труп убийцы. — Но да, ты прав.
— Потому что мы в жуткой опасности, — сказал монах, покачав головой. — Тут уже не до сохранения невозмутимости.
Обыскивая труп убийцы, я надеялся найти хоть что-то: записки, оружие, скрытые символы, эмблемы… Но ничего. Этот ублюдок был настоящим профессионалом — тщательно скрывал следы. Не нашёл даже яд, которым он отравил свои кинжалы.
Дело дрянь. Проблем стало только больше. Что мне теперь с этим делать? Ума не приложу…
Глава 6
Чувствуя тупую боль в ноге, я, хромая, подошёл к Монаху. Он держался на ногах из последних сил, бледный, со стиснутыми зубами. Подхватив друга под мышки, с усилием поднял. Тащить его, по сути, на себе оказалось непросто. Каждый шаг отдавался в теле ноющей болью, но сейчас важнее всего выбраться из этого места.
— Нам обоим нужен целитель, — выдохнул я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Без возражений, друг мой, — пробормотал Илин, стараясь держаться прямо, но всё сильнее наваливаясь на меня. Он дышал часто и прерывисто, а кожа казалась холодной на ощупь. Монах посмотрел прямо мне в глаза, взгляд потемнел, в нём читалась тревога, несмотря на внешнее спокойствие. — Что ты собираешься с этим делать?
Я посмотрел на северо-запад, в сторону Тверда. В голове уже сложился план действий, простой, жёсткий, как и требовалось в таких ситуациях.
— Предупреди Марону, проверь, что с ордой окончательно покончено, а потом найдите Фендала и убейте. Нужно разобраться с этой гильдией убийц. Как угодно, главное, чтобы ни одного хвоста не осталось.
Илин на миг сжал моё плечо. Уже не так, как раньше — без той внутренней стали в пальцах.
— Задача непростая, но по-другому нельзя. Я поговорю с Мароной, попрошу её временно перебраться в Мирид вместе с Амалисой и остальными, кто может быть в опасности. А сам включу Третий Глаз и начну отслеживать всё, что шевелится. Пока ты не вернёшься или не выйдешь на связь — я не дам никому подойти. Ничего, справлюсь. Главное — чтобы ты дошёл.
Я кивнул. Пружина внутри чуть разжалась. Не отпустило — но дышать стало легче. Этого хватило, чтобы собраться и снова двинуться вперёд.
— Спасибо. Серьёзно. Ты знаешь, как много это значит для меня.
Монах скривился, сжал зубы, чтобы не застонать от боли, на лице промелькнула тень сожаления.
— Жаль, что не смогу пойти с тобой, намного спокойнее, когда рядом тот, кто прикроет спину. К тому же путь неблизкий, а ты ранен.
Я покачал головой, прокручивая в голове варианты.
— Сейчас важнее всего скорость. Пойду налегке, только оружие и снаряга. Давно не бегал на полную, всегда кто-то находился рядом, лошади, напарники, потому и и темп держал соответствующий. Но если выжму из себя максимум и вовремя использую «Рывок Гончей», думаю, смогу добраться до города уже завтра. К рассвету, если повезёт.
Илин присвистнул. В его глазах мелькнул огонёк уважения, смешанного с лёгким сомнением.
— Скажешь кому другому, не поверят. Без артефактов, без порталов… Да это нереально! Но в твоём случае даже не сомневаюсь, — он слегка оживился, вскинул голову и глянул вперёд. Обострённое чутьё монаха явно что-то уловило.
Я проследил за его взглядом. Из-за одной из земляных стен вышли Данзель с остальными. Рейд был цел, по крайней мере на первый взгляд, только вот друида среди них не видно. Что-то сжалось внутри коротко, колюче. А вдруг не выжила? Плохое предчувствие ударило под дых.
Мы встретились неподалёку от того места, где я завалил проклятого Вождя орков. Его туша всё ещё лежала там, огромная и неподвижная, напоминая о масштабе схватки. К моему облегчению, Жрец не стал задавать лишних вопросов, а сразу наложил исцеляющую магию сначала на меня, потом на Илина. Тепло разлилось по телу, снимая часть боли и усталости. Приятное, хоть и временное облегчение.
Моё состояние заметно улучшилось. Не до конца, но жить можно, а вот Илин… Магия на него почти не подействовала, повреждения после открытия Замков явно лечению не поддавались. Только время и покой могли помочь.
Если он не перегорел, значит, шанс есть.
Хотелось верить, что здесь именно тот случай. Хотя лицо Илина покрыла смертельная бледностью, он тяжело дышал, но в глазах по-прежнему горел огонь. Значит, не всё потеряно, внутренний стержень куда важнее любой магии.
Данзель склонился над телом Вождя, будто ждал, что тот очнётся и расскажет, как именно сдох. На лице читалась смесь растерянности и раздражения, он продолжал читать заклинания, машинально, словно по инструкции. Но лишь закончил, выпрямился и снова вперился в меня взглядом, как будто лично я ему жизнь испортил. В глазах отразились неприязнь и недоверие, почти вражда.
— Что это вообще значит? — буркнул он, сверля глазами то мёртвого монстра, то нас с Илиным. — Ты уже забрал добычу? И где наш товарищ, он отправился тебе на помощь. — В его голосе прозвучала претензия.
Я спокойно пожал плечами — не видел смысла вступать в пустой спор.
— Добыча моя. Всё по правилам. Я его в одиночку положил. А приятель ваш вон он, — махнул в сторону, где лежал труп Убийцы. — Сдох.
По рядам остальных прокатилось недовольное сопение, кое-кто даже хмыкнул. Один из бойцов громко фыркнул, словно не верил или просто хотел сделать вид, что не верит. Они явно не ожидали такого поворота событий и не хотели признавать очевидное.
— Это правда, — спокойно, но с хорошо скрываемой злостью сказал Илин. Со стороны казалось, будто Данзель оскорбил лично его. — Когда я прибыл, Вождь уже был мёртв, — хотя голос его звучал слабо, в нём чувствовалась твёрдость.
Но у Данзеля эти слова вызвали обратную реакцию. Он завёлся с полпинка, лицо налилось краской.
— Очевидная чушь! — рявкнул он. — И так ясно, что твой дружок прикрывает наглую ложь. Наш погибший товарищ точно рассказал бы другую историю! Как вы смеете так легко топтать его память⁈ Присваивать чужой вклад в…
Он уже почти сорвался на крик, размахивал руками, как базарный торговец. Осталось только чтобы начал плеваться.
У меня не было ни желания, ни времени слушать этот спектакль. Счёт шёл на секунды.
— Во-первых, он не был в группе. Ни в отряде, ни в рейде — нигде. О его действиях, передвижениях и «вкладе» никто даже не знал. Он появился в самом конце, когда бой уже был закончен. А знаешь, что он
