КУЛЬТУРНЫЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ
О: Если они так делают, то, возможно, лишь для того, чтобы распознать поверхностных людей, которые цепляются за подобные вещи. Это напоминает старый армейский прием, когда сержант говорит новобранцам: «Поднять руки тем, кто слишком культурен для физической работы», — и затем, когда несколько рук поднимается, объявляет: «Вот кто нуждается в усиленной тренировке физическим трудом!» — и посылает их на самую грубую работу.
Другая причина, возможно, в том, что то, что для вас — приятно возбуждающее, для меня — повседневная жизнь. Такие слова, как «удивительный», "странный" и тому подобное не имеют абсолютного значения и в высшей степени субъективны. Каково значение слов "тайна, странный, удивительный"?
Для суфиев не новость заниматься вещами, которые заставляют людей реагировать таким образом, для того, чтобы позволить аудитории переживать и наблюдать изменения своего настроения и чувства, чтобы осознать, что слишком много людей имеют слишком много, так сказать, рычагов для манипулирования ими.
Нет однозначного ответа на этот вопрос. Поскольку невнимательные ученики предположили, что суфийские учения, нацеленные на отдельных людей или группы, или предназначенные для кратковременного использования, являются предписаниями на века, применимыми при всех обстоятельствах, то это все еще одно из наиболее широко распространенных заблуждений. Многое из суфийской литературы больше неприменимо, поскольку за годы склад ума аудитории изменился.
Руми имеет в виду так называемые тайны, когда говорит: «Если вы не видите этих тайн истины, то смейтесь над нами…»
ХЛЕБ ДЛЯ ГОЛОДНОГО
Тайны, странные места, а также удивительные книги — часто расхожие выражения того языка, на котором несведущие люди думают об определенных предметах. Для того, чтобы установить связь с этими людьми вам, возможно, для начала, придется использовать их язык. Это не делает его вашим языком. Помните высказывание: «Для голодного человека "дважды два" означает "четыре буханки хлеба"?» Если вы обращаетесь к голодному человеку, ваши первые слова вполне могут быть о хлебе.
Если вы хотите более короткий ответ на умозаключение о том, что суфии просто хотят приятно возбудить, вот старинное высказывание:
«Если вы верите этому и думаете, что убеждены в этом, знайте, что вы в действительности нуждаетесь в усовершенствовании. Быть убежденным и верующим — стадии, которые должны быть преодолены на Пути к Уверенности».
К тому же, у суфиев слова подобные «тайне», являются техническими терминами. Лучшим переводом слова «тайна» часто является "глубочайшее сознание".
Когда встречаться
В: Люди слышат о чем-то и, как вы указали, тотчас жаждут этого. Почему же не всякая встреча с учителем или источником знания дает результаты для ученика?
ИСТОЧНИК СВЕЖЕЙ ВОДЫ
О: На эту тему есть персидская поговорка, из классического Гулистана Саади:
Где бы ни был источник свежей воды -
Рядом с ним будут люди, птицы и муравьи.
Всюду, где есть источник притяжения, люди, в соответствии со своей природой, будут собираться вокруг него. Я говорю "в соответствии со своей природой", потому что человеческие существа похожи на животных в том, что они притягиваются к той стороне вещей, которая непосредственно привлекает их. Как и у животных, иногда эти вещи подходят им, иногда нет.
Позвольте быть более конкретным. Вы слышите о некотором учении, и то, что вы слышите, притягивает вас. Или, возможно, вы хотите разузнать о нем побольше. Для вас это означает, что вы, наверное, без промедления войдете в контакт с этим учением. Здесь присутствует предположение, что вы можете получить пользу от контакта, установленного тогда, когда это удобно вам, или на условиях, продиктованных вами. Такая позиция бесперспективна, поскольку она не соответствует тому, что могло бы произойти.
Ценность учения для вас, и для самого учения, будет лишь в том случае, когда вы станете созвучным с ним — таким образом, в такое время и при таких обстоятельствах, — которые являются наиболее подходящими для плодотворной связи с этим учением. «Даже рыба может выпить лишь определенное количество воды из моря».
В этом отношении, учение является более тонкой вещью, чем, скажем, изучение языка. Вы можете достать книгу, или звукозапись, или учебник, и заниматься языком в любом месте, в любое время, когда это вам удобно. И тем не менее, даже при изучении языка, должны быть правильные условия.
