Брат матери Хелены Хеншен, тогда двадцатитрехлетний студент Фредрик фон Сюдов, убил в собственной квартире своего отца и двух служанок, а затем через некоторое время застрелил свою жену Софи и себя самого, оставив сиротой трехлетнюю дочь. Что произошло с этим молодым человеком, которого ожидало блестящее будущее, как он мог решиться на такое преступление, какие отношения царили в семье? Необычайно глубокое, проникновенное, сострадающее повествование разворачивается вокруг таких тем, как отношения мужчины и женщины в семье, положение женщины, степень влияния родителей на детей, губительные страсти – к наркотикам, к алкоголю, которые уничтожают человека.
«Убийство Яльмара фон Сюдова и двух служанок… содержало в себе все элементы настоящего большого скандала; известные личности, смерть в юном возрасте, ужасающие подробности. Убийство продолжает привлекать внимание и то и дело всплывает в газетах, как одно из самых заметных в Швеции. На рубеже XX–XXI веков это убийство было названо одним из главных скандалов прошлого тысячелетия в светском обществе, и в 2001 году его упомянули в ряду злодеяний, потрясших Стокгольм с XIV века: убийство в Чепплинге, убийство Густава III, убийство Улофа Пальме и… сюдовские убийства. Преступлению посвящены пьеса и телефильм, оно отражено на отдельном стенде в Полицейском музее и описано в Интернете.
Отец Фредрика был начальником полиции Стокгольма на рубеже XIX–XX веков, депутатом первой палаты риксдага, но, прежде всего, главой Шведского союза работодателей, с момента его основания в 1907 году и вплоть до своей смерти. Он являлся ключевой фигурой в шведской политике на рынке труда первой четверти XX века, жестко защищая интересы работодателей в период крупнейшего в стране конфликта – всеобщей стачки 1909 года.
Преступление было совершено в семье, которая, на первый взгляд, ни в чем не нуждалась. Жили фон Сюдов в восьмиком-натной квартире на набережной Норр Меларстранд, с видом на Риддарфьерден. Жена, болезненная дама, умерла задолго до трагедии, и хозяйство вела преданная экономка с помощью кухарки и горничной. В семье было четверо детей: две дочери, сын Фредрик и его младшая сестра. Дети отличались способностями, в том числе и Фредрик, который поступил в университет с высокими отметками. Лето проводили в Веламсунде, неподалеку от Стокгольма. Летний дом был одной из самых роскошных вилл в шхерах. Вокруг был разбит сад, наподобие английского парка, с искусственным гротом, садовыми скамейками, белыми скульптурами и сторожевой башней с подзорной трубой. Садовники рыхлили почву, ухаживали за цветами, срезали их и ставили по всему дому букеты в красивых вазах. В каретном сарае стояли дрожки, а при конюшне жил кучер, готовый доставить из города гостей, если те не могли приехать пароходом» [49] .
Перечисленные автором громкие убийства в Стокгольме – это убийство премьер-министра Швеции Улофа Пальме 28 февраля 1986 года на углу Свеавэген и Туннельгатан в центре Стокгольма, а также убийство короля Густава III в марте 1792 года на бале-маскараде в Опере. Более раннее по времени преступление было совершено в конце XIV века, когда немцы сожгли несколько десятков стокгольмцев в сарае на Бласиехольмене, который назывался прежде Чепплингехольмен. Погибшие являлись знатными и именитыми горожанами. Еще триста человек немцы выслали из города (всего в то время в Стокгольме жило около шести тысяч). Немцы жаждали упрочить позиции Ганзейского союза в Швеции и боялись, что датская королева Маргрете потеснит их. Об этом событии в 2006 году, написана книга. Драматический эпизод в истории Стокгольма восстанавливает на документальной основе писатель и археолог-маринист Катарина Ингельман-Сундберг [50] .
Городская квартира Яльмара фон Сюдова находилась не на Эстермальме, а в противоположном конце города, на западе, в квартале Кунгсхольмен. Норр Меларстранд – тоже набережная, начинающаяся сразу же за Стокгольмской ратушей, которая в то время только еще строилась. Сегодня эта набережная столь же великолепна и престижна, как и Страндвэген. И квартиры там одни из самых дорогих в Швеции.
