— В-возможно… — простонал Друз.
— Клянись Лацием, что не тронешь больше Стаса.
— К-клянусь… не трону… сейчас…
Мерд! До чего упрямый! Но требовать большего Корвин не стал. Разжал пальцы. Друз вскочил. Лери тут же мягким но решительным жестом взяла жениха за локоть. И центурион присмирел.
— За что? — Стас поднялся на четвереньки. Лицо его было в крови. — Я к вам всей душой, а вы…
— Кажется, мы собирались прогуляться по парку, не так ли, Друз? — У Лери дрожал голос: подобной вспышки ярости от жениха она никак не ожидала. Однако и пенять ему не хотела. Ее честь защищал. И честь ее семьи.
— Погодите! — воскликнул Стас, поднимаясь. Но тут же согнулся от боли. Корвин придвинул к нему стул. Молодой князь сел. Взял со стола салфетку, приложил к разбитой губе. — Я этого оставить так не могу. Такого ни один дворянин Китежа оставить без последствий не может. Мы должны драться!
— По-моему, вы уже подрались, — заметил Корвин.
— Я имею в виду дуэль. — Станислав одернул разорванный мундир. Похоже, мундиров на день ему необходимо иметь целый гардероб.
— Что он сказал? Я не ослышался? Дуэль? — Друз смерил Стаса очень выразительным взглядом.
— Я сказал: такое оскорбление должно смывать кровью. После поединка мы вполне можем стать друзьями. То есть это часто бывает, когда прежние дуэлянты становятся друзьями, но простить оскорбление я не могу, а вы…
— Послушайте, что за абсурд… — Корвина, однако, никто не слушал.
— Надо полагать, выбор оружия за мной? — Кажется, мысль прикончить Стаса на дуэли показалась центуриону соблазнительной.
— Ну конечно. Выбирайте! — охотно согласился Станислав. — Вы можете думать до завтра… Посовещаться со своим секундантом. Я бы советовал вам…
— Спортивная спата, — заявил Друз.
— Отлично! Истинно римское решение. Спата! Замечательно! Если бы мы еще сражались верхом…
— Лошадей не надо, — решил Друз.
— Как вам будет угодно. Но Лери должна поглядеть на поединок. Два рыцаря дерутся ради прекрасной дамы… Я приколю на грудь алую розу в вашу честь, прекрасная Лери. Я — ваш рыцарь…
— У меня уже есть рыцарь, князь! — Лери крепко держала жениха за руку.
Корвин проследил, чтобы будущие дуэлянты направились в разные стороны: Друз и Лери спустились наконец в парк, а Стаса Марк сопроводил в его комнату: князю нужно было в очередной раз переодеться.
— Поймите, я не желаю вашему другу зла, — объяснял по дороге Стас. — Кольчуги во время дуэли дают стопроцентную защиту… Ни смертей, ни ранений. Несчастные случаи бывают. Но мы будем благоразумны, я надеюсь. — Похоже, пинки Друза изменили манеру Стаса выражаться. — Так что вам не о чем беспокоиться. Но я не могу простить оскорбление. Даже простой человек не снес бы. А я — князь…
Корвин по памяти отца воспроизводил планировку дома. За последние двадцать лет здесь ничего не перестраивали, делали лишь косметический ремонт. Комната Стаса располагалась на втором этаже рядом с детской.
— Как неудачно все вышло, — искренне сокрушался Стас. — Я же хотел вам помочь, Морковин. Всей душой хотел. Я, между прочим, знаю один важный секрет. То есть знал, а потом забыл… Один человек хотел вам его передать.
— Что за человек? — спросил Марк.
— Не помню.
— Андрей Константинович?
— Может быть, и он.
Видимо, князь Андрей задался целью непременно заставить гостей с Лация подружиться с его нелепым племянником. С каждым часом эта затея старого князя Марку нравилась все меньше. Трудно представить, как можно помочь этому парню, у которого напрочь съехал Капитолий. К тому же Корвин — следователь по особо важным делам (не важно, что еще не назначен), а не врач и не волонтер благотворительной организации эмпатов.
— Стас, будьте умницей… — Корвин поймал себя на мысли, что разговаривает с князем как с ребенком. — Держитесь подальше от моего друга.
— Но почему?
— Друз ревнует к вам Лери.
Бредовое заявление! Но ничего убедительнее Корвин придумать не сумел.
— Неужели? Значит, я нравлюсь вашей сестре? — тут же сделал свои выводы Стас. — Какое счастье! Я и не смел надеяться!
Марк решил, что не будет ничего больше говорить, втолкнул Стаса в комнату и захлопнул за ним дверь.
— «Лери, озерная фея!» — тут же донеслось пение из-за двери.
Марк спешно отошел и остановился возле двери детской… Детская. Б те дни, когда его отец гостил в усадьбе, детская была предоставлена в распоряжение Ксюши и гукающей в колыбельке Машеньки. Кстати, где теперь Мария? Почему о ней хозяева усадьбы ничего не говорят? Уехала?
Марк толкнул дверь. Комната была залита солнцем и чисто прибрана. Игрушки собраны в коробки, голограммные планшетки спрятаны в футляры. Ничто не говорило о том, что в детской забавляется дитя под два метра ростом.
Услышав звук открываемой двери, из соседней комнаты вышла немолодая высокая женщина в строгом синем платье и ослепительно белом фартуке. На ее седых волосах торчал нелепый крахмальный чепец, чопорный и наверняка чертовски неудобный.
«Зачем следовать реконструкции так строго?» — подивился Марк.
— Вы случайно не новый учитель для Сережи? — спросила женщина. — Андрей Константинович сказал, что учитель должен сегодня прибыть. Я приготовила для вас удобную комнату рядом с детской.
— Нет, я человек неученый. Хотел повидаться с Сергеем. Мой друг…
— Сереженька спит, — перебила нянька. — У нас тихий час. И с этим очень строго. Приходите вечером с ним поиграть. Он любит играть со взрослыми. Те его не обижают.
Марк отступил; нарушать обычаи чужой реконструкции — последнее дело.
«Возможно, ты ошибаешься, и Стас — не личина князя Сергея», — шепнул голос предков.
Тогда кто он? С ним связана какая-то тайна. Но какая? Тайный агент? Смешно, даже если его придурковатость — личина. Тайна… Марк принюхался. Он как будто ощущал ноздрями ее запах. Нет, только запах духов.
Марк остановился у соседней двери. Будто нарочно она была приоткрыта.
— Мы же говорили о жемчужном платье! Таком, как у великой княжны! И что я вижу? Что, спрашиваю? — Марк узнал голос Ксении. В тоне княжны проскальзывали истерические нотки.
— Уверяю вас, княжна, красное платье вам будет куда больше к лицу, чем жемчужный каскад… — возражал другой женский голос. — Жемчужный каскад хорош, когда вам двадцать, не больше…
— Совсем не обязательно говорить мне гадости! — вспылила Ксения.
Марк поторопился пройти мимо.
Корвин направился к себе. Хотелось остаться одному, подумать… Не вышло. На пороге своей комнаты стоял Друз. Похоже, после прогулки настроение центуриона заметно улучшилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
