к деревьям, а я — к хижине.
Я должна была бежать в другую сторону.
— Я знаю, это кажется безумием, — сказала я Брайс. — Но это правильно для меня и Исайи.
— Тогда почему он ночевал в мотеле?
Чертовы сплетни маленького городка. Мне нужно было запомнить, что люди в этом городе замечают все.
— Мы не хотели оставаться вместе, пока не станем мужем и женой. Мы…не занимались сексом до свадьбы. — Или после. Пока она не копнула слишком глубоко и не узнала, что Исайя остался там в нашу брачную ночь, мы были в безопасности.
— Так вот оно что. Вы женаты и живете над гаражом.
Я кивнула. — Вот и все.
— Хм. — Она нахмурилась. — Ты разговаривала с Дрейвеном после кладбища?
— Нет.
— Ну, пристегнись. — Ее взгляд скользнул по моему плечу. — Потому что он идет, и он не выглядит счастливым.
ГЛАВА 4
ЖЕНЕВЬЕВА
— Я хотел бы поговорить с тобой. Дрейвен не спрашивал, он требовал.
Я расправила плечи и вздернула подбородок. Считайте это многолетним неповиновением дочери отцу, но он не собирался приказывать мне.
Он долго смотрел на меня, потом его лицо смягчилось. Неужели он улыбается?
— Что-то смешное? — огрызнулась я.
— У тебя есть сталь, девочка.
Нет, у меня была боль.
И в данный момент я отчаянно пыталась не допустить, чтобы к этой куче добавилась еще одна. Я цеплялась за этот спокойный, собранный фасад, надеясь, что он удержит людей на расстоянии. Потому что, если еще один человек причинит мне боль, я могу разлететься на куски.
— О чем бы ты хотел поговорить? — Я сохраняла нейтральное выражение лица. — Потому что если это касается меня и Исайи, то это не твое дело.
Он нахмурился.
Я сомневалась, что многие говорили Дрейвену, чтобы он не лез не в свое дело. Если бы не ярость, пылающая в моих жилах, у меня бы не хватило смелости противостоять человеку, который держал себя с такой непоколебимой уверенностью и властностью.
Каждое его движение казалось обдуманным. Он не судорожно сжимал пальцы, и его взгляд не блуждал. Но было что-то другое в том, как он стоял со мной, в отличие от других. Он казался… нервным. Его беспокойство витало в воздухе.
Если я хотела одержать верх, это было мое право. Только он был мне нужен. У меня были вопросы, а он был тем человеком, у которого были ответы.
— Десять минут, — сказал он. — Пожалуйста.
— Хорошо, — пробормотала я, затем повернулась к Брайс. — Я смогу выпить кофе в любое свободное время.
— Это было бы здорово. — Она положила свою руку на мою руку на короткое мгновение, затем оставила нас с Дрейвеном наедине. Она была уже в пяти шагах от нас, когда остановилась и оглянулась. — Поздравляю с браком.
Я улыбнулась. — Я тоже тебя поздравляю.
Когда она вернулась к Дэшу, он окинул нас с Дрейвеном ровным взглядом, а затем отстранился от нас, чтобы проводить Брайс в офис.
Взгляд Исайи встретился с моим на другом конце комнаты. Он был полон молчаливого беспокойства.
Я пожала плечами, а затем обратилась к Дрейвену. — Ты хочешь поговорить здесь?
— Пойдем на улицу. — Он протянул руку в сторону парковки.
Я кивнула, скрестив руки на груди, и последовала за ним в солнечный свет и за заднюю часть гаража.
Поле за магазином было кладбищем старых автомобильных запчастей. Они валялись на земле от наружной стены гаража до забора, окаймлявшего участок вдалеке. Поле могло бы стать хорошим местом, если бы не заросли травы и обилие ржавого металла.
Дрейвен привел меня к широкой цементной площадке с двумя столами для пикника и грилем для барбекю, накрытым черным чехлом.
Я огляделась, прежде чем присесть. За гаражом, в конце парковки, в роще деревьев стояло темное, зловещее здание. Окна были заколочены, а двери заперты на толстую цепь и висячий замок. Не хватало только неоновой вывески на крыше, которая мигала Не входить.
— Это здание клуба.
— Хорошо. — Должен ли был «клубный дом» что-то значить для меня?
Он сел напротив меня, опираясь локтями на гладкую деревянную поверхность стола. — Как много ты знаешь обо мне?
— Почти ничего. Брайс говорит, что ты мой отец. Я склонна ей верить, но я бы хотела провести тест на отцовство.
Он вздрогнул.
Тест на отцовство? Откуда это взялось? До сих пор эта мысль не приходила мне в голову, но я хотела получить этот тест, несмотря ни на что. Мое сердце разбилось бы на мелкие кусочки, если бы Дрейвен не был моим отцом. Не потому, что я полюбила его особенно сильно, а потому, что если это не так, то я никогда не найду своего настоящего отца, раз мамы больше нет.
— Я все устрою, — пообещал он. — Что еще?
— Больше ничего. Однажды этим летом я вернулась домой с работы и увидела полицейскую машину, припаркованную у моего подъезда. Офицер сказал мне, что моя мать была убита в Клифтон Фордж, штат Монтана.
Слова выходили тупыми, оцепеневшим потоком. Я не хотела думать о том, сколько слез я выплакала в тот день. Как разбилось мое сердце от слов офицера. Поэтому я оставалась роботом, выплескивая подробности, как будто говорила о чужой жизни, а не о своей собственной.
— Я спланировала ее отпевание, — сказала я. — Я проследила, чтобы ее похоронили в том месте, где она просила. Затем я связалась с начальником полиции.
— Маркус.
— Да. — Хотя я называла его Шефом Вагнером. — Он рассказал мне все, что мог, о расследовании и о том, что человек по имени Дрейвен Слейтер нанес моей матери семь ножевых ранений и оставил ее истекать кровью в номере мотеля одну.
Он сглотнул. — О.
Я не стала тянуть с ответом. — Брайс приехала в Денвер, чтобы задать мне несколько вопросов. Мы говорили в основном о маме, потому что она сказала, что хочет написать о ней мемориальную статью.
Это правда? Я забыла об этом до этого момента. Брайс казалась такой искренней в своем желании дать маме возможность уйти. Я вцепилась в эту идею железной хваткой и рассказала ей все самое замечательное о моей удивительной маме.
Это было раньше. Теперь я не была уверена, что половина из того, что я рассказала Брайс, была правдой.
Брайс ела со мной печенье, когда я плакала по маме. Она сидела рядом со мной и рассматривала старые фотографии и сувениры, которые я собрала из маминого дома, прежде чем выставить его на продажу.
Я надеялась, что она была искренней.
Хотела ли я, чтобы она написала статью
