Читаем без скачивания Персидский треугольник - Максим Шахов

Завязав на какое-то время с пьянкой, он подсуетился, уволился с работы и продал квартиру. А потом поехал к родственникам в Молдову.

Уже там Иванов выправил себе загранпаспорт и вскоре оказался в Бухаресте. Эпопея была довольно длинной, но в конце концов Иванов списался через Интернет со своим бывшим коллегой. Тот работал в Канаде. На просьбу помочь в трудоустройстве он ответил отказом, поскольку специалистов профиля Иванова в Северной Америке не требовалось. Зато бывший коллега дал ценный совет – сходить или позвонить в посольство Ирана или Пакистана. Иванов так и сделал. И вскоре уже беседовал с сотрудником службы безопасности Ирана, работавшим в Румынии под дипломатическим прикрытием. Через месяц, после проверок, Иванову предложили подписать секретный контракт с ядерным департаментом Исламской Республики Иран.

Так Иванов и оказался в Тегеране…

– Ты все понял, Сахаб?

– Так точно, господин полковник!

– Займись этим лично! Немедленно! И звони мне сразу, как только что-то выяснишь! В любое время!

– Я понял, господин полковник!

– Жду!

Полковник Барси наконец отключился. Майор Сахаб, начальник отдела службы безопасности в Бушире, опустил трубку и отер платком взмокший лоб. После чего вызвал адъютанта.

– Слушаю, господин майор!

– Ты звонил насчет кондиционера?

– Да, господин майор!

– И что?

– Они сказали, что вышлют мастера немедленно!

– А сколько в их слове «немедленно» часов, ты спросил?

– Нет…

– Так позвони и спроси! И скажи, что если мастер не прибудет в ближайшее время, я займусь их фирмой лично!

– Я понял, господин майор!.. – подался к двери адъютант.

– Подожди!.. – нервно проговорил Сахаб. – Я тебя что, отпускал?

– Никак нет! – вытянулся по стойке «смирно» адъютант, глядя в глаза начальника взглядом преданного пса. – Прошу прощения!

Майор явно был не в духе. А тут еще этот чертов кондиционер с самого утра стал барахлить…

– Вызови ко мне Абудаса. Срочно! Насчет кондиционера позвонишь потом.

– Есть, господин майор… – немного растерянно проговорил адъютант.

– Я помню, что у него сегодня выходной, – кивнул Сахаб. – Но он мне нужен.

– Разрешите выполнять?

– Да! – сказал Сахаб уже почти спокойно.

Адъютант вышел, майор сунул платок в карман и потянулся к сводке происшествий по городу за истекшие сутки. И в самом конце нашел строку, касающуюся исчезнувшего вчера русского. Хозяин расположенного на берегу моря ресторана вызвал полицию и заявил, что тот не расплатился по счету. В другой раз полиция могла бы и не заниматься такой ерундой, но хозяин ресторана был родственником одного из влиятельных мулл…

Отложив сводку, майор Сахаб снова потянулся за платком.

Должность начальника службы безопасности Бушира давала ему практически неограниченную власть над любым из граждан города. Теоретически. На практике же, куда ни плюнь, кто-то обязательно имел какого-нибудь влиятельного родственника. И с этим приходилось считаться. Сопливый владелец фирмы, установившей в кабинете Сахаба кондиционер, был родственником главного судьи Бушира. И вот майору приходилось душиться в жаре, дожидаясь, пока этот чертов сопляк пришлет мастера. Вместо того, чтобы арестовать его и бросить на пару дней в тюрьму, чтобы поучить почтению к старшим…

Впрочем, далеко не все имели таких родственников. Так что жилось майору Сахабу неплохо. Вчера он провел вечер в гостях у знакомого коммерсанта. Тот был выходцем из бедной семьи, поэтому и хотел майору угодить. И угодил. В результате вернулся домой майор уже под утро. И теперь усиленно потел, поскольку ночь выдалась бурной. Проституток коммерсант привез из самого Эль-Кувейта. И они стоили того…

Инженер отер платком мгновенно вспотевший лоб и направился по тротуару к перекрестку. На набережной было довольно людно. Машин тоже хватало. Киркун незаметно для русского двинулся следом за ним. Тот повернул влево и пересек проезжую часть. В глубине уже не такой оживленной улочки он увидел припаркованный особняком «БМВ-501». Не новый, но и не слишком старый. Совсем новые машины нечасто встречаются даже в Тегеране. А уж в Бушире и подавно.

