– Вот тебе и частота высветилась. – Мне осталось только навести сканер на нужную частоту, и мы отчетливо услышали чужой разговор.
– Коммерс какой-то. – Я отключила сканер и строго посмотрела на Бульдога: – Только это наша с тобой маленькая тайна. Я не хочу, чтобы кто-то из моих пацанов про это знал.
– Само собой. Значит, ты и мой телефон прослушиваешь?
– Бывает. Когда делать нечего. Вот только не успела прослушать, куда это ты в выходной намылился, – засмеялась я.
Бульдог помог мне встать, и мы отправились во дворец. Мой телохранитель с удовольствием ходил из зала в зал, слушая экскурсовода, а я плелась сзади и думала о Фоме. Сегодня должен приехать Гарик и прояснить ситуацию. Я молила бога только об одном – хоть бы Фома был мертв.
– Тебе неинтересно?
Я опомнилась и посмотрела на Бульдога.
– Почему, интересно.
– А мне кажется, что мысленно ты не здесь, а совсем в другом месте.
– Глупости. Мне вон та вазочка нравится. – Я показала на большую, украшенную разноцветными камнями вазу, стоящую в углу. – Я бы ее с удовольствием купила.
– Губа не дура, – улыбнулся Бульдог. – Есть вещи, которые не продаются. Они бесценны.
– Ерунда. Ничего бесценного не бывает. У каждой вещи есть своя цена. Просто что-то стоит дороже, а что-то дешевле.
– Ты хочешь сказать, что все на свете можно купить?
– Конечно. Если имеешь деньги и тебя устраивает цена.
– Получается, что тебя тоже можно купить? – Бульдог сузил глаза и подозрительно посмотрел на меня.
– Можно. Только у тебя денег не хватит.
– А у Фомы, значит, хватило.
– В то время, когда меня покупал Фома, я еще не была такой дорогой, как сейчас. Теперь он бы тоже не потянул.
– Чупа, а зачем тебе много денег? У тебя есть предел?
– Нет, предела нет. Деньги – это власть, безопасность и самоутверждение. Деньги мне помогают жить так, как я хочу, и делать то, что я хочу.
Когда мы спустились вниз и сели на лавочку, чтобы снять бахилы, Бульдог слегка приобнял меня и сказал:
– Знаешь, что думают про нас окружающие?
– Что?
– Что мы любящая, интеллигентная семейная пара.
Никто даже и представить себе не может, что ты бандерша, а я – твой телохранитель.
– Скажешь тоже – бандерша. Мне совсем не нравится это слово.
– А как ты хочешь, чтобы я тебя называл? – улыбнулся Бульдог.
– Королевой.
– Вот еще. Я тебе, между прочим, не слуга…
– В стародавние времена у королев были не только слуги, но и телохранители.
– Ладно, пошли, королева без короны.
– Куда?
– Сейчас будет еще одна экскурсия. В грот.
– В подземелье?
– Хочешь там побывать?
– Спрашиваешь! Конечно, хочу.
Когда собралась группа примерно около тридцати человек, мы спустились в грот и стали внимательно слушать рассказ экскурсовода. Оказывается, в этом подземелье наши цари играли в прятки. Если спуститься еще глубже, то можно попасть в длинный темный туннель, пройти по нему и выйти прямо к озеру. Бульдог держал меня за руку и слушал рассказ о царских утехах, открыв рот. В подземелье было достаточно холодно и сыро, и я почувствовала, что меня начинает лихорадить. Меня бросало то в жар, то в холод, и было настолько мерзко и гадко на душе, что в самую пору выть волком. Я всматривалась в лица туристов и не могла избавиться от ощущения, что кто-то из них сверлит меня взглядом. От этого взгляда у меня тряслись руки и учащенно билось сердце. Наверное, именно так предчувствуют беду. Я всматривалась в толпу и не могла понять, кто именно заставляет меня нервничать. Расстегнув верхние пуговицы на платье, я достала платок и вытерла шею.
– Зачем ты расстегнулась? Здесь так холодно, – сжал мою руку Бульдог.
– Не знаю. Мне жарко.
– Ты можешь простыть.
– Прекрати. Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты меня чересчур опекаешь.
– А теперь давайте пройдем в туннель, – долетел до меня голос экскурсовода. – В этом туннеле живет эхо. Если мы громко крикнем, то эхо ответит нам на другом конце. Впрочем, сейчас вы сами убедитесь в этом и прочувствуете то, что чувствовали наши цари. Для того чтобы вы полностью смогли ощутить колорит того времени, мне придется выключить свет. Не пугайтесь. Когда вы дойдете до противоположного конца, свет включится.
Туристы дружно засмеялись и стали звать эхо. Неожиданно свет отключился – и наступила кромешная темнота. Все взялись за руки и на ощупь пошли вперед.
Бульдог на секунду задержал меня, положил руки мне на пояс и жадно поцеловал. Это меня так увлекло, что я ответила взаимностью. Мы слились с ним в едином поцелуе. Затем я оттолкнула его и тихо сказала:
– Надо идти. Все уже ушли.
– Извини. Пойдем, – сказал Бульдог и взял меня за руку.
В туннеле было настолько темно, что я совершенно не видела лица Бульдога, а только слышала его дыхание. Тем не менее временами мне казалось, что рядом находится кто-то еще. Этот кто-то преследовал нас по пятам. «Ерунда! – пыталась успокоить я себя. – Наверное, кто-то тоже отстал, нечего забивать голову пустяками». Но все-таки мне было так страшно, что инстинктивно я прижалась к Бульдогу и крепко сжала его руку.
– Ты что?
– Не знаю. Что-то муторно мне.
Не успела я договорить последние слова, как вдруг почувствовала, что тело мое парализовала адская, невыносимая боль. Краешком ускользающего сознания я поняла, что в меня выстрелили. По всей вероятности, это был пистолет с глушителем, так как я услышала только легкий щелчок…
– За что?.. – выдавила я из себя.
Хотелось плакать от бессилия. Я не могла больше стоять на ногах. Странное и страшное чувство – когда не можешь себе помочь и вообще ничего не можешь сделать… Что-то творилось со мной, с моей душой, с моим сердцем, с моими мыслями, но нужно собраться с силами и стоять, чтобы не упасть… Подумав об этом, я покачнулась и упала… Где-то там, далеко, как будто в другом мире, я слышала голос Бульдога: «Свет! Срочно включите свет!!!» И вдруг действительно стало светло, и я даже услышала голоса сбежавшихся людей, а потом их голоса становились все глуше и глуше. Наступил момент, когда они исчезли совсем…
Глава 3
Я лежала в палате и временами приходила в сознание.
Люди в белых халатах бегали вокруг меня, что-то говорили, а иногда пропадали совсем. Я напрягала глаза, чтобы увидеть их опять, но бесполезно. Вокруг кромешная темнота и какой-то длинный туннель, совсем как в Гатчинском дворце. Я пыталась идти по нему и постоянно хотела нащупать руку Бульдога, но его руки нигде не было. Я чувствовала сумасшедшую легкость, тело казалось невесомым, пьянящее великолепие происходящего захлестнуло меня. Мне хотелось побыстрее добежать к свету, вдохнуть глоток свежего воздуха, широко раскинуть руки и ноги и полететь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