На Эстермальме жила семья Софи, молодой жены Фредрика, не менее богатая и влиятельная. У них была двенадцатикомнатная квартира, конечно же, на Страндвэген. Отец Софи стал основателем крупной страховой компании «Ханса» (Ганза), которая сегодня известна как «Трюгг-Ханса». Огромная квартира находилась на втором этаже, и в окно заглядывали пышные кроны лип, посаженных вдоль набережной. «Каждый вечер, в шесть часов, в столовой подавали ужин, всегда одно меню: закуски (шведский стол), горячее блюдо и десерт. Дети неизменно сидели на своих местах, возле их тарелок лежали салфетки, вдетые в кольца, на которых были выгравированы имена владельцев. Без пяти шесть по будням папа открывал дверь, и когда напольные часы в столовой били ровно шесть, дети уже стояли каждый за своим стулом, переодетые, причесанные и с вымытыми руками. Они здоровались и делали книксен: «Здравствуй, папа». И только самый младший был еще мал, чтобы сидеть за столом; его приводила няня, он брал папу за руку, тот щекотал ему животик, и затем малыша вновь уводили. Предварительная церемония закончена, детям разрешается сесть за стол.
Именно за обеденным столом дети учились сидеть молча, когда взрослые разговаривают, держать спину прямой… и касаться краешка стола двумя пальцами, в ожидании смены блюд. Дети жуют с закрытым ртом, не чавкают, не причмокивают, и, разумеется, никогда не кладут локти на стол. С самого детства они уже знают, как себя вести. Коды введены и сидят у семилеток в спинном мозге» [51] …
Традиционный, устоявшийся, размеренный быт, где все – на пользу и все – целесообразно. Воскресенья – праздник в череде будней, повседневной жизни. «Когда часы на церкви св. Оскара бьют час дня, подается воскресный обед, а затем наступает время визитов. Чай в японском чайничке, миндальные пирожные и малиновое варенье, рюмочка итальянского ликера. Служанка накрывает в салоне стол, выставляет ост-индский чайный сервиз. Софи и ее младшая сестра, по воскресному нарядные, делают книксен и выступают перед гостями, мама сидит за роялем, а старший брат, с зачесанной наискось челкой, смоченной водой, переворачивает нотные страницы. «Сейчас Софи споет нам», – говорит мама. Смех и разговоры невольно умолкают, когда Софи начинает петь своим чистым голоском. Какая же она красавица, какая умница! Дамы аплодируют и целуют Софи в щечку, мама смеется, мама играет, весеннее солнце светит из-за вышитых розами гардин, и лучи его падают на пестрые, обитые шелком стулья» [52] .
Рутина будничной жизни семьи на Эстермальме, подробности быта и взаимоотношений переданы в романе Хелены Хеншен с большой достоверностью.
Норр Меларстранд – парадная улица квартала Кунгсхольмен (Королевского холма). В центре острова, на который по Кунгсгатан из Норрмальма можно попасть через мост Кунгсбрун, один из многих других, высится здание главного полицейского управления. Остров стал заселяться с XVII века, в основном ремесленным людом. Старейшая длинная улица, пересекающая Кунгсхольмен и ведущая к Ратуше, названа в честь первых жителей Хантверкаргатан (улица Ремесленников). Чуть западнее – квартал Мариеберг. Издалека видны две современные высокие башни, в одной из которых находятся редакции крупнейшей в Швеции утренней ежедневной газеты «Дагенс нюхетер» и вечерней «Экспрессен». Здания стоят на улице Ёрвелльсгатан, названной в честь отца и сына Ёрвеллей, живших в конце XVIII – начале XIX века. Отец был библиотекарем и крупным издателем, а сын – архитектором, который построил, в частности, «двор Роламба» для барона Роламба. В честь последнего и названа параллельная Ёрвелльсгатан улица – Роламбсвэген. Во «дворе», или усадьбе, Роламба в начале XX века жили мэры Стокгольма [53] . На Роламбсвэген стоит жилой дом российского посольства, а прямо напротив редакции «Дагенс нюхетер», на Ёрвелльсгатан, расположено и само посольство. Анника, журналист из романа Лизы Марклюнд «Подрывник», смотрит из здания газеты в окно: «Темнота на улице была плотной и тяжелой. Желтые лампы российского посольства качались маленькими золотыми крупинками в море тьмы. Даже этот кусочек России был пустынен и мрачен» [54] .
А как становятся дипломатами в Швеции, чтобы представлять свою страну в разных частях мира? Шведский МИД находится в Арвфюрстенс палац (во дворце наследного принца), возведенном королем Густавом III для своей сестры, Софии Альбертины. Ее имя выбито золотыми буквами на фасаде здания. Здесь можно увидеть дорические колонны, зеленый мрамор, картинные галереи, мебель в стиле рококо. Одежда и стиль дипломатов передаются из поколения в поколение: строгий скромный костюм или платье, приверженность черному цвету, эксклюзивность, которая не должна бросаться в глаза. Для современных шведов работа в МИДе не утратила своей престижности и блеска. В это учреждение принимают после строгого отбора. На протяжении второй половины XX века среди карьерных дипломатов неуклонно возрастало число женщин. Сегодня уже не редкость женщина-посол Швеции.
