старше, чем в последний раз, когда Гевин видел его. Сын Сабель, близнец её дочери Джейн, стоял возле дивана, устремив взгляд на расстёгнутую рубашку Гевина.
— Привет… Томас, да? — Он протянул руку, весело улыбнувшись, когда Томас просто смотрел на его протянутую руку.
Парень провёл носом по рукаву майки с трансформерами. Забавно видеть его в повседневной одежде, хотя он выглядел так, будто ему место в тканевом подгузнике с бантиком на плече.
— У тебя кровь на рубашке.
Гевин посмотрел вниз.
— А, да. Я, эм… попал в аварию.
— Н-н-несчастный случай?
— Я упал. И кровь попала на мою рубашку. Хотя со мной всё в порядке.
— Моя м-с-мама может это почистить. Она смывает кровь с моих болячек и даёт мне пластыри с человеком пауком.
Гевин ухмыльнулся.
— Думаешь, она подарила бы мне пластырь человека-паука для моей раны?
Он пожал плечами.
— Спроси ее.
— Тебе нравятся Трансформеры, да?
— Ага. М-м-мне нравится оптимус п-п-прайм. — Томас склад шаг вперёд, ухватившись за спинку дивана и подпирая подбородок ладонью. — А-а-а т-ты останешься с нами?
— В гостях. В течение некоторого времени.
— Я должен идти. М-м-мама говорит, что мне пора вздремнуть, и она разозлится.
— В середине дня? — в мире Гевина сон случался между закрытием баров и открытием закусочных.
— Ага. Пока.
— Рад был тебя видеть, Томас.
Маленький блондин поднялся по лестнице.
Черт возьми, Гевину нужен был душ. Его мышцы ослабли при мысли о горячей воде, танцующей по его коже, вызвавшую горько-сладкую боль, когда они зализывали бы его раны.
Холодные ванны обсидиуса лишили его одного из любимых занятий и сделали его чертовски несчастным. Даже находясь во власти жаждущей мести суккуба, он упивался бы возможностью потеряться в воде — при условии, что она позволит ему принять душ.
Дверь распахнулась, и Сабель стояла там рядом со своей божественной матроной, потирая свою израненную руку и покусывая проклятую губу, как будто хотела съесть её.
Нола подмигнула и провела рукой по волосам Гевина, проходя мимо него.
— Вы, дети, поладите. Не заставляй меня возвращаться сюда.
— Нола! — крикнула Сабель, её глаза умоляли.
Зависнув одной ногой над дырой перехода в крыльце, женщина фыркнула и повернулась.
— Продолжай, дитя. У меня нет целого дня.
Сабель покачала головой.
— Ничего. Ничего.
— Хорошо. Я ухожу.
— Нола, подожди, пожалуйста. — Гевин сел ровно и, преодолев боль от раскалывающейся кожи, встал. — Возможно… возможно, эта договорённость — не очень хорошая идея. Сабель не ждала меня и… — Я собираюсь стать яростным сексуальным маньяком с охренительно милым настроением. — Несколько недель может оказаться лучшим выбором для нас обоих. — Гевин бросил взгляд на Сабель, заметив её поднятые брови.
— Послушай, я не занимаюсь стиркой грязных подгузников, — сказала Нола. — Забудь о своём дерьме и выполни вашу договоренность. — Одним прыжком она исчезла в полу, резкий порыв ветра развеял меловую пыль.
Сабель вышла на крыльцо и ногой в носке очистила остатки мела.
— Как будто у меня нет детей, которые могли бы упасть… — пробормотала она, как будто Гевин не сидел на диване позади неё. — Мне не нужно это дерьмо прямо сейчас. Это просто не моё… будь всё проклято.
— Сабель, я…
— Нет. — Она почесала затылок. — Разве ты не должен прилечь или что-нибудь в этом роде? — Её рука упала с головы, когда она повернулась, чтобы вернуться в дом.
Один шаг внутрь, и запах снова поразил его — тот, который он чувствовал раньше — как свежеиспеченные пироги, только во второй раз он заставил дрожь пробежать по его спине.
— Ты что-нибудь недавно пекла? — спросил он, выталкивая вопрос от скопившейся на языке слюны.
Она обернулась, фонтаны коричневых локонов изящно танцевали на её плечах.
— Послушай, если ты голоден… в этом доме каждый готовить для себя. Понятно? — Положив руки на бёдра, она, казалось, прикусила внутреннюю часть щеки, пристально глядя на него. — Я не знаю, чего ты ожидаешь. Это не будет какой-то секс-марафон, если ты это представлял.
Слава богам за это.
— Сабель, единственное, чего я действительно хочу в данный момент, — это горячий душ.
Потирая щёку, она выдохнула.
— Конечно. Идём. — Она кивнула ему, чтобы он последовал за ней вверх по лестнице.
Половицы застонали под его тяжестью, как и в прошлый раз, когда он посетил дом Сабель, и Сабель взглянула на него сверху вниз.
— Шшш. Близнецы отдыхают.
Он мысленно улыбнулся тому факту, что один из них не спит, более чем осознавая, что чем ближе к вершине лестницы они поднимались, тем интенсивнее становился аромат выпечки.
Они прошли мимо комнаты близнецов, где на кровати тесно прижались две фигуры. Свет лился из комнаты по коридору, ослепляя ему глаза. Когда запах яблочного пирога снова затмил все остальные чувства, его челюсть сжалась, чтобы сдержать слюну, которая выбегала из уголка рта.
Какого черта?
У демонов никогда не выделялась слюна от еды, и тем не менее он стоял там, пока Сабель собирала бельё из шкафа и вдыхал его, как проклятый наркоман. Казалось, аромат исходил из спальни. Он наклонил голову и сделал шаг в её сторону.
Сабель прыгнула вперёд и закрыла дверь.
— Я так не думаю. Это моя спальня, и тебе туда нельзя. — Она кивнула вперёд. — Ты будешь спать в старой комнате моей сестры.
Гевин дважды моргнул, подавляя раздражение от отрезанных чувств. Резкий поворот влево привёл к тому, что он оказался в чистой, но очень старой на вид ванной. Стены и пол были выложены белой плиткой. Старинная раковина на пьедестале, возможно, датированная началом девятнадцатого века, стояла чистая и функциональная, но потрескавшаяся от времени. Ванна на лапах с когтями и душ чертовски манили его.
Когда он сделал шаг ближе, он сморщил нос от зловония, испортив прежний сладкий запах, и его взгляд мгновенно упал на унитаз, где кто-то забыл смыть воду.
Сабель подняла голову.
— Что? — Она поднялась на цыпочки, затем пошатнулась в ванную и задела Гевина рукой, нажимая на ручку унитаза. — Томас боится смывать. — Она пожала плечами. — Поэтому я не заставляю его это делать.
— Точно. Спасибо, что предупредила.
Губы Сабель сжались.
— Смотри, — сказала она тихим голосом. — Как я уже сказала, я этого не ожидала. Вопреки тому, о чём ты думаешь, мужчины в этом доме не приходят табунами. — Её глаза изучали его, как будто провоцируя его на спор. — Тебе нужно что-нибудь для лечения ран?
— Спасибо, но они быстро заживут.
Нахмурившись, она посмотрела на раны.
— Этот выглядит немного грубовато.
Гевину не нужно было смотреть вниз, чтобы понять, что она указывает на зияющую дыру, в которой в его ребрах застряло сверло. Большинство ран зажило, но демортис замедлил