Вы должны быть в определенном умственном и физическом состоянии: например, не слишком усталым или не слишком голодным. Вы должны находиться в сравнительно удобном месте, например, не стоять на открытом воздухе под проливным дождем. Вы должны обладать некоторыми необходимыми вещами: магнитофоном, электричеством, или должны уметь читать, предпочтительно не быть глухим и так далее. Обычный человек может понять эти потребности для учебы, которую он себе организует. Он не с той же охотою потрудится подумать о них в отношении высшего знания. Почему же?
Обучение тому, как учиться включает в себя проверку предположений. Истории о мулле Насреддине очень часто выполняют эту функцию.
ШАБИСТАРИ О СОЗВУЧИИ
Шабистари, в Тайном Саду, упоминает проблему созвучия между учителем и учащимся, и между людьми и их переживаниями, подчеркивая, что гармония должна быть правильной: «Озарение иногда от величия, а иногда от красоты, [его] совершенство — между ними».
Вы говорите, что люди жаждут вещей, и вы правы. Но если вещь, которую они жаждут, в данном случае суфийское знание, является качественной, а не количественной, перед обучением должна происходить настройка на качество.
Примите во внимание факт, что суфийские учителя дают ученикам темы и другие материалы для изучения таким образом, чтобы результат мог быть увиденным тогда, когда он может проявиться, а не произвольно в 14.30 на следующий день. Люди, которые являются жертвами убеждения, что обучение происходит механически или посредством мгновенного озарения, не могут извлечь из этого пользы, поскольку они отвергают целую область взаимодействия между ними и учителем.
Любая встреча с учителем может принести результаты, но именно ученик препятствует этим результатам из-за поверхностности своих ожиданий. Мы опубликовали множество историй, иллюстрирующих этот момент в обучении тому, как учиться.
В: Не поэтому ли вы, кажется, отговариваете людей от преодоления больших расстояний, чтобы увидеть вас, в то время как они продолжают прибывать со всех концов земли из Японии, Аргентины, Индии, Канады, Самоа…?
О: Я не отговариваю всех этих людей. Но существует образец, и я рад, что могу поделиться им с вами, так как этот образец лежит в самой основе наших занятий. Когда я был юным учеником, у меня был точно такой же вопрос, и я занимал как раз такую же позицию, как вы. Мой учитель обычно получал письма и принимал людей со всего мира. Я спросил его, почему он отговаривает людей, которые совершали (или готовы совершить) длинное и иногда трудное путешествие. То, что он сказал мне, я нашел верным и даже, если такое возможно, верным вдвойне. Вот оно.
ПОЗИЦИИ УЧЕНИКОВ
Люди склонны думать в первую очередь и главным образом о себе. Это может означать, что когда они слышат о нашей работе, они страстно желают принять в ней участие, больше учиться, получить пользу лично для себя. Когда они так делают, то это всегда означает, что они питают свой собственный эгоизм и зафиксировались на личной выгоде.
С другой стороны, когда люди входят в контакт с нашими идеями и распространяют их правильным образом другим (то есть не создавая культа и не ставя себя в положение учителей), они не только берут, но и отдают.
Такие люди никогда не требуют прежде всего быть принятыми, замеченными, наученными и тому подобное. Они взращивают группу людей, распространяют это знание, наилучшим, возможным для них образом, и затем спрашивают, следует ли прийти им или, возможно, кто-то посетит их. В действительности, они в состоянии учиться и не только получать помощь, но и оказывать ее. Это устанавливает непрерывную среду, в которой человек служит и является объектом служения.
Некоторые, с другой стороны, тратят огромные деньги на путешествия, иногда собирая их еще с кого-то, и думают только о себе, даже если они не осознают этого. Если они не видят этого в себе, наше дело — указать им на это, чтобы они могли извлечь пользу из своих поступков и учились исправлять свою алчность установлением среды, в которой человек служит и является объектом служения. Это то, чему учил меня мой учитель. Он обычно говорил: «Многие люди думают, что я только испытываю их, когда посылаю им послания с такой целью, или если не отвечаю им, давая им возможность изменить их подход с "Дайте мне" до "Что я могу делать?", но вы увидите, на этом самом месте, как люди, которые приходят сюда в таком состоянии, оказываются не поддающимися обучению, просто метафизическими туристами». Он был совершенно прав. Так, отказываясь учить, он давал им возможность изучить это свое поведение путем самонаблюдения. Некоторые из них, хотя и меньшинство, действительно научились этому. Конечно, мы смогли весьма уменьшить эту трудность, опубликовав истории, где классическими и другими учителями было показано, как страстное желание учиться иногда является маской своекорыстия. Это дало возможность довольно большому числу людей занять правильную позицию по отношению к Учению.
