— А лично с тобой что произошло? — не отставала Фьорда.
— А с тобой? — вдруг нашелся главарь, — что происходило именно с тобой, расскажешь?
Что происходило? Фьорда задумалась, туман памяти расходился, приоткрывая глубоко спрятанное: ароматные деревянные стены, жаркий пар и много соленой жидкости, которую упавший из окна луч зажигает рубиновым огнем. Ее передернуло.
— Нас собирала матушка, — быстро начала про другое, — по одной. Привозила к себе, там мы и росли.
Городские сидели напряжено и, казалось, боялись даже шевельнутся, чтобы не спугнуть рассказчицу.
— Когда… одна из нас становилась достаточно взрослой, матушка запиралась с ней на несколько дней в бане и оттуда выходила уже сестра, принявшая суть.
Городские переглянулись.
— Надо искать в записях, — сказал главарю Пилон, — судя по всему, нас с ними делали одинаковым способом, а значит…
Главарь быстро кивнул.
— Фьорда, Слюда… мы сразу подозревали, что наши отцы и ваша матушка были лично знакомы. Скорее всего, даже вместе работали над тем самым… проектом, результатом которого мы все являемся. Похоже, это действительно так… У нас осталось множество документов, мы с Пилоном попробуем найти подтверждение. Вы пойдете с нами или хотите заняться чем-то другим — отдохнуть, погулять по городу? Могу найти для вас сопровождение.
— С вами, — очень быстро ответила Фьорда. Идея о прогулках по городу в "сопровождении" ей совершенно не понравилась.
За распахнутой в комнату дверью было совершено темно и сухо. Хотя подобного Фьорда раньше не встречала, но сразу поняла, что влажность внутри как-то контролируется и поддерживается на определенном, осень низком уровне.
— Входите быстрее, — нетерпеливый голос Джайзера за спиной и мимо быстро протискивается Пилон. Почти сразу загорается свет.
Кроме высоких стеллажей, забитых коробками, нескольких столов, пары компьютеров и стульев в комнате больше ничего не было.
Ни одного окна. Слюда смирилась и приготовилась копаться в бумагах вместе со всеми остальными.
— Читать-то умеете? — с какой-то жалостью спросил главарь, смотря сверху вниз. Террии изумлено переглянулись.
— Конечно, — ответила Фьорда. — Матушка нас учила.
— Учила читать… а еще чему-нибудь? Многому учила?
Пилон уже сидел за одним из мониторов, быстро щелкая по клавиатуре. На экране растянулся длиннющий список и городской задумался, прокручивая его вниз, а после — обратно вверх.
— Матушка учила всякому… откуда я знаю, многому или нет?
Джайзер подумал.
— Ладно… А она ничего не говорила… не пыталась кого-то из вас научить делать таких, как вы?
Фьорда непонимающе моргнула.
Пилон с интересом обернулся.
Не получив ответа, Джайзер не расстроился и тут же задал новый вопрос:
— А у вас остались какие-нибудь записи от матушки? Бумаги, флешки, диски… Не знаю, чем она у вас там пользовалась.
— Ничего, — тут же покачала головой Фьорда. — Ничего не осталось, кроме дома. Там у нее стоял один шкаф, железный, в нем она хранила бумаги, похожие на эти. Но незадолго до смерти Матушка все уничтожила.
Лицо главаря стало таким странным, что Фьорда тут же отодвинулась. Зрачки как будто расползлись и уставились в разные стороны.
— Слышал? — тусклым голосом спросил, не оглядываясь.
— Никто и не рассчитывал… — успокаивающе ответил Пилон. Потом встал и, подойдя к одному из стеллажей, стал просматривать этикетки.
Через минуту Фьорда уже разбирала какие-то тетради, среди который ей нужно было найти дневники того времени, когда существовала лаборатория.
Джайзер со временем вышел из охватившего его странного оцепенения и присоединился к поискам. А потом и Слюда, устав смотреть на методически повторяющиеся движения сестры, начала помогать.
За несколько часов, проведенных за обыском коробок, главарь оживился только однажды. Фьорда достала с полки очередной ящик, принесла на стол, открыла и осторожно вынула первую папку. Удивилась, увидав, что к обложке приклеена бумажка с названием — почти все остальные документы никаких пометок на начальной странице не имели, потому и поиски оказались такими долгими и утомительными.
"Энергетические способы ограничения волновых перемещений фантомных сущностей" — гласило название.
Открыть папку Фьорда не успела.
— Вот где она! — раздался преувеличено бодрый возглас и главарь тут же оказался рядом, а после, серьезно смотря на террию, очень аккуратно вынул папку из ее рук. — Давно ищу, — уже тише добавил. — Спасибо.
Фьорда пожала плечами, отдавая папку и взялась за другие. Потом еще внимание привлек монитор — теперь Пилон просматривал какие-то схемы, нагромождение кубиков и стрелок, которые даже целиком на экране не помещались.
— Что это такое? — любопытство, в конце концов, победило настороженность и Фьорда рискнула спросить.
— Много разного. Именно эта — результаты опыта скоростей волнового распространения духа.
— И ты понимаешь, что они значат? — Фьорда рассматривала рисунок, не имеющий для нее ровно никакого смысла.
Вместо Пилона ответил Джайзер, оглянувшись на экран.
— Мы понимаем не настолько хорошо, насколько хотелось бы… Так получилось, что за пару лет до смерти отцы вспомнили что, в отличие от нас, смертны и попытались кого-нибудь научить… чтобы мы смогли сами делать себе подобных…
Фьорда смотрела со страхом, даже рот открылся сам собой.
Главарь криво усмехнулся.
— Но нас в то время волновали совсем другие вещи. Так легко было заводить друзей, столько силы… Парни сразу же признавали твое безусловное превосходство… девушки голову теряли от твоей неординарности и непробиваемой самоуверенности. А нам ничего больше и не надо было…
Слюда тихо шуршала, листая очередную толстую тетрадь с непонятными ей надписями.
— А потом… поздно уже было, — Джайзер длинно переглянулся с Пилоном. — Может и к лучшему… все равно мы смогли бы сделать только мужчин…
Питались городские обычной человеческой едой.
Фьорда чувствовала себя трехглавым драконом, на которого все пялятся, когда следом за Джайзером вошла в столовую и попала под прицел множества изучающих взглядов. Да еще и Слюда бросила ее одну, сбежала "гулять", прихватив на кухне яблоко и пакетик орешков.
Городских в столовой было около десятка. Фьорда перестала вздрагивать, только усевшись между главарем и Пилоном, что немного спрятало ее от остальных.
— Что ж ты такая нервная, у меня терпения уже никакого не осталось… да им просто любопытно, — тяжело вздыхал главарь, быстро нанизывая на вилку тонкие куски мяса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
