Книга, для суфиев, является инструментом настолько, насколько она есть нечто, дающее информацию.
И информация, и действие необходимы.
Ключом является учитель.
Если он говорит: «Читайте эту книгу», то вам следует читать ее.
Если ваш ответ — «Я не могу учиться по книгам», то вы, на самом деле, отвергаете его обучение.
Если вы отвергаете обучение, не удивляйтесь, что вы ничему не учитесь.
Вы, возможно, один из тех, чья проблема в том, что они не хотят учиться, и ваши слова «Я хочу учиться» — это защита от того, чтобы когда-либо учиться, фактически, заклинание.
Никакой настоящий учитель не спутает человека, который только говорит «Я хочу учиться», с тем, кто несомненно хочет учиться.
Вот почему столь многим людям надо пройти через стадии, которые покажут им, что их состояние (в то время, как они утверждают, что они хотят учиться и не могут найти материалы) — неподходящее основание для учения.
РЕАЛЬНОСТЬ И ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ
Чтобы человек мог достичь чего-то в области, которую называют "то, чем он мог бы быть", ему необходимо придти к пониманию, как видеть, что он есть в действительности.
И опять, именно учитель знает, что показано: надо ли его ученику развиваться линейным или другим способом. Как говорит ходжа Хан, традиционно, прямое учение вне книг, таинство единения, преподавалось духовной элите, в то время как линейный Святой Закон {Shariyya или шариат ислама) давался обычным людям. Таким образом, ограниченные могли подниматься посредством дисциплины шариата, а элита была в состоянии нисходить к Закону посредством Истины непосредственного восприятия.
Согласно суфиям, есть только одна Сущность, Реальность (Haqq = Истина). Из нее произведена внешность, Форма, упоминаемая Ибн ал-"Араби в Fusus al-Hikam и других работах, как Khalq, та, что создана, вторична. Стало обычным принимать вторичное за первичное, и человечеству следует учиться как избегать этого. Но живя в царстве вторичного, «мире», человечество должно изучить ценность и ограничения этого вторичного, явленного. Ограничения включают тот факт, что после определенной стадии такие производные вещи ничем не могут помочь человеку. Ценностью являются те события и обстоятельства, в которых такие вещи могут быть помощью, и то, как их можно использовать.
ЦЕННОСТЬ ОТНОСИТЕЛЬНОГО
Высказывание «Относительное — канал к Абсолютному» (А1-majazu qantarat al-Haqiqa) содержит в себе это утверждение. Опыт суфия подсказывает ему, как обращаться со вторичными факторами, и, следовательно, дает ему возможность учить.
Суфийское обучение посредством книг или с помощью схоластических методов, применяемых чтобы показать их нелепость или ограничения, было однажды продемонстрировано Шакиком из Балха, когда его в поисках мудрости посетил Харун аль-Рашид.
ЦЕННОСТЬ ХАЛИФАТА
Халиф, при всем своем великолепии, нуждался в уроке об относительной природе власти и собственности. «Проси меня о милости», — сказал он.
Шакик спросил его, отдаст ли он половину своих владений тому, кто даст ему глоток воды, если он будет умирать от жажды в пустыне.
Харун сказал, что отдаст.
И, продолжил суфий, отдаст ли он вторую половину тому, кто поможет ему выпить эту воду, если он не сможет сделать это сам.
Харун сказал, что отдаст.
Тогда Шакик попросил халифа подумать, почему он ценит свой халифат так высоко, если это то, что можно отдать за глоток воды, которая сама по себе с ним не останется.
Люди предполагают, подобно халифу, что у них есть что-то ценное, и, что отдавая часть этого, они могут приобрести нечто еще более ценное. Они также склонны предлагать не то, от чего им надо бы освободиться, но то, что они могут дать, поскольку хотят этого.
Это лежит в основе торговли и является действительно желательной вещью, если торговлей и ограничивается. Отсюда, также, происходит желание самому определять свои занятия, свой собственный путь: «Проси меня о милости», как выразился халиф.
Но, как никогда не устают говорить суфии. Путь имеет свои собственные требования, и вещи, которые люди хотят делать, это скорее всего те, которые помогут им оставаться на том пути, на котором они уже находятся, а не двигаться в направлении, ведущем к прорыву их ограничений.
