К основанию шлема в его передней части могла крепиться подвижная защитная маска с перпендикулярно расположенной планкой, защищавшая от травм верхнюю часть лица и нос воина. Эта деталь присутствует и на упомянутом выше скульптурном изображении катафракта в Так-и Бустане.
Особый интерес вызывает описание защитной маски сасанидского воина, приводимое Аммианом Марцеллином:
Прикрытие лица так хорошо прилегало к голове, что все тело оказывалось закованным в железо, и попадавшие стрелы могли вонзиться только там, где через маленькие отверстия, находившиеся против глаз, можно было видеть, или где через ноздри с трудом выходит дыхание (Amm. Marc. XXV. 1. 12).
Из слов историка можно сделать вывод, что персы имели маску, закрывавшую не только глаза и переносицу, но и все лицо. Эта задача, как показывают находки шлемов сасанидской эпохи в сочетании с изобразительными источниками, решалась и иным путем: к основанию шлема и нижнему краю защитной маски крепилась кольчуга, полностью защищавшая таким образом голову воина от возможных ран и увечий.
Важной составной частью персидского оборонительного снаряжения являлся щит. На основании материалов источников можно выделить два основных вида сасанидских щитов: большие, которые использовала пехота, и меньших размеров, применявшиеся как пешими, так и конными воинами. В текстах римско-византийских авторов, как правило, фигурируют щиты первого вида. Они имели большие, удивлявшие античных писателей (или их информаторов) размеры и служили, как следует из соответствующих описаний, прежде всего для защиты самих пехотинцев и прикрываемых ими персидских боевых порядков от метательных снарядов и стрел противника. Основа такого щита плелась из лозняка или тростника, а затем ее покрывали сырой кожей:
Персидская пехота, с трудом отбивая щитами стрелы, летевшие из орудий со стен, раздвинула свой фронт (Amm. Marc. XIX. 7. 4).
Прикрываясь щитами, сплетенными из крепкого лозняка и покрытыми сырыми кожами, они [персы. — В. Д.] оказывали самое деятельное сопротивление (Amm. Marc. XXIV. 2. 10).
В резерве были оставлены манипулы пехотинцев; прикрываясь продолговатыми выпуклыми щитами, сплетенными из тростника и покрытыми сырой кожей, выступали они в тесном строю (Amm. Marc. XXIV. 6. 8).
Свои огромные щиты они [персы. — В. Д.] выставляют только для того, чтобы самим обороняться от неприятельских стрел и копий (Proc. Bell Pers. I. 14. 26).
Во время сражения пехотинцы из персидского войска побросали свои длинные щиты и пребывали в полном беспорядке (Proc. Bell Pers. I. 14. 52).
Они [готы. — В. Д.] шли, выставив перед собою большие четырехугольные щиты, ничуть не меньше, чем плетеные щиты персов (Proc. Bell Goth. I. 22).
Сведения письменных источников подтверждаются археологическим материалом. Остатки щитов данного вида, датируемые серединой III в., были обнаружены при раскопках в Дура-Европосе{31}. Они имели прямоугольные или овальные очертания и были изготовлены из расположенных вдоль продольной оси щита стеблей тростника, переплетенных полосками (ремнями) из невыделанной кожи. С обратной стороны имелась сделанная также из тростника рукоятка, за которую воин держал щит.
Щиты такой конструкции были сравнительно легкими, простыми в изготовлении и, что немаловажно, дешевыми. Поэтому ими вполне можно было вооружить сколь угодно много пеших воинов, обеспечив тем самым (пусть и за счет количества, а не качества) в случае необходимости защиту более важному и «дорогому» роду войск у персов — тяжелой коннице.
