих убитых людей, – спокойно остановил быстро закипающего пахана спецназовец. – Чем с ходу «гноить» пацанов, лучше распорядись прибрать трупы, закрыть двери и... перевязать подранка, – майор махнул дулом пистолета в сторону заходящегося надрывными стонами Поплавского. – «Язык» нам здорово пригодится!.. И обезболивающего вколите, – немного погодя добавил он.

– Правильно! Выясним, кто нанял! – подал голос доселе молчавший Лёнчик.

– Это как раз хорошо известно, – мрачно усмехнулся Кузнецов. – Убийцу прислал Терентий Кныш по приказу господина Самолюбова. – И, заметив вытянувшееся лицо Киборга, предложил: – Давай-ка пройдем в кабинет, передохнем, расспросим пленного да обсудим некоторые вещи.

Кстати, учти: выручал я тебя не из горячих личных симпатий (по причине отсутствия таковых) и, конечно же, не ради денег. Мне нужно нечто другое, а именно – определенная информация! Моя, между прочим, тебя тоже весьма заинтересует! Короче, произведем взаимовыгодный обмен сведениями, касающимися одного и того же типа. Пардон, двух типов: Кныша с Самолюбовым!

– Отличная идея! – вместо пахана ответил хранитель общака. – Проходи, парень!..

Там же.

Полтора часа спустя.

– Е-мое! Никогда бы прежде в такое не поверил! Буквально мозга за мозгу заходит! – хватался за голову потрясенный Григорьев.

– А чему ты, собственно, удивляешься? – раздраженно скривился Лёнчик. – Просто Генка-подлец решил пойти ва-банк. Уж больно бабки возвращать не любит! К сожалению, мы не знали о наличии у него персональной бригады мокрушников. Иначе приняли бы меры! А теперь все встало на свои места! Двадцать шестого утром Самолюбову выдвинули конкретную предъяву – до наступления минувшего вечера перевести в «Хабар-банк», по крайней мере, половину суммы, выделенной из общака на проведение избирательной кампании в Малашихинске. (Остальное потом.) Он клятвенно обещал, однако деньги на счет не поступили! (Перед поездкой в «Сюзанну» я специально проверял!) Захваченный в плен ликвидатор Руслан Поплавский однозначно утверждает, что работает в «мокрой» бригаде под руководством Кныша. Идем далее: на групповой фотографии с твоего последнего дня рождения он безоговорочно опознал в Самолюбове того человека, который приезжал к Терентию непосредственно перед поступлением экстренного заказа на наше с тобой устранение. Несомненно, Генка дал Кнышу полный расклад, где мы сегодня будем находиться и как к нам удобнее подобраться. Слишком уж уверенно действовали киллеры!

– Дохлое, уродливое чмо в роли бригадира ликвидаторов! – глухо пробормотал Киборг. – До сих пор в уме не укладывается!

– Ну отчего же?! – с усмешкой возразил Лёнчик. – Внешность ведь тут не главное, а по внутренней сущности – Терентий вполне подходит! Гиена еще та. К крови человеческой ему не привыкать! Помнишь, два года назад я говорил тебе о более чем вероятной причастности поганого коротышки к взрыву в малашихинском супермаркете «Марианна»?! Ты тогда не поверил, а зря! Я же не от балды ляпнул! Не пустые домыслы строил!

– Данную тему, если можно, поподробнее, – ровным голосом попросил Кузнецов. – Почему ты подозревал в организации взрыва именно Кныша? Расскажешь?

– Пожалуйста! – охотно согласился Лёнчик. – Слушай сюда! Во-первых, Терентий по образованию не только юрист, но и первоклассный химик. Закончил МХТИ, чуть ли не диссертацию защитил. До поступления на службу к Генке Самолюбову он долгое время проживал в Ставропольском крае и, по утверждениям тамошней братвы, промышлял изготовлением разнообразных взрывных устройств. Тесно контачил с местной чеченской диаспорой. Им, кстати, и сбывал товар! По сведениям из моих источников, особо преуспел Терентий в создании как раз того вида бомб, какая рванула в «Марианне».