поставил его на столешницу, а Хейзел достала из пакета мороженое и молоко.
– Да неужели?
– А то. Я постоянно заглядываю сюда поздними вечерами, чтобы перекусить.
Хейзел снова рассмеялась, бросив взгляд поверх его плеча:
– В самом деле? И Мак не возражает?
– Меньше знает – крепче спит, – ответил он, подмигнув ей.
– Ты же в курсе, что у нас установлены камеры видеонаблюдения? – голос Мака так напугал Ноа, что тот схватился за грудь:
– Господи! Ты чего так тихо подкрался?
– Ты не услышал меня, потому что рисовался перед ней. – Мак недовольно приподнял темную бровь. – Привет, Хейзел.
Она согнулась пополам от смеха, и Ноа позволил бы Маку потешаться над ним весь день, лишь бы и дальше слушать этот звук.
– Привет, Мак, – сказала она, с трудом дыша.
– Сами тут прибирайтесь, – Мак указал на беспорядок, который они уже успели навести. – И надень что-нибудь, если соберешься спуститься сюда среди ночи. Мне уже надоело смотреть на твой тощий зад на видео.
Хейзел рассмеялась так сильно, что даже хрюкнула, отчего захохотала еще громче.
Ноа расплылся в улыбке:
– Не такой уж он и тощий. Я бы назвал его мускулистым.
Хейзел вытерла глаза тыльной стороной ладони.
– Мускулистым? – пискнула она, продолжая хихикать.
– Ага, как же, – пробормотал Мак, направляясь в подсобное помещение.
– Он разозлился? – спросила Хейзел, наконец-то совладав со смехом.
Ноа махнул на него рукой:
– Ты же знаешь Мака.
Хейзел кивнула. Конечно, она знала Мака. Знала большую часть своей жизни, как и все в этом причудливом городке, и на мгновение Ноа едва не позавидовал всем тем людям, которые провели с Хейзел намного больше времени, чем он сам.
Он покачал головой. Сейчас она была здесь, улыбалась ему, ее глаза по-прежнему блестели от смеха.
– Готова? – спросил Ноа, потянувшись за ингредиентами.
– Еще как.
Они положили в блендер мороженое, разбавили его молоком, а потом разлили смесь по высоким пивным бокалам – единственным, подходившим для коктейлей, из тех, что смогли найти.
Хейзел щедро украсила их кондитерской посыпкой:
– Вот так. Теперь они неповторимые.
Ноа подавил желание сказать ей, что они неповторимые потому, что Хейзел здесь и неповторима сама. Он и так уже подкараулил ее в продуктовом магазине, хотя поклялся себе, что в следующий раз дождется, когда она придет к нему первая. И так сегодня перестарался.
Поэтому Ноа молча потягивал коктейль, с трудом проходивший через трубочку. Он получился густым, холодным и сладким.
– Так хорошо, – простонала Хейзел, и Ноа не без усилий прогнал мысли, которые неизбежно вертелись в голове: о том, чтобы услышать, как Хейзел стонет эти слова в других обстоятельствах. Пока он находится между ее бедер.
– Спасибо, – сказала она.
Ноа озадаченно моргнул:
– Хм… за что?
– За молочный коктейль. Он получился гораздо лучше, чем обычно выходит у меня.
– Видать, все дело в навороченном блендере.
Хейзел улыбнулась, зажав трубочку зубами:
– Не иначе.
– Или в том, что мы хорошая команда.
Она наклонила голову, изучая его взглядом. Принимая какое-то решение. Насчет него. И этот момент казался фундаментально важным. Хотя и не должен был. Они ведь просто пили молочные коктейли на кухне бара Мака, а в паре метров от них Дэнни мыл посуду. В этом моменте не было ничего важного.
И все же…
– Да, похоже, что хорошая.
Ноа невольно почувствовал, будто прошел испытание.
Глава 7
– Алекс?
– Да? – взгляд Алекс оторвался от ковра, где лежали разбросанные карандаши. Фиолетовые волосы, потрясающий для чтения вслух голос и энциклопедические знания об истории Дрим-Харбора – Алекс любили все посетители от мала до велика.
– Ты, случаем, не знаешь, не вертелся ли кто-то возле этих полок во время детских чтений?
Хейзел смотрела на отдел любовной литературы, когда обернулась и обнаружила рядом Алекс.
– Знаю ли я, чтобы кто-то из дошколят трогал любовные романы? Хм, нет.
Хейзел хмыкнула:
– Ну а их родители?
– Несколько человек купили книги, пока были здесь. Не помню, романы или нет. Хочешь, проверю?
Хейзел отмахнулась, стоило Алекс указать на компьютер:
– Нет, не нужно.
Она уже схватила с полки перевернутую книгу с загнутой страницей, поставив, тем самым, точку в разговоре, но ей все равно было любопытно, не попадалось ли Алекс чего-то… подозрительного. Она не могла сказать точнее, не объяснив, в чем дело, и пока была совершенно к этому не готова.
Во время публичных детских чтений в магазине всегда собиралось много народа, и сегодняшний день не стал исключением. Каждый месяц Хейзел приглашала местных авторов рассказать о своих новых книгах и почитать полюбившиеся старые. А Энни присылала угощения из своей пекарни, которые нравились как родителям, так и детям. И Хейзел тоже. Но она была настолько занята, что совершенно забыла о подсказках, и, только когда разошлись последние покупатели, заметила стоящую вверх ногами книгу.
Она принялась вспоминать, кто здесь сегодня побывал. Приходила Изабелла с детьми, Джордж заглядывал с маленьким племянником, еще была Тэмми с внучкой, и, конечно же, Энни занесла печенье, а ведь это только начало. Царила настоящая суматоха. Хейзел ни за что не сузить круг подозреваемых.
Она не была уверена в том, что это и правда важно, но хотела знать, кто оставлял послания. И пускай у нее были свои причины им следовать, она все равно хотела выяснить, зачем это делали. Может, это всего лишь шутка?
Хейзел не хотелось бы стать жертвой розыгрыша. Она попросила Алекс закончить с цветными карандашами, а сама встала за прилавок и заглянула в книгу.
Спуск на чертовом колесе заставил ее желудок сжаться от волнения.
Хейзел ненавидела чертово колесо. Да и вообще высоту.
Но это подождет.
Сперва нужно оттереть цветные карандаши и продезинфицировать все поверхности. Дошколята – те еще дикари.
Ноа спускался с лодки, когда ему пришло сообщение. Фотография книжной страницы. Страницы с одной выделенной цитатой.
Он расплылся в улыбке.
Чертово колесо, значит?
Он прислонился к столбу на причале в ожидании ответа Хейзел. Тот не заставил себя ждать.
Я боюсь высоты.
Похоже, этот таинственный некто хочет, чтобы ты преодолела свои страхи.
Бред какой.
Ноа рассмеялся в голос, напугав сидевшую неподалеку чайку.
Кажется, ты хотела безрассудного лета?
Безрассудного в плане веселья, а не ужаса.
Иногда одно без другого никак.
В ответ на это Хейзел прислала лишь недовольный смайлик, и Ноа продолжил путь к своей машине, припаркованной возле лодочной пристани. Пристань была небольшая;
