Катя на секунду задумалась, а потом кивнула:
— Нет, раньше что-то мелькало, но так, мельком, в связи с награждением. Но это же несправедливо.
— Почему несправедливо? — Удивляюсь я. — Зачем давать лишние знания в руки врага?
— А, нет, вспомнила, — обрадовалась она, — недавно была статья про Яковлева и Поликарпова.
— Про Поликарпова это заслужено, — соглашаюсь с ней, — он еще до войны был известен. И с Яковлевым понятно почему, на его новый самолет возлагаются большие надежды.
Да, в условиях суровой конкуренции коллектив конструкторов возглавляемых Яковлевым почти на год раньше разработал нечто похожее на Як-9у с мотором М-107А мощностью 1500 л.с. До И-185 и И-125 он, конечно, по характеристикам не дотягивал, а в некоторых компонентах существенно, но все же заявка была весомой. Так-то мощность мотора многое дала истребителю, но вместе с этим на триста килограмм вырос и его вес, что не сильно улучшило летные характеристики по сравнению с ЯК-1. Однако на тридцать километров в час подросла максимальная скорость истребителя, и этот факт дал право считать его даже лучше немецкого FW-190. И, главное, планер изготовлялся в основном из дерева и использовал дефицитного алюминия по минимуму. Но честно сказать, на этом с модернизацией подобных самолетов можно и закончить, ведь М-107 являлся форсированным по оборотам вариантом М-105, поэтому даже с нашими новыми моторными присадками ресурс двигателя пока не дотягивал и до 50 часов на стенде, что во многом сводило на нет преимущества нового самолета.
Как всегда киношники все переврали, и Соколов у них получился парнем, которого от сохи оторвали, вроде того, что успел на земле поработать, до поступления в училище, и трудности в учении у него были серьезные. А вот инструкторов там показали хорошо, не как функции, а как людей из пота и крови. Особенно мне понравился эпизод, как один из инструкторов, после того как курсанту удалось посадить самолет с неработающим двигателем, обнимает того в порыве чувств. Было такое, но чувства были искренние из-за того, что инструктор был сам виноват в происшедшем, двигатель на самолете явно сбоил, и вместо того, чтобы сообщить об этом механику, он принял решение выпустить курсанта в полет, посчитал, что все дело в недостаточном прогреве. А уж любовная линия… это вообще откуда взялось? Не было у него в училище никакой любви, некогда, да и не с кем. Я уже говорил какой контингент женского пола там был. А тут прямо и гуляния по вечерам и даже на фронте встретились. Вот он авторский произвол. Но надо отдать должное, жизнь летчиков показана хоть и с глянцем, но без излишней романтики и воздушные бои тоже сняли хорошо, удачно кадры с фотопулемета вставили, органично получилось. Закончился фильм на мажорной ноте, мол, с такими летчиками победа над врагом не за горами.
Чтоб его… не учел, что я в форме летчика, хорошо хоть света в зале было мало, не все обратили на меня внимание, и с какой завистью потом смотрели девчонки на Катю… По моему ей даже неудобно стало.
— После такого фильма желающих стать летчиком будет очень много, — сделала вывод супруга, когда мы немного отошли от заводского ДК, — и девочки станут к тебе липнуть, только успевай отмахиваться.
— Зачем?
— Что «зачем»? Зачем липнуть, или зачем отмахиваться? — Насторожилась Катерина.
— Зачем ты об этом мне говоришь? — Хитро смотрю на неё. — Неужели настолько надоел, что ты стремишься от меня избавиться столь хитрым способом?
— Ага, надоел, — подхватывает она мою игру, — ты же домой только спать приходишь, времени на меня совсем не остается.
— Как это не остается? — Делаю удивленное лицо. — Не далее как вчера я тебе столько внимания уделил, что спал потом как младенец.
— Так это вчера… — Тянет она, намекая, что не против, чтобы внимание ей уделяли почаще, — а есть еще и сегодня, завтра и так далее.
— Эм… Сегодня не было возможности, — притворно вздыхаю я, — устал вчера доказывать, что ты для меня очень много значишь.
