интереса.
— Все, что пожелаете, Ваше Высочество.
— Я хочу, чтобы в мое отсутствие вы выведали планы клана Лаошу, — сказал Веймин, — Я знаю, что Лаошу Айминь присматривается к моему брату, но при этом избегает встречи с ним. Я хочу знать, что они задумали. Друзья они нам или враги. Особенно учитывая их давнюю вражду с кланом Цзао, вернейшими слугами Его Величества... Я опасаюсь, не ждет ли нас повторение истории с мятежом Фен. Говорят, что вы с Лаошу Айминь близкие подруги...
— Слухи преувеличивают, — дипломатично заметила Янью, — У Айминь нет настоящих подруг. Но ради вашей благосклонности я постараюсь выяснить все, что смогу, Ваше Высочество.
— Надеюсь на это.
Глава 3. Дым
С трепетом в душе Дан смотрел на оскаленную морду возвышавшегося над ним черного чудовища. В карих глазах отражались насмешка и превосходство; с каждым мгновением приближаться к огромному зверю было все страшнее.
— Спокойно, — вслух сказал юноша, — Не бойся.
Вороной конь оскорбленно заржал, мол, «Я боюсь? Ты серьезно подумал, прежде чем это сказать?».
— И нечего ржать, — поморщился Дан, — Я не тебе, я себе.
С самого момента попадания в этот мир его основным средством перемещения на дальние расстояния служила карета, — тряская, неудобная, но в целом, привычная и несильно отличающаяся от обычного автотранспорта. Успел он оценить в деле и паланкин, хотя пристрастия местной знати к этой штуке так и не понял. Но вот ездить верхом ему доводилось примерно столько же раз в жизни, сколько среднестатическому жителю Москвы двадцать первого века.
То есть, ни разу.
Чжуй, любимый конь принца Лиминя, благосклонно принял предложенную морковь и снисходительно фыркнул, мол, живи пока. Сочтя это за первый успех, Даниил осторожно обошел его слева. Выдающаяся ловкость заклинательского тела позволила ему относительно легко перекинуть ногу и попасть в стремя, но конь, кажется, заметил его неуверенность, — и явно намеренно сделал несколько шагов.
— Стоять, животное! — отчаянно крикнул Дан, стараясь балансировать на спине зверя.
Конь насмешливо фыркнул, но все же остановился. Дан поспешил выровняться.
— Понимаешь меня, да? Я знаю, что наездник из меня тот еще. Но мы сейчас повязаны. Понимаешь меня?
Чжуй чуть повернул голову, выразительно покосившись одним глазом.
Так выразительно, что Даниил сразу понял намек.
— На морковь, вымогатель. А теперь осторожненько — вперед.
Наклонив корпус вперед, юноша слегка сжал бока коня коленями.
И тот, будто этого и ждал, сорвался с места в карьер.
— Стой!
Три круга сделал вороной конь по внутреннему двору дворца Чиньчжу, затем резко остановился и в довершение встал на дыбы. Однако Дан был к этому готов; он уже усвоил главный принцип этого мира. Не дай себя сбросить, удержись в седле — и только тогда тебя признают.
Это правило работало не только с лошадьми, но и с людьми.
Со всей силой заклинательского тела вцепился он одной рукой в повод, другой в луку седла. Казалось, что сейчас он все-таки упадет. И повинуясь какому-то наитию, Дан отпустил повод, ухватившись за шею скакуна.
— Я знаю, что я не Лиминь, — прошептал он на ухо коню, — Но теперь я буду вместо него. И тебе придется это принять.
Конь опустился обратно на четыре копыта. Медленным шагом Даниил повел его по тому же кругу, но уже в другую сторону.
И наконец подвел к невозмутимому евнуху Вону. Совершенно невозмутимо, будто видел подобное каждый день, главный слуга подал господину меч. По его сигналу Ли и Пак навесили на коня седельные сумки с небольшим запасом дорожных припасов. По плану путешествия Дан не собирался ночевать в поле, но кто знает, как могли обернуться дела.
Нужно было быть готовым ко всему.
— Я отправляюсь, — сказал он, — Инструкции у вас есть. До тех пор, пока не получите весточки от меня, писем не шлите: возможно, придется петлять и путать следы, так что в Хе-Ша-Ву я прибуду позже запланированного срока. Если ситуация будет критической, обращайтесь через шаманку Панчён. И... передайте ей, пусть помолится за меня своим духам.
— Прощаемся с Вашим Высочеством! — хором откликнулись слуги.
Кивнув на прощание и послав воздушный поцелуй служанке Лю, Дан осторожно направил коня к воротам. Сейчас юноша был одет в добротную, но сравнительно простую запашную куртку, каковая вполне подходила как клановому, так и бродячему заклинателю. Одеяния принца были надежно спрятаны в седельной сумке, на случай, если понадобится где-то появиться официально. А вишневые глаза, — характерную примету клана Шэнь, — надежно скрывала низко надвинутая коническая шляпа.
Здесь, в столице, второго принца узнавали даже в таком виде. Но стоит отъехать от неё, и маскировка начнет действовать, сбивая со следа возможную погоню.
По крайней мере, он на это надеялся.
Выехав за городские ворота, Дан послал коня в галоп, силясь поскорее уехать подальше от внешней стены. Уже через минуту, однако, он начал постепенно снижать темп, пока не перешел вновь на шаг. Лошади заклинателей были выносливее обычных, — как понял юноша, не в силу особой породы, а благодаря регулярному приему каких-то эликсиров, — но все же, он предпочитал осторожничать.
Загнать коня по неопытности да недомыслию ему совсем не улыбалось.
Проехав какое-то расстояние шагом, Даниил направил коня рысью. Трясло так заметно сильнее, но насколько он знал, по соотношению скорости и выносливости именно такой вариант был оптимален.
Только он изрядно опасался, что к концу путешествия отобьет себе об седло всю задницу.
— Надеюсь, ты не мстишь мне так за Сюин? — осведомился Дан у коня.
Чжуй покосился на него и коротко фыркнул.
На Сюин ему, кажется, было плевать.
Едва ли он был в курсе даже, кто это такая. Лошади, так уж сложилось, не особенно следят ни за политикой, ни за светской жизнью.
Счастливые, беззаботные создания.
Даниил знал, что дороги в королевстве Шэнь весьма опасны. Что стоит отъехать за пределы видимости от городских стен, и шанс наткнуться на разбойничью засаду становится совсем не иллюзорным, — а как иначе, если патрулированием дорог заниматься фактически некому?
Однако то ли в тот день у разбойников был выходной, то ли одинокий всадник с мечом, характерной статью заклинателя и на могучем боевом скакуне не ассоциировался у них с легкой добычей. Километр за километр дорога ложилась под копыта коня,
