Ника поняла намек и слегка покраснела.
— Извините.
Виктор усмехнулся:
— Вчера вы довольно ловко меня провели.
— Я же уже сказала — извините. — Ника заглянула ему в глаза. — Вы не сердитесь?
— Да нет. — В глазах Виктора прыгали лукавые искры. — Но все же давайте познакомимся по-настоящему. Лучше поздно, чем никогда. Я вам вчера представился, а вы мне — нет.
Ника улыбнулась, протянула руку и чуть было не назвала настоящее имя, но в последний момент вспомнила, что сейчас она под чужим именем. Рука тут же повернулась ладонью вниз, словно изначально была протянута не для пожатия, а для поцелуя.
— Лиза, — жеманно произнесла Ника и кокетливо повела плечами.
Виктор, однако, не склонился галантно к протянутым пальчикам, а взял Никину руку и осторожно пожал.
— Красивое имя, — сказал он. Уголки губ чуть дрожали от сдерживаемой улыбки. — Отлично, Лиза — а как дальше?
— Вы хотите представления по всей форме? — несколько удивилась Ника. — Зачем?
— Чтобы быть уверенным в том, что больше вы от меня не ускользнете.
Ника опять пожала плечами:
— Пожалуйста. Владимирская Елизавета Федоровна, студентка, москвичка… Анкетные данные не спрашивайте — все равно не скажу. Пока.
— Пока — это до каких пор? — заинтересовался Виктор.
Ника рассмеялась:
— Не ловите меня на слове. Не знаю. Пока сама не захочу. А вы не хотите представиться поподробнее?
— Почему нет? Пожалуйста — Виктор Владимирович Слободин, по профессии социолог и тоже москвич.
«Вот хитрюга», — подумала Ника. Сказал ей ровно столько, сколько она ему. А Виктор продолжил опрос, как и положено социологу: — Вы здесь снимаете комнату?
— Да, — ответила Ника. — А как вы догадались?
— Очень просто. В пансионате «Лиелупе» вы не живете, поскольку я живу там и за три дня его обитатели примелькались на завтраках и ужинах. А такую девушку, как вы, не заметить просто невозможно.
— Но здесь ведь не один пансионат «Лиелупе». — Ника лукаво посмотрела на своего собеседника. — Может быть, я живу где-нибудь в Дзинтари или в Майори?
Виктор покачал головой:
— Исключено. Во всех пансионатах и домах отдыха есть свои дискотеки и бассейны. Если вы ходите развлекаться в Лиелупе, значит, снимаете комнату где-нибудь неподалеку.
Ника присвистнула:
— Для социолога вы неплохо владеете дедукцией!
— Что вы, — усмехнулся Виктор. — Не лучше чем любой поклонник Шерлока Холмса. Кстати, вам еще не надоела эта скамейка?
«Однако он круто поменял тему разговора, — подумала Ника. — Решительный мужчина, сразу берет быка за рога. Ладно, послушаем, что он предложит». Она обворожительно улыбнулась и проворковала:
— По-моему, здесь чудесно. И вид прекрасный: море сквозь сосны. Очень кра-сиво.
Виктор пропустил мимо ушей Никины восторги и невозмутимо продолжил:
— Думаю, что вам после пережитого потрясения необходимо подкрепиться. Что скажете насчет посещения «Юрас Перле»? Это в двух шагах отсюда.
— А, — лукаво улыбнулась Ника и погрозила пальчиком. — Вы проигнорировали мой совет и пошли в «Юрас Перле» обедать?
— Каюсь, пошел. Ну так как?
Ника подумала и качнула головой:
— Нет. — Заметила огорчение на лице Виктора и быстро добавила: — У меня предложение получше. Я собиралась сегодня пообедать в Дубултах. Если вы любите прогулки пешком, то можете составить мне компанию…
— Кажется, вот многообещающее заведение, — сказал Виктор. — По крайней мере, вывеска выглядит заманчиво.
Ника посмотрела на чугунное кружевное литье крыльца и массивную дубовую дверь. Вывеска, разумеется, была написана по-латышски, поэтому название оставалось загадкой, но исполнена была очень красиво, в готическом стиле.
— Зайдем сюда? — Виктор смотрел на нее, ожидая отказа или одобрения.
— Почему бы нет? — Ника улыбнулась. — Что-то я не припомню этого кафе. Наверное, оно не так давно здесь появилось.
Они все-таки догуляли до Дубултов, болтая по дороге о всякой всячине. С Виктором Нике было легко и просто, словно они знали друг друга сто лет. По дороге она незаметно для себя вышла из роли роковой женщины и держалась с новым знакомым вполне естественно. И Виктор вел себя с ней не как соблазнитель, а как старый приятель. «Лизе» подобное поведение показалось бы странным. Такие женщины, как «Лиза», не заводят с лицами противоположного пола дружеских отношений. Все мужчины должны страдать от неразделенной любви у их ног, или они и не мужчины вовсе.
Однако Виктор, несмотря на проявленные способности к дедукции, словно не замечал противоречия между внешностью и манерой поведения девушки. Впрочем, он тоже вел себя странно. Мало того, что он держался с ней дружески, но и сообщил, что женат, жена осталась в Москве, потому что ее не отпустили с работы, и он по жене скучает. Такое признание должно было бы отбить у «Лизы» всякую охоту к общению, а Нику оно обрадовало. Виктор в роли не поклонника, а приятеля ее вполне устраивал, с ним было интересно и безопасно. И можно было использовать в своих интересах, не боясь обидеть или оскорбить. Пусть Кирилл немного помучается от ревности. В голове у Ники смутно забрезжили приятные перспективы нового знакомства.
— Ну так как, остаемся здесь или идем дальше? — Виктор посмотрел на нее.
— Остаемся.
Улыбнувшись, Виктор распахнул перед Никой тяжелую дверь и галантно пропустил ее вперед.
Заведение оказалось даже лучше, чем они предполагали. Маленький зальчик был отделан как средневековая таверна: большой кирпичный очаг с вертелами, горшками и чугунками (скорее всего декоративными), рыбацкие сети, якобы сохнущие в углу, за дубовой стойкой — здоровенный рыжебородый детина в тельняшке. Столиков было всего восемь-десять, и, похоже, все заняты… Ника обежала глазами зал — и вдруг у нее перехватило дыхание. Нет, на такое везение она и не рассчитывала! В уголке, у самого дальнего окна сидел Кирилл со своей блондинкой.
И свободные места были только за их столиком!
Однако Кирилл и его пассия были так заняты беседой, что не заметили вошедших.
— Похоже, все занято, — услышала Ника у себя за спиной голос Виктора. — Не нам одним нравятся рыбацкие таверны. Ну что, пойдемте поищем еще что-нибудь?
— Нет, зачем же? — Ника поспешно схватила его за рукав. — Во-он там, видите? Как раз два свободных места.
Виктор посмотрел в указанном направлении, увидел сладкую парочку, усмехнулся и взглянул на Нику:
— Вам непременно хочется сесть за тот столик?
Она пожала плечами:
— А почему бы и нет?
