отдай. И донеси до нее, что меня лучше не замечать, а то я тоже кусаться начну. И посмотрим тогда, кому будет хуже.
Резко толкаю дверь и выскакиваю из иномарки, чеканю шаг к своему мотоциклу. После развода родителей выкинул все, что было куплено на деньги предателя. И дальше сами справимся. Мне хорошо платят, а за каждый выигранный матч еще и премию дают. Просто мать полгода назад, когда ожила немного, открыла маленький салон красоты, и почти все накопления ушли на его раскрутку. Ну хоть делом занимается, а не скулит, стоя на террасе по ночам.
На тренировке выкладываюсь по полной, все еще под впечатлением от встречи с предком. Хорошо хоть нечасто меня так вылавливает. Во время передышки поднимаю взгляд на трибуны. Данька сидит у самого борта, ждет конца тренировки, чтобы сделать свою работу, и с интересом наблюдает за нами.
— Теперь так и будет здесь торчать, — возмущается Димон, кивая в сторону девчонки, другие подхватывают, скалясь снова насчет веснушек и не совсем взрослой внешности одноклассницы.
Да, к одиннадцатому классу наши девчонки приобрели женственные формы, и не стесняются выставлять их напоказ, парни пускают слюни, глядя на расстегнутые больше положенного блузки. Данька другая, будто из седьмого класса, когда еще девочки не дружат с косметикой и не пытаются увлечь одноклассников.
Снова смотрю на нее. Белая куртка сегодня по размеру, и ей очень идет, капюшон оторочен пушистым мехом, делает ее похожей на снегурку, причем очень симпатичную, с огромными ясными глазами. Хочу заступиться, но тренер ругается.
— Чего гогочете? Когда «Барсы» вас по льду будут размазывать, тогда посмотрю, как будете ржать. Закончен перерыв, разбились на звенья и работаем. Нам еще игровую схему отрабатывать.
Когда заканчиваем тренировку, Алексей Михайлович дает нам полчаса, чтобы сходить в душ и развесить формы в сушилке, а потом ждет нас в тренерской, смотреть запись прошлого сезона. Парни торопятся, толкаясь в калитке, подначивают друг друга, давая пинки для скорости. Я же не тороплюсь уходить со льда, наблюдаю, как Данька собирает в корзину бесчисленное количество шайб, фигурно объезжая сигнальные дорожные конусы, которые так же нужно собрать. Она будто наслаждается работой.
Домой приезжаю поздно, голодный, как лев, предвкушая что-то вкусное. Мама частенько балует меня вкусными блюдами. Сегодня она излишне суетится, что странно. Может и ее отец навестил?
Мою руки и сажусь на свое любимое место, в самом углу. Передо мной появляется пустая тарелка и вилка, которую хватаю в нетерпении. На блюдо сыплются макароны, и сверху на горку падает маленький кусочек сливочного масла. Я жду котлет, или еще чего мясного, тяну шею, поглядывая на электрическую панель, но не вижу больше ни кастрюль, ни сковороды.
— Помешай и ешь, — Грустно говорит мама, взлохмачивая мои волосы, как ребенку. — Совсем взрослый стал, щетина вон уже…
— А котлет нет? Пустые макароны? — на автомате провожу тыльной стороной ладони по подбородку, чувствуя мягкую щетину.
Дня три как брился, а уже снова вылезла. Мне скоро восемнадцать, и теперь приходится это делать все чаще, но забываю постоянно.
— Нет… извини, сынок, — мнется мама и мне себя стукнуть по башке хочется, — просто я сегодня за аренду помещения заплатила, и на мясо не хватило. Но я завтра подольше поработаю и на ужин тебе будет курочка, зажарю, как ты любишь.
Давлюсь сухими макаронами, размышляя, где можно еще подзаработать.
Глава 11
Люблю выходные, особый кайф, что не нужно никуда торопиться. Если только в ванную. А все сон, взбудоражил, до сих пор сердце колотится. Обычно мне сны не снятся, после тренировки и канителью с уроками едва до кровати доползаю, минут пять еще сонно роюсь в инете и все, дальше уже утро. Будильник вопит, а я не сразу понимаю, что ночь прошла, не оставив следов.
А вот сегодня след после ночи остался. Причем яркий такой, рыжий, после которого пришлось нестись в душ, чтобы охладиться. Черт!
Стою под прохладным хлесткими струями, вспоминая рваные картинки сновидений. Там была Даниэла, сначала я ее спасал, то от падений, то от лавины, накрывая собой, а потом вдруг она стала меня целовать, так, слегка прикасаясь теплыми губами. И я кое-что испытал, до сих пор лихорадит. Она меня добить решила, не наяву, так во сне. Никогда еще я не обращал внимания на девчонок, в том самом плане, мне хватало разрядки в хоккее, накатаешься до упаду, намахаешься клюшкой, ни о чем думать не можешь. Теперь даже не знаю, что делать.
Наверное, когда я ее сшиб в первый раз, запустился какой-то странный химический процесс, который рвет крышу. Я стараюсь не обращать внимания на девчонку, но сам того не замечая ищу в толпе, даже если знаю, что ее там быть не может. Вот даже сейчас чувствую какое-то странное сожаление, что не увидимся два дня, и вдруг даже радость. Сегодня точно увидимся, в ледовом.
А завтра у нас первая игра в сезоне, мы всю неделю готовились, настраивались. Данька сидела на первом ряду, ее почти не видно было за бортом, только яркие волосы, костром взметались каждый раз, когда мы выражали бурные эмоции. Она учила уроки, пока наша команда тренировалась, стараясь не мешать своим присутствием. А мне будто спокойнее было, когда видел, что девчонка на месте.
Из ванной выхожу с улыбкой, которая сама лезет на физиономию. Лениво шлепаю в кухню, оттуда тянет любимым какао и пончиками, у матери тоже выходной, старается накормить любимого сына.
— Доброе утро, — ворошит мои волосы мама, я уклоняюсь, не маленький уже. — Глебушка, сбегаешь за хлебушком? А я обедом займусь.
— Да, конечно, — шумно хлюпаю, глотая какао и втягивая носом аромат кофе из ее кружки.
Так хочется его, крепкий, ядреный, но нельзя, потом пульс будет зашкаливать. Ну хоть понюхаю, и представлю, будто пью натуральный кофе. Усмехаюсь, снова вспоминая сон. Вот и с первым поцелуем, как с кофе. Будто был, эмоции на грани. Но не было.
До магазина иду пешком, хочется размяться с утра. Кроме хлеба нужно еще кое-что, мать вручила целый список, собираю продукты с полок супермаркета.
— Помогите, пожалуйста, — слышу сзади знакомый голос, оборачиваюсь. — Не могу достать с верхней полки пачку чая. Вон ту. Ой!
Рядом стоит Данька, растерянно смотрит. Она будто пугается, когда узнает меня. Достаю с полки нужную пачку, протягиваю ей. Девушка поспешно хватает упаковку, наши пальцы соприкасаются, и щеки ее окрашиваются румянцем.
— Извини… я не думала…
— Привет, — здороваюсь, улыбаясь, чем еще больше смущаю Даньку. — Живешь недалеко? Почему не заказала