Поскольку суфийские занятия кажутся не похожими на то, как организована учеба, знакомая большинству людей, то они воображают, что занятия проводятся совершенно ни с чем не связанным образом. Стоит прислушаться к тому, что Афтаб-уд-Дин Ахмад сказал об этом в своем Введении к версии Futuh al-Ghaib Джилани:
СУФИЗМ КАК НАУКА
«Слово «мистицизм» [употребляемое в английском для суфизма] окружено неясной атмосферой, тогда как tasawwuf [суфизм] — это настоящая наука со своими установленными законами и полной детальной программой. Она основывается на осязаемых опытах, которые могут быть воспроизведены, как в любой другой науке, при определенных условиях. Каждый пилигрим должен пройти через одни и те же стадии в своем духовном путешествии, и эти стадии легко распознать по их детальным описаниям, данным всеми мастерами единодушно. Ориентиры и ловушки описаны с равно исчерпывающими подробностями. Точно так же, как в любых других курсах наук, в ней есть методы проверки успехов и достижений ученика. Как в любой другой области знания, и в этой области есть гении, которые производят сенсации в мире…»
ИСКАЖЕННОЕ ПОСЛАНИЕ
Книги и другие средства массовой информации используются суфийскими учителями избирательно. И есть случаи, когда послание искажено так, что определенные версии его они не используют вовсе. Например, некоторые переводы, даже выполненные специалистами, содержат смехотворные ошибки. Такого вида искажение может произойти с чем угодно, и поправить это может только руководитель-человек.
ПЕРЕДАЧА НОВОСТЕЙ
Британская радиовещательная корпорация, через несколько часов после смерти короля Саудовской Аравии Файсала, передала запись чрезвычайно эмоционального сообщения о злодейском убийстве, взятую из Саудовского радио. Уж это, как можно себе представить, должно было быть тем, на что можно положиться. Была только одна проблема с тем, что передало БиБиСи: на самом деле, это был комментарий на чешском языке последней минуты поединка Али с Вепнером в Кливленде, Огайо. Читаешь некоторые «суфийские» материалы, они звучат так же…
Святость
В: Не могли бы вы сказать что-нибудь о святости и суфийских учителях?
О: Люди, которые более других обеспокоены отысканием, следованием, опровержением или общением каким-либо образом с суфийскими учителями, вероятно являются теми, кто менее других способен распознать или найти их.
Причина в том, что они обычно ищут одержимых: людей, которые не могут удержаться от того, чтобы не возвещать двадцать четыре часа в сутки: «Я духовный человек».
Те, кто ведет обычную жизнь или не имеет определенных внешних атрибутов, невидимы для обеспокоенных.
Но более вероятно, что имеет место обратное. Те, кто сигнализирует своим поведением, обстановкой или иным образом, что к ним следует относиться как к авторитетам, на деле обычно являются поверхностными людьми.
Во всех ветвях эзотерической деятельности, включая суфизм, «святая» внешность — это одно из трех:
1. Имитация поверхностными людьми.
2. Внешность, воспринятая посредством внушения или навязывания.
3. Внешность, принятая в качестве временной или поверхностной меры, чтобы подать сигнал тем, кто может воспринять лишь такой аспект.
Задача учителя и ученика состоит в том, чтобы выйти за пределы внешности так быстро и так полно, насколько это возможно.
СЛУЖЕНИЕ
Именно на эту тему Саади из Шираза в Bostan ("Фруктовый сад") написал такие строки:
Путь — ни что иное, как служение людей:
Это не четки, не молитвенный коврик
и не дервишеское одеяние.
КТО ТАКОЙ СВЯТОЙ И ЧТО ОН ДЕЛАЕТ
Святость, которую поверхностные люди отождествляют с тем, что слишком часто является поверхностными действиями и внешностью, заключается, как напоминает нам Саади, в служении людей. Людей, которые ищут святости, должно принять всерьез, только если они заняты также человеческим служением.
Святость, быть святым, как правильно замечает доктор А. Е. Аффифи, согласно суфийскому знанию, «не означает праведность или благочестие, хотя такие качества могут быть случайно найдены у святого… Любой человек является святым…, если он обладает такой степенью «гносиса» (высшего знания), которая позволяет ему понимать его точное отношение к Богу (Реальности), лишь проявлением чего он является, и осознавать его неотъемлемое единство с Единой Реальностью. Другими словами, человек — святой, если он является тем, кого Ибн ал-"Араби называет "Совершенным Человеком"…»