О щитах второго вида в письменных источниках почти ничего не говорится, и лишь по косвенным данным можно установить, что в том или ином конкретном случае речь идет не о легких плетеных, а о прочных металлических щитах. Так, например, Агафий Миринейский, описывая сражение под Фасисом (555), сообщает о сопровождавшем эту битву сильном шуме, в том числе и от стука щитов (Agath. III. 25). Понятно, что подобный (причем достаточно громкий) звук мог возникнуть только от удара по твердому, скорее всего металлическому, предмету, в данном случае — по щиту. Щиты персов (явно не тростниковые) упомянуты Агафием и в качестве доставшегося ромеям ценного военного трофея наряду с доспехами, луками и колчанами и драгоценными украшениями (Agath. III. 28). Еще раньше Либаний, повествуя о персидском походе Юлиана (363), говорил о персидских «сверкающих щитах», явно имея в виду щиты с металлическим покрытием (Liban. Or. XVIII. 248). В обоих случаях, исходя из контекста, трудно определить, кто именно — пешие или конные воины — использовал эти щиты. В то же время катафракт из Так-и Бустана держит в левой руке небольшой щит круглой формы, что позволяет констатировать наличие такого защитного снаряжения и у всадников, участвовавших в описываемых Либанием и Агафием событиях. Кроме того, Аммиан Марцеллин, рассказывая о попытке Шапура II приблизиться к стенам Безабды во время ее осады (360), пишет:
Как только царь подошел к Безабде, он немедленно начал исследование укреплений. Окруженный свитой панцирных всадников в блестящих доспехах и хорошо заметный среди них, он смело приблизился к самому краю рва. На него были направлены тщательно намеченные удары баллист и туча стрел, но под прикрытием сомкнутых наподобие «черепахи» щитов он ушел невредимый (Amm. Marc. XX. 7. 2).
Таким образом, и здесь мы видим, что катафракты имели прочные щиты, с помощью которых персидский царь был надежно защищен от римских стрел и снарядов. На основании приведенных данных можно предположить, что и найденный во время раскопок на территории Ирана серебряный умбон с изображением львиной морды, датируемый IV в.{32}, украшал щит какого-то (явно знатного) персидского катафракта.
При этом, однако, необходимо отметить отсутствие щита на подавляющем большинстве изображений сасанидских катафрактов, что, в сочетании с высказанными выше наблюдениями, может означать только одно: щит не являлся обязательным и, более того, типичным предметом воинского снаряжения персидских всадников (отсюда и редкие упоминания об этом в позднеантичных текстах). Скорее всего, он использовался в ситуации, когда катафракт не участвовал в полевом сражении, т. е. руки воина не были заняты контосом, но в то же время потенциально подвергался опасности неожиданного нападения со стороны противника (например, при совершении рекогносцировок, как в случае под стенами Безабды, описанном Аммианом).
Из сведений античных авторов следует, что у персов был защищен доспехами не только сам катафракт, но и его лошадь — для нее делался специальный кожаный (Amm. Marc. XXIV. 6. 8) или металлический (состоявший из нашитых на льняную ткань металлических пластин) (Heliod. IX. 15. 4) доспех в виде большой попоны, закрывавшей весь корпус животного, включая зачастую его шею и голову. Подобный тип снаряжения кавалерии являлся традиционным для Ирана и известен по многим письменным, изобразительным и вещественным источникам, относящимся как к сасанидской, так и более ранней — парфянской эпохе{33}.
Вопрос о происхождении комплекса тяжелых доспехов, защищавших и всадника, и лошадь, представляет собой отдельную и до сих пор не решенную (прежде всего из-за отсутствия необходимого источникового материала) проблему{34}. Часть исследователей придерживается мнения о том, что панцирная кавалерия была создана жителями оседлых земледельческих районов Средней Азии с целью защиты от нападений соседей-кочевников{35}.[4] Есть точка зрения, что такое снаряжение впервые стали использовать кочевники Среднего Востока{36}. Согласно третьему мнению, родину тяжелой конницы следует искать в Северном Причерноморье и на Северном Кавказе{37}. Существует также предположение, что тяжелая кавалерия появилась на территории Бактрии и Парфии{38}.
Железный (1, 2) и бронзовый (3, 4) конские доспехи, найденные во время раскопок в Дура-Европосе и датируемые серединой III в. (воспроизведено по изданию: Nicolle D. Sassanian Armies. Stockport, 1996)§ 3. Осадная техника
В отличие от своих предшественников — парфян — персы уделяли гораздо большее значение овладению вражескими укреплениями. Более того, основные, наиболее значительные сражения между войсками сасанидского Ирана и Римской (позднее Византийской) империи, как следует из источников, происходили чаще всего не на открытой местности, а под стенами крепостей и городов. По этой причине отдельного внимания заслуживает комплекс орудий и приспособлений, использовавшихся персами при осаде вражеских либо обороне своих крепостей.
