Матфей растянулся у изножья кровати, подложив под голову парчовую подушку.
─ Тогда зачем тебе эти кольца? Ты знаешь, не хуже меня, Константинополь падёт. Тем не менее, ты приносишь в жертву своих людей, не одного, ни двух, а тысячу, зная, что тут их ждёт верная смерть.
─ Тысячу? ─ Михаил усмехнулся. ─ Да кто же вышлет сюда ещё пять сотен? Впрочем, и эти вскоре разбегутся. Так что…
─ Так что ты обманул Константина?
Княжич улёгся на высокую кровать и заложил руки за голову.
─ Я не обманываю. Я веду дипломатическую игру. Кто знает, возможно, на Тверь хазары пойдут или чума обрушится.
Матфей перекрестился.
─ Что ты несёшь?
Перевернувшись на бок, Михаил прищурился.
─ Без обмана не проживёшь. Отца однажды не станет. И тогда… тогда я разгуляюсь. Вот увидишь, не пройдёт и пяти вёсен, как я займу Московский трон. Если старуха не солгала…
Матфей подпрыгнул.
─ Ты играешь судьбами из-за нелепых предсказаний какой-то старухи? Откуда ты знаешь, что кольца, обещанные в приданое Византийской принцессе, магические?
Михаил тоже встал и уставился на брата.
─ А вот и проверим.
Матфей зарычал и выбежал вон из покоев княжича.
Глава 11
─ Ты меня и на исповедь вести собралась? ─ София укуталась в мантию и обернулась. ─ Что может случиться со мной за этими стенами?
Фиона подбоченилась.
─ Да что угодно. Эти огромные Русичи шатаются везде, словно им тут дом родной. Не ровен час, примут Вас за прислугу и…
─ И? ─ София выгнула бровь.
─ Сами знаете. ─ Верная служанка нахмурилась.
Взяв за руку, принцесса потянула женщину к окну.
─ Вон, видишь? Беседка! Там ждёт меня отец Иоанн. Я не хочу, чтобы кто-то слушал нашу беседу. А ты можешь покараулить меня отсюда. И, ─ сделав страшные глаза, она перешла на шёпот, ─ если какой-то Русич дерзнёт покуситься на мою честь, поднимай гвардию!
Фиона поджала губы. Ей, особо приближенной к королевскому семейству, надлежало глаз не спускать со скверной девчонки. Но с каждым годом это становилось всё труднее и труднее. Желание вылететь на свободу боролось в юной головке со здравым смыслом и неминуемо побеждало.
─ Ладно. Туда и назад. Поняла?
София рассмеялась. Она вновь добилась своего.
─ Да. Только исповедуюсь, и сразу же вернусь. Спать хочется, сил нет.
Шествуя по парку в сторону резного шедевра, сделанного заморскими зодчими, принцесса поглядывала в сторону строений, где расположились княжичи. Эх, будь она посмелее, смогла бы пробраться в покои Матфея и договориться о свадьбе.
─ Дитя моё! ─ Старый священник раскрыл объятья. ─ Ты позвала меня для исповеди в столь поздний час. Что случилось?
София тяжело вздохнула.
─ Отец решил выдать меня замуж за одного из Русичей.
Улыбка заиграла на добром морщинистом лице.
─ Это прекрасно. Русь крестили в… дай Бог памяти… Ну да это неважно. Главное, что там живут наши братья и сёстры. Их не стоит опасаться.
─ Я не опасаюсь людей. ─ Тут София покривила душой. Огромные бородачи её пугали. ─ Я не хочу выходить замуж за княжича. Вот, если бы его брат решил на мне жениться…
Старик погрозил пальцем.
─ Не хитри, дитя моё. В таком деле хитрость неуместна. Только родители вправе решать, с кем их чада вступят в союз, освящённый церковью. Наши судьбы пишутся там, ─ он поднял вверх указательный палец, ─ на небесах. И мы не в силах изменить что-либо, иначе накличем беды и на себя, и на своих потомков. Бог говорит с нами через уста родителей и наставников, а твоя задача ─ любить Бога и доверять ему.
София задумалась.
─ Но, если Бог создал нас по образу и подобию своему, в чём грех любить мужчину? Если Господь подарил мне это чувство, оно не может быть греховным. Я хочу любить мужа и детей, и тем самым доказывать заповедь «Возлюби ближнего своего!»
