с тетей синий, вязаный комплект из шапки, шарфа и варежек, парни по коробке горького шоколада, а от неизвестного дарителя мантия невидимости. К ней прилагалась записка: «Незадолго до своей смерти твой отец передал ее мне. Владей с умом!» знаю, что подарил, точнее, вернул законную вещь владельцу, директор. Ее я примерил, походил по комнате, а потом убрал в чемодан.
Среди подарков был еще один сверток. Он на все сто процентов был от миссис Уизли. Ведь только она вяжет всем подарочные свитера. На моем темно-синем красовался символ факультета — ворон, расправивший крылья. Смотрелось красиво, но у меня привычка, не брать подарки от тех, с кем не знаком. Именно поэтому я шел к Рону, чтобы вернуть подарок. Его я нашел в общем зале. Он играл в шахматы с Невилом.
— Уизли, приятно, что миссис Уизли связала для меня Рождественский свитер, но передай ей его обратно. Я не принимаю подарки от незнакомых людей, привычка. Пусть не обижается. Да и с тобой мы не друзья, — он был в шоке, но свитер забрал. Сказал «ладно» и больше ничего. А я вернулся к себе и разложил подарки и переоделся к обеду.
Вечером состоялся праздничный пир. Он стал для меня и всех оставшихся в школе особенным. Ведь за столом мы сидели все вместе, не разделяясь на факультеты, к нам так же присоединились профессора и директор. Декан большую часть времени разговаривал с Макгоногалл, профессор Снейп о чем-то усиленно спорил с профессором Стебль, Квирелл перешептывался с Синистрой, а директор за всеми наблюдал, улыбаясь, сверкая взглядом из-под очков половинок.
Когда каникулы закончились и все вернулись на свои факультеты, продолжились уроки, будничные недели летели одна за другой. Мы с парнями привыкли к нагрузкам, уроки перестали быть для нас в новинку. Зависали привычной компанией в библиотеке, делали задания, и никого не удивляло видеть аристократов: Малфоя, Блейза, Нотта и нас, полукровок: меня, Бута и Корнера вместе. Змеи и вороны не враги, мы товарищи по учебе и играм в квиддич.
Ничего необычного не случалось. Лишь в конце года, произошел инцидент с цербером в запретном коридоре. Золотое трио Гриффиндора таки объединилось. Ими стали: Уизли, Грейнджер и Долгопупс. Рональд — организатор дебильных идей, Грейнджер — мозги, а Невил — груша для битья. Не знаю, чем они думали, но полезли к песику в запретный коридор. Пушок их изрядно пожевал, покусал и показал, что не стоит лезть туда, где тебе не место. Не удивлюсь, что их станут направлять на путь геройства. Мысленно посмеялся, пожелал удачи и продолжил заниматься уроками и обещанием, данным Госпоже. Дерево получило два поколения, но мне еще работать и работать. Парни не лезли и не интересовались занятием. Лишь раз спросили, что я делаю и зачем. Ответил:
— Это для личного интереса. Скажем так, история — моя болезнь, а родовые деревья — страсть, — больше меня о древе не спрашивали. Лишь помогали подбирать литературу, советовали источники.
Год закончился тем, что мы попрощались с профессором Квиреллом. Он оставил пост профессора, сказав, что ему предложили должность в министерстве Турции, и он переезжает туда. Парни шепнули, что не расстроились. Как и я. Проводили профессора, пожелали ему удачи. На деле же, лорд спер камешек из-под носа директора, без моего участия, как я и говорил, не лезу. Он не настаивал. Том усиленно готовился к возрождению, строил планы, и не забывал про обещание вытащить осколок своей души из моего разума. Забрал диадему Кандиды Когтевран, написал письмо Люциусу и требовал вернуть дневник. Летом он будет занят.
— Напишите мне, милорд. Хочу отдать вам вашу собственность, — перед отъездом сказал ему, смахивая челку со лба, — не дело это, владеть тем, что принадлежит вам. По мне правильнее держать при себе только то, что мое. Ваши знания заманчивы, как и возможность воспользоваться ими. Но это легкий путь. А я предпочту провести ночи в библиотеке, читая книги, прилежно учась. Легкий путь не мое, — откинув челку назад, спустив галстук и расстегнув пуговки на воротнике рубашки.
— Поттер, вы — язва!
— Нет, я — ворон. А вы — змей.
На этом наш разговор был закончен. Лорд обещал написать, когда начнет ритуал воскрешения и будет готов призвать осколок души из моего лба. Предупредил, призыв штука болезненная. Ощущения те же, как и при личной встрече, так какой смысл видеться, если можно удаленно провести ритуал. Отмахнулся от предстоящей боли, зато верну чужое имущество.
Мы с парнями сидели в купе, обещали друг другу писать и не забывать друг о друге. Как и заданиях на каникулы. Задали много, но мне не страшно. А еще я узнал, как можно колдовать и не быть обнаруженным. Рунный контур. Начертать на чем-то контур и колдовать в свое удовольствие. Старшие говорят, что так они и поступают, чертят круг, диаметром с половину комнаты и колдуют.
— Ух, наколдуюсь!
========== 8 глава «Лето и Косой Переулок» ==========
Комментарий к 8 глава «Лето и Косой Переулок»
Бечено)
Лето выдалось тихим и продуктивным. Колдовать мог спокойно, отрабатывал чары за первый год, пробовал применять начальный уровень второго. Ни одного письма из министерства с угрозами не получал, значит, способ действенный. Надо старшекурсников поблагодарить. В данный момент работал в саду. Тетя Пет не успевает, у них с дядей важное дело, прием спонсора и будущего начальника. Поэтому не мешался под ногами, а полол.
«- Харри, - звала меня Хэдвиг, - не забудь письмо Драко отправить. Вы с ним и Тери договорились встретиться», - напомнила мне птица. Я сделал ее своим фамильяром, сам, по записям мамы, найденным на чердаке. Было жутко больно, опасно, но с Хэдвиг мы теперь общаемся так.
- Спасибо, Хэд, - откладывая в сторону тяпку, иду