Инженер от предстоящей встречи с сотрудниками службы безопасности испытывал скорее не волнение, а досаду. Но таков уж удел физика, работающего на ядерную программу Ирана. Да и нет худа без добра. В случае любых неприятностей с полицией Иванову просто стоило набрать номер одного из департаментов службы безопасности. И любой, даже самый кровожадный полицейский тут же становился шелковым…

Иванов без опаски приблизился к машине. Она тоже никаких подозрений вызвать не могла. Служба безопасности, как правило, использовала большие и мощные немецкие авто. Однако в самый последний момент на душе у Иванова вдруг стало неспокойно. И он, сам не понимая почему, замедлил шаг.

Шедший сзади Киркун быстро оглянулся. Если бы понадобилось, он должен был не только преградить путь русскому к бегству, но и по возможности незаметно довести его до авто. Впрочем, Волк тоже заметил неожиданную заминку русского. И тут же на нее отреагировал. Поскольку прохожих поблизости не было, Волк приоткрыл дверцу и очень любезно сказал:

– Мы ждем вас, господин инженер! Прошу!

Фарси Волка был безупречен. А тон, каким он произнес приглашение, сразу развеял неожиданные опасения Иванова. Тот шагнул к задней дверце, Волк отодвинулся в глубь салона и повторил:

– Прошу, инженер!

Русский плюхнулся на сиденье рядом с ним. Подоспевший Киркун быстро прикрыл дверцу и уселся на переднее сиденье. Хамад немедленно завел двигатель. Волк сообщил Иванову:

– Полковник Барси все же решил с вами коротко переговорить, инженер! Но это не займет много времени!

«БМВ» тронулся с места. Иванову ужасно не хотелось никуда ехать от ресторана, где он спрятал вожделенную фляжку, но делать было нечего.

– А что случилось? – на всякий случай спросил он.

– Поступили сведения, что израильские спецслужбы готовят какую-то операцию на юге. Поэтому-то полковник Барси и находится здесь, – доверительным тоном сообщил Волк. Он был прирожденным психологом и чисто интуитивно мог почти мгновенно подобрать ключ к любому собеседнику. Сделав характерный жест руками – мол, извините, инженер, большего я вам сказать не могу, Волк спросил: – Ну, как ваш отдых, в море купаетесь?

– Редко, – сказал Иванов. – Жарковато днем. А вот ночью хорошо…

– Будьте, пожалуйста, поосторожнее, – тут же счел нужным предупредить Волк. – Полковник Барси приехал, чтобы обезвредить израильских псов. Но пока они на свободе, поглядывайте по сторонам.

– Буду стараться, – вздохнул Иванов.

Ему в принципе было все едино – что персы, что арабы, что израильтяне. Как истинный русский, не лишенный некоторых предрассудков, он недолюбливал и первых, и вторых, и третьих. Персов и арабов за то, что чурки, а евреев за то, что евреи… И то, что сейчас Иванов вроде как находился на стороне персов, особого значения не имело. Местная политика была столь запутанной, что Иванов даже не пытался в ней разобраться.

И персы, и арабы считали своими смертельными врагами израильтян, что не помешало им нещадно изничтожать друг друга в ходе кровавой ирано-иракской войны. Израильтяне же бомбили все окрестные страны, стоило лишь американцам дать им соответствующую команду. В общем, в этом ближневосточном осином гнезде черт ногу сломит…

«БМВ» направился к жилым кварталам Бушира. Но не тем, что были застроены многоэтажками, а в более элитный район с одноэтажными домами-коттеджами. Коттеджи были скрыты высокими заборами – на Востоке не любят выставлять напоказ свою жизнь. Повинуясь указаниям Волка, водитель повернул в один из проездов.

При этом свет фонаря на миг осветил его лицо. Иванов наконец рассмотрел Волка и невольно вздрогнул. Сидящий рядом с ним человек был темноволос. Однако, вне всяких сомнений, это был европеец. А европеец никак не мог быть сотрудником службы безопасности Ирана!..

– Разрешите, господин майор?..

– Заходи, Абудас! – кивнул майор Сахаб.

Он ценил свою должность, поэтому и старался, чтобы в его окружении не было конкурентов. Подчиненные должны быть исполнительными, а не умными. Эту истину Сахаб понял давно. Однако нет правил без исключений. Капитан Абудас был по-настоящему умным офицером. Но именно такой человек и нужен был майору Сахабу для выполнения особых поручений.

Слишком уж завидная у Сахаба была должность. И многие хотели бы посадить в его кресло кого-нибудь из своих родственников. Но Сахаб был начеку. На каждого влиятельного гражданина Бушира у него был компромат. Сахаб сознательно этим материалам не давал хода. И только когда кто-то пытался сместить его с насиженного места, он доставал заветные папки…