Священник вздохнул.
─ Ты неправильно трактуешь писание, София. Отца и мать, равно, как и мужа, ты должна слушаться и почитать, а любить Бога.
─ Но Бог хочет видеть меня счастливой.
Старик уселся на скамью и протянул:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
─ София, София! Наша жизнь соткана не из радостей, а из испытаний. Смирись и не пытайся бороться, если хочешь получить в подарок вечную жизнь, а не гореть сто лет в пасте гиены огненной.
Принцесса улыбнулась. Она сто раз пыталась представить ту самую гиену, но каждый раз перед ней возникал образ любимого пса. Это было совсем не страшно или… или же её вера была недостаточно крепка. Впрочем, когда тебе шестнадцать, события далёкого будущего мало волнуют.
─ Что ж, святой отец, я Вас услышала.
Развернувшись, принцесса вышла из беседки.
─ Слышат не уши. Слышит душа. ─ Пробурчал старик.
─ Слышат не уши. Слышит душа. Видят не глаза. Видит сердце. ─ Молодой мужчина затаился в зарослях акации. Как только шаги принцессы, а потом и священника стихли, он вышел на дорожку, почесал затылок и направился к шатрам, где расположилась на ночлег русская дружина.
Глава 12
─ Фиона! Посмотри, какое утро! ─ София распахнула тяжёлые занавеси и высунулась в окно.
─ Залезайте назад, Ваше Высочество, а то вывалитесь, не ровен час. ─ Женщина взбила перину и прикрыла её покрывалом.
─ Ваше Высочество! Это так сухо и скучно! Давай повеселимся.
─ Вызвать придворных музыкантов? ─ Съязвила Фиона.
─ Не сейчас. ─ Вновь оказавшись на кровати, принцесса потянулась. ─ Сейчас нам надо попасть на Рыночную площадь.
Глаза служанки округлились.
─ Этого ещё не хватало!
София не собиралась спорить. Она без посторонней помощи нырнула в столу и, выказывая полное безразличие, произнесла:
─ Ладно. Оставайся. Я возьму стражей и отправлюсь немедленно.
Стражей? Фиона насторожилась. Что могло произойти, и куда так спешила её госпожа?
─ Ну уж нет! Я с Вами!
На этот раз София получила официальное, или почти официальное разрешение отца покинуть дворец. Будучи глубоко верующим человеком, Константин, тем не менее, впускал мистику в свою жизнь. Да и как не поддаться соблазну и не заглянуть в будущее, если на Рыночной площади поселилась великая прорицательница? Иногда император пользовался её услугами в тайне от придворных. И последнее пророчество было неутешительным.
─ Не пройдёт и года, как великий город падёт под натиском иноверцев.
Это печалило, но и давало возможность заранее подготовиться к войне. А там видно будет, падёт ли великий город, исчезнет ли великая империя.
─ Отец! Я собралась к Миранде.
Константин выгнул бровь.
─ Как можно верить в такую чушь, как предсказания?
София тяжело вздохнула.
─ Мне очень важно знать, как сложится моя судьба.
Император задумался. Он и сам собирался к гадалке за советом. Всё-таки дочь у него одна, и он обожал малышку. Суровое сердце обливалось кровью, стоило подумать, как птичка будет жить среди этих русичей в стране, раздираемой междоусобными войнами. Но, что, если Миранда не ошиблась? Какая судьба уготовлена изнеженной принцессе, попади она в руки к османам?
─ Ладно, ступай, но не задерживайся.
─ Ты самый лучший.
София исчезла, а Константин ещё долго смотрел сквозь закрытую дверь.
─ Птичка! Мая маленькая весенняя птичка! Да хранит тебя судьба!
Глава 13
Люди на площади расступались и кланялись, заметив дочь императора. София шла, гордо расправив плечи, в окружении дворцовой стражи, и искоса поглядывала на недовольную Фиону, семенившую следом.
В центре принцесса заметила толпу, возбуждённую зрелищем, происходившем внутри.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
─ Туда! ─ София указала начальнику стражи направление.
Тот только вздохнул, но перечить не решился. Расталкивая зевак, воины императора образовали проход, и принцесса величественно проплыла вперёд.
