раз даже поддался панике и прибежал вместе с другими людьми, но поняв, что вызвали другой поток, успокоился и, замерев в углу, слушал и смотрел, что происходит. Инструктор вызвал нескольких крупных альф и сказал, что их по результатам наблюдения переводят в «молотобойцы» и теперь будут тренировать в другом лагере. Остальных пересчитали на первый-второй и «вторых» забрали в другой лагерь.
- Подглядываешь? - за спиной возник Злыдень, - делать больше нечего, только шпионить за всеми? Или переживаешь, улетает любовничек или остается?
- Не ревнуй, - омега тяжело посмотрел в ответ, - тебе все равно ничего не светит. Лучше ответь, по какому принципу отобрали в молотобойцы? Да, я понимаю, что это самые крупные, но это ведь не единственный критерий отбора? В зале осталось еще много крупных альф.
- По статистике, - Злыдень от растерянности даже честно ответил, - вам дается выбор, чем именно выбирать учебные часы. Эти пропадали в тренажерке и, изредка, на огневом и боевом. Дальше их будут натаскивать на силовую работу. Подберут группу и начнут отработку взаимодействий так, чтобы друг друга всей кожей чуяли и понимали без слов. Остальных перетасуют, чтобы прервать возможно начатые дружеские отношения, которые сейчас только притормаживают индивидуальные черты, и продолжат присматриваться к тому, что сможет открыть потенциал полностью.
Джей хмыкнул и задумался. Скорее всего, Свен попадет в молотобойцы, пока он в основном набирает часы именно в тренажерке. По крайней мере, 2 из 4 точно… В этом сером мире без окон и часов единственным мерилом времени для Джея стали занятия. Он выстроил себе определенный распорядок жизни. Подъем, помывка, легкий завтрак, чтобы Свен не стонал, потом четыре занятия, обед, пара часов сна, опять еда для Свена, предположим, полдник, опять четыре часа занятий, причем последний час желательно в тренажерке. Хотя бы потому, что после большой физической нагрузки ноги дрожали и мозги попросту отключались, а потом ужин и более длительный сон. Свен вместе с ним занимался огнестрельным оружием, прослушивая лекции, а потом разбирая оружие под присмотром инструктора, плюс обязательное закрепление материала на стрелковом полигоне.
Первое посещение «огневого рубежа» было для Джея сродни шоку, а вот Свен обрадовался, как ребенок, получивший свой первый барабан. Громадное помещение с перегородками стен и тупиками, как в лабиринте. Запах серы, горелых тряпок, едкой химии и вонь мужских немытых тел. Едкий мускус возбужденных альф, как в раздевалке после матча по регби в школе, или после секса… Джея передернуло от отвращения. А еще, постоянный грохот выстрелов, методичный, как при работе отбойного молотка, или глухие «ухающие» звуки, когда хочется зевнуть, чтобы уши не закладывало.
- Чего приперлись? - из открытой дверки вышел высокий и мосластый альфа. Он был похож на гиббона. Маленькая голова, длинное тело, злобные глазки.
- Я… мы хотели бы пострелять из револьверов, - начал омега, - чтобы закрепить учебный материал.
Инструктор очень удивился. Настолько, что глаза из презрительных щелочек стали обычными, вполне человеческими. Он хмыкнул и махнул рукой, а потом развернулся и отправился бродить по лабиринту, выискивая свободное местечко. Свен только что не подпрыгивал от восторга и время от времени восторженно взвизгивал. И было от чего, здесь стреляли из всевозможного оружия: лежа, с упора, с колена, а некоторые на ходу, перебегая с одного места на другое…
Джей, пока шел, насчитал порядка десяти различных модификаций автоматов. И это не считая ружей, пистолетов и ручных базук. Он был омегой по рождению, но поскольку отец был военным, рос в городке, где практически все соседи были военнослужащими. И хоть у них в доме оружие было под жесточайшим запретом строгого папочки, но в домах одноклассников можно было увидеть и журналы в стиле милитари, и оружие отцов в специальных, как правило, стеклянных ящиках. Многие гордились своим военным статусом и порой даже коллекционировали всевозможное оружие. Не сказать, чтобы Джей чувствовал себя в этом специалистом, но популярные модели, находящиеся на вооружении в армии, мог отличить друг от друга.
Стоило заметить пустой стол, и тренер сразу показал новобранцам, где именно им надо встать.
- Итак, из чего стрелять будем?
- А можно из той дуры, как за во-он тем поворотом, она еще бджик делает? - заканючил Свен.
- Это был ручной гранатомет, - удивился омега, - зачем? Свен, мы про нее еще не проходили, тьфу, про него.
- Ну, очень, очень хочется! - подпрыгнул на месте Свен.
Инструктор засмеялся и набрал на панели стола код. Через какое-то время столешница привычно раскрылась, и на ней лежали трое оранжевых наушников и тубус гранатомета.
- На плечо, вот курок, стрелять туда, - коротко проинструктировал гиббон, а после этого подхватил наушники и нацепил на голову. Джей тоже подхватил наушники, но надеть не успел, Свен оказался проворнее…
Снаряд коротко скрипнул по стволу, а потом невдалеке раздался самый настоящий взрыв. Джей только зажмурился и приоткрыл рот. Казалось, голова сейчас треснет. В сравнительно небольшом, длинном, но узком коридоре грохот взрыва реально ударил по телу и заложил уши. Все звуки сразу стали глухими, как будто через вату. Омега зажал нос и продул уши… Он развернулся отругать свинтуса, но тот стоял обалдело и из носа у него текла кровь. Инструктор с интересом наблюдал за парочкой новичков в ожидании привычной реакции. Но Джей пощупал хрящик носа у приятеля и вздохнул. Нос был цел, а на лбу отпечатался след от приклада гранатомета.
- Садись у стены и приподними голову, - Джей забрал из дрожащих рук тубус гранатомета и передал инструктору, неизвестно кому добавив, - придурок! А если бы нас осколками ранило?
- Я не хотел, я не знал… - заныл Свен, хлюпая кровавой юшкой, - больно. Я умру?
- Молчи и дыши ртом, ничего страшного, подумаешь, получил по носу, - Джей отвесил приятелю подзатыльник, - да у меня младшие братья-омежки от такого не рыдали! Перестань немедленно! Посидишь немного, кровь успокоится, потом сгусток высморкнешь из носа и все. Может, наперед умнее будешь. Практически любое огнестрельное оружие имеет отдачу при выстреле…
- Умный? - ухмыльнулся гиббон, - из чего стрелять приходилось?
- Э-э, - растерялся омега, - нет, я, скорее, теоретик, у нас дома даже слово «оружие» не произносили. Папочка от него нервничать начинал. Оружие омеги – это хорошие манеры и воспитание. Но огнестрельное мне всегда нравилось, и я журналы читал, все, что находил у приятелей. Отец свое табельное оставлял на службе…
- Отец военный? - удивился гиббон, - и какого финдебобера ты здесь делаешь?
- Я пришел пострелять из револьвера, - спокойно посмотрел в глаза инструктора омега, - и подсовывать гранатомет в руки, которые не знают, с какого конца его держать, по меньшей мере глупо.
- Гранатомет настоящий, а граната