— У тебя еще будет время это доказать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})* * *
16 декабря пришла телеграмма из наркомата, меня вызывали в Москву. С чего бы это, будут давать новое задание? Или Петляков наконец-то успел новый планер доделать и теперь потребовал представить конструктора мотора пред его светлые очи? Нет, последнее вряд ли, тогда бы вызов был не из Наркомата, да и не нужен им для этого главный конструктор, достаточно пару инженеров эксплуатационников. Катерина хмурится, она уже успела привыкнуть к семейной жизни и предстоящую разлуку не приветствовала. Вообще-то странно, если бы молодая супруга относилась к таким вызовам благосклонно, Москва столичный город, соблазнов для мужчин много, а потому лучше, если любимый будет под контролем. Хотя по мне так это весьма шаткий аргумент, мужик, заряженный на легкомысленные отношения, всегда найдет где и с кем.
В этот раз не пришлось тащиться поездом. Можно сказать, с относительным комфортом долетел из Иркутска до столицы на попутном Ли-2. Москва встретила меня неприветливо, холодно, с неба сыпал снег, мела поземка. Впрочем после наших сибирских морозов это так, мелочи. И опять патрули на улицах, хорошо хоть праздники еще впереди, а то даже представить себе не могу, сколько раз у меня проверяли бы документы. Но все же должен сказать, что патрулей стало явно меньше, видимо шпиономании немного поубавилось.
— Это хорошо, что ты сегодня успел прибыть, — обрадовался моему появлению Хрунов, и сунул мне в руки какой-то документ, — на награждении лично будешь присутствовать, читай приказ.
Ну что ж, почитаем, чем меня наградили. Опа! Орден Трудового Красного Знамени, за разработку нового двигателя в 1942 году. Хм, это ж уже полгода прошло, интересно, почему так долго не награждали?
— А это за самолет, — сунул он мне в руки другой документ, — это же твоими стараниями И-125 увидел свет.
Хм, орден Ленина. Тоже нехило оценили, работу, теперь у меня на груди будет линейка из орденов. Что Хрунов в курсе того, чьими стараниями был собран коллектив спроектировавший «Иркут», я знал, он первое время связей с Иркутском не терял, а вот то, что именно под моим руководством это произошло, уже неожиданность. Значит, посылали запросы на авиазавод. А что же тогда Левин промолчал… хотя нет. Тут я вспомнил, что в одно время при встрече директор как-то хитро посматривал в мою сторону. Получается, он все знал, но молчал, по принципу, ты же видишь будущее, поэтому получай. Вот жучара, уел. При случае напомню ему про этот случай.
— Ну а теперь давай поговорим о дальнейшей работе, — произнес Хрунов когда я ознакомился с документами, — конструкторский коллектив ты в свое время подобрал неплохой, и сил в их обучение вложил немало…
— В обучение? — Удивился я, так-то понятно, действительно учил людей работать, но откуда это известно бывшему директору, эту информацию я старался придержать.
— Подожди, — поднял он руку, прерывая мои возражения, — потом будешь отнекиваться. Наркомат решил поручить твоему коллективу задание по разработке нового реактивного двигателя. Есть сведения, что именно этим активно занимаются немцы, хотя их самолеты пока нигде в боевых действиях не засветились.
— Так это параллельно с Архипом Люлькой что-ли? — вопрос родился сам собой.
— В общем, да, параллельно. Но с тебя двигатель в полтора раза более мощный, чем с него, — огорошил меня Хрунов. Вот так, раз везешь и не пищишь, на тебе лошадка дополнительный груз.
— Но пока это задача перспективная и не особо срочная. — продолжал удивлять меня мой бывший и одновременно нынешний начальник. Петляков пока не представил планер под ваши новые турбовинтовые двигатели. А с реактивным истребителем еще и конь не валялся. Поэтому по просьбе Государственного Комитета Обороны вашему КБ ставится иная первоочередная задача. Необходимо разработать 110–120 сильный дизель автотранспортной направленности…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вот тут я даже от неожиданности рот открыл, и Хрунов некоторое время с любопытством и некоторым ехидством разглядывал обалдевшего меня. Да, нечасто увидишь главного конструктора в таком состоянии.
