что значит «работать под прикрытием».
– Прежде чем начинать работу по вербовке кадров, необходимо провести подготовительную работу, которая состоит из наблюдения, слежки и отбора надежного контингента. На такое задание агент идет без оружия, такова специфика – работа вне контакта с объектом слежки. Вам не позволяется прямо смотреть на объект, только боковым взглядом. Ваши козыри – это зрение, скорость передвижения и отличная ориентация на местности. Вы должны научиться предугадывать поступки человека, за которым следите. Идеально, если группа состоит из трех-четырех человек, так легче распределить роли. Первый – хамелеон, агент, который должен уметь сливаться с окружающей обстановкой, становиться незаметным. Он ведет объект. Не день и не два, а столько, сколько нужно для его объективной оценки. После того как оценка произведена и объект признан пригодным для дальнейшей работы по вербовке, хамелеон передает объект группе. На этом его миссия окончена.
Последнюю фразу капитан произносил в присутствии гостей: президент Джонсон, директор ЦРУ Ричард Хелмс, Карл Морган, Перкинс и Винсент Стивенс цепочкой друг за другом вошли в класс и остановились у стены.
– Груп-па-а-а-а, встать! – прервав лекцию, скомандовал капитан Майли.
– Ничего, капитан. Продолжайте, – президент махнул рукой, давая понять, что визит можно считать неофициальным. – Не обращайте на нас внимания.
– Мы уже закончили, господин президент, – ответил капитан, бросив взгляд на часы. Занятие и правда получилось длиннее на тридцать минут, по расписанию у группы наступало время ужина. – Разрешите распустить группу?
– Задержитесь немного, – попросил президент. – Хочу посмотреть на бойцов вблизи, заглянуть в глаза, так сказать. Согласны, парни?
– Так точно! Согласны! Задержимся! – послышались нерешительные реплики, никто из присутствующих не знал, как следует вести себя в присутствии президента.
– Так, значит, здесь вы и проходите мудреные науки, как сохранить безопасность страны, – вопрос задавался как риторический. – Что скажете, агенты, сложная наука?
И снова нерешительные реплики:
– Сложная, господин президент. Но интересная и очень важная! Порой увлекательная! Справляемся.
– Как думаете, готовы вы к самостоятельной работе? – На этот раз вопрос звучал провокационно.
Гул голосов стал решительнее, все больше рекрутов вовлекались в разговор.
– Готовы, господин президент. Точно готовы. Ждем отправления! Только команду дайте, и мы в пути!
– Значит, страна может на вас полностью положиться?
Здесь уже не сдерживался никто.
– Так точно! Можете, господин президент, не сомневайтесь! Проверьте, господин президент! Мы готовы, мы не подведем!
Капитан Майли перехватил взгляд Джонсона и догадался, что пора отпускать группу.
– Группа! Разойдись! – громко скомандовал Майли. Рекруты подтянулись и стройной цепочкой потянулись из классной комнаты в казарменный коридор.
– Хорошие у вас ребята, капитан, – похвалил президент.
– Они стараются, – суховато ответил Майли.
– Мы с коллегами решали один вопрос, – без перехода начал президент. – Какое количество рекрутов готово к самостоятельной работе. Не поможете нам с решением?
– Вам интересно мое мнение? – не сдержал удивления капитан Майли.
Реплика капитана президента рассмешила. Он улыбнулся, едва сдерживая смех, и продолжил:
– Понимаю, как это звучит: четыре мужика, наделенные властью и опытом, не могут решить, кого куда послать. Но так уж вышло, что их мнения мне оказалось мало, капитан Майли. Так что придется вам взвалить на себя часть ответственности за выбор кандидатов.
– Что конкретно вас интересует? – покосившись на Перкинса, задал вопрос Майли.
– Сколько агентов было на вашем занятии сейчас? – спросил президент.
– Семьдесят два человека, господин президент.
– Кто из них лучший?
– Зависит от того, каким умениям отдавать предпочтение.
– А если в комплексе? Таких нет вообще, капитан?
– С десяток наберется, – подумав, ответил капитан Майли.
– Кто именно?
– Белобрысого видели? На третьей парте? – Майли решил пойти не по списку. – Это Спенсер. В разведшколе имен-фамилий нет, только кодовое имя. И без разницы, что это на самом деле, имя или фамилия. Здесь тебя все будут звать просто по кодовому имени. Так вот, что касается Спенсера, парень уникальный. Зрительная память – на двести процентов. Покажи ему всего на две секунды фотоснимок любой сложности и насыщенности, и он тебе расскажет, что изображено на снимке, в мельчайших подробностях, вплоть до марки авто. Спросите, чем эта способность поможет в работе? Отвечу: тем, что любые изменения в составе людской массы, любые отклонения от правил движения транспорта и так далее Спенсер просчитает на раз. Идем дальше?
– Говорите, капитан, – разрешил президент.
– Еще один кандидат, который может практически все, – продолжил капитан Майли. – Сидел у дальнего окна, высокий парень с азиатской внешностью, Трент.
– Помню его, – подхватил президент. – Видный парень, здоровяк.
– И весьма способный. Физическая нагрузка для него сплошное наслаждение. Его конек – языки. Владеет восемью языками, а при необходимости за месяц овладевает любым языком в рамках разговорного. С ним в паре хорошо смотрится рекрут по имени Бенсон. Хиловат в плане физподготовки, вряд ли осилит марш-бросок в двадцать километров, а вот ориентировка на местности на высоте. Еще одна способность Бенсона – умение «чувствовать» любые запорные устройства. Замки и засовы любой сложности для него точно открытая книга. Не попади он в разведшколу, сделал бы головокружительную карьеру как вор-медвежатник.
– Надеюсь, это шутка, капитан, – директор Морган недовольно поморщился, не зная, как на высказывание Майли отреагирует президент.
– В каждой шутке, директор Морган… – президент улыбнулся. – Но я рад, что агент Бенсон на нашей стороне. Капитан Майли, как вам парень, что громче всех кричал о своей готовности, буквально рвался в бой?
– Кубинец? – прежде чем ответить, Майли выдержал паузу. – Мануэль показывает неплохие результаты. Микропленки, тайники, шифрование – это дается ему легко. Языки чуть сложнее, но тоже на допустимом уровне. Физически развит, аналитические способности выше среднего, психотесты всегда проходит только на отлично.
– И все же? Что вы недоговариваете, капитан? – Президент почувствовал некоторую холодность в словах Майли.
– В плане уживчивости нужно поработать, – признался капитан Майли. – С рекрутами у Мануэля контакта не выходит, несмотря на то, что он здесь с самого начала формирования группы. Да и с персоналом бывают стычки.
– Конфликтный, значит?
– Так точно. Гордыню смирить не хочет, высокоумием страдает. Если бы не этот фактор, рекомендовал бы его в первую очередь. Единственный, кто может с ним справиться, это агент Беллуски. Если у рекрутов возникает конфликт с Мануэлем, в итоге разрешает этот конфликт всегда Беллуски.
– Что за парень? Он был сегодня? – спросил президент Джонсон.
– Да, был. Крайний ряд, последняя парта.
– Латиноамериканец? Видел. Молчаливый парень, за все время слова не сказал, – вспомнил президент. – Что скажете о нем?
– Идеальный солдат, – коротко отрекомендовал Беллуски Майли. – Хоть в группу, хоть в одиночку, выполнит любую задачу.
– Тогда почему его первым не назвали?
– Приберег на сладкое, – впервые с начала встречи Майли улыбнулся. – Беллуски – выдающийся мозг, так бы я
