Заграждение у Остружницы, которое ставилось, по-видимому, ночью и в тумане и в напряженной обстановке, ввиду опасной близости нашего берега, было поставлено неудачно: все мины в количестве 21 стояли при наивысшем горизонте воды на поверхности. Это заграждение было уничтожено уже в первой половине 1915 года посредством спуска по течению плотов, а затем — орудийного и пулеметного огня.
Даже мелко поставленные мины заграждения около Винча были частично расстреляны пулеметным огнем еще до начала наступления, так что к этому времени в минном поле уже был проложен достаточно широкий свободный проход. Для обозначения этого освобожденного от мин пути еще в то время, когда позиции были заняты сербами, в ночь на 2 октября были поставлены бочки.
Русские гальваноударные мины в районе Кладужницы были поставлены очень небрежно. Некоторые из них стояли прямо на поверхности воды, другие на глубине 8 м. Причины такой необычайной неточности постановки заключались, как было сообщено оставшимися сербами, в том, что постановка происходила перед самым отступлением, и мины сбрасывались в воду наудачу, лишь бы выполнить полученный приказ. Очень тщательно была произведена постановка русских обсервационных мин.
Так как сухопутная перевозка боевых припасов для Турции в Лом-Паланку встречала большие затруднения из-за недостатка вагонов, то следующие транспорты были 2 ноября доставлены в Систов и Рущук шестью буксирами под прикрытием «Sava», «Almos» и «Samson». За этими конвоями в следующие дни проведены были еще несколько.
12 ноября по приказу штаба командующего армией в Рущук было переведено несколько мониторов. Командир «Temes» капитан-лейтенант Олаф Вульф получил приказ принять, по согласованию с болгарскими властями, меры по защите болгарско-румынской границы Дуная, а также меры предосторожности на реке от нападений на транспорты боевых средств. Для этой цели ему придали еще мониторы «Bodrog» и «Leitha». Начиная с 4 ноября, вооруженный пароход «Vag» был поставлен в Прахово для наблюдения за происходящим в румынской протоке Гогошер. Для дозорной службы у Рущука в распоряжение командования Дунайской флотилии прикомандировали германские мотоботы «66» и «72»[25].
19 ноября командующий группой войск фон Макензен распорядился, чтобы транспорты больше не сопровождались; зато в Лом-Паланка, Никополе и Систове были оставлены дозорные корабли.
По получении тревожных сообщений о приготовлениях русских в Рени, заставлявших предполагать попытки наступления, командующий Дунайской флотилией вышел 3 декабря из Орсовы на «Temes» вместе с «Inn» в Рущук. В Лом-Паланка к этому отряду присоединился «Enns». Вооруженные пароходы во главе с «Almos» расположились в районе Сип-Кладово ниже Железных ворот, речной минный отряд был собран под Рущуком. 3 декабря в этой гавани собрались все находившиеся в низовьях Дуная мониторы под командой капитана 1 ранга Карла Люциха. Очень скоро к ним присоединились «Bodrog» и «Szamos». После ухода «Temes», «Sava», «Inn», «Enns» и 1-го речного минного отряда в Будапешт на зимовку, в Рущуке остались под командой капитана 3 ранга Чарльза Мазьона мониторы «Bodrog», «Koros», «Szamos» и «Leitha», сторожевые корабли «f» и «h», вооруженные пароходы «Almos», «Samson», «Una», «Vag» и «Balaton», а также 2-й речной минный отряд. Для выполнения чрезвычайно трудной задачи обеспечения разбросанных по разным боевым участкам кораблей Дунайской флотилии боевыми припасами и материалами, был создан Главный штаб (Управление морским отделом) в Будапеште и морской наблюдающий офицер (впоследствии морской этапный комендант) в Петроварадине.
1915 год принес с собой маленькой Дунайской флотилии гораздо более благоприятные результаты, чем предыдущий. И флотилия значительно усилилась боевыми единицами и материальными средствами.
Глава 3
КАМПАНИЯ 1916 ГОДА
Так как в первой половине 1916 года на пограничных реках прекратились всякие боевые действия, деятельность Дунайской флотилии в этот период должна была ограничиться прикрытием тылов союзной Болгарии и воздействием на колеблющуюся Румынию в пользу центральных держав. Береговые укрепления на Добружской болгарско-румынской границе продолжали создаваться при помощи флотилии, причем австро-венгерские части были подчинены командованию Дунайской флотилии.
Флотилия сама увеличилась вновь построенными кораблями и приданными германскими. Шесть новых сторожевых кораблей увеличенного типа присоединились к флотилии в Рущуке. Речной минный отряд получил моторную баржу «Tulln» взамен выбывшего парохода «Andor»; после того, как госпитальное судно «Kulpa» вступило в строй в Рущуке, разоружен был «Traisen». Пароход «Hebe» использовали для размещения штаба Дунайской флотилии. В феврале 1916 года в составе австро-венгерской Дунайской флотилии находились германские сторожевые корабли «Weichsel», «66» и «72» у Рущука и сторожевой корабль «d» у Кладово. Совместно с кораблями Дунайской флотилии и несколькими болгарскими паровыми баркасами они несли сторожевую службу.
Сравнительно мирные обстоятельства дали возможность заняться капитальным ремонтом речных кораблей, систематическим обучением команды, производством минных и тральных учений, а также проведением учебно-боевых походов.
Тем временем события в Румынии стали осложняться. Для этого государства казалось более выгодным подождать победы Антанты, чем присоединиться к центральным державам, так как только Антанта могла привести в исполнение мечту Румынии о Семиградье[26].
После длительных переговоров с представителями Антанты была заключена румынско-русская военная конвенция: русские должны были помогать Румынии в Добрудже, за что была обещана румынская поддержка против южного фланга армии Пфланцер-Балтин. Командование же войсками центральных держав приняло решение провести демонстративные действия союзных войск против северного румынского фронта и нанести удар главными силами болгарской армии у Систова через Дунай на Бухарест, а вспомогательными силами, прикрывающими фланг, наступать в Добрудже по направлению Силистрия — Тутракан. Австро-Венгрия должна была предоставить для этой цели свою Дунайскую флотилию и мостовые средства, Германия обеспечивала подкрепление болгарских частей одной дивизией, а в дальнейшем — артиллерией и другим военным имуществом, Турция обязывалась подготовить свои части под Адрианополем.
Несмотря на напряженные отношения между центральными державами и Румынией, транспорты боеприпасов и снабжения для Болгарии и Турции нормально совершали перевозки на Дунае под прикрытием Дунайской флотилии, точно так же как и перевозки хлеба из Румынии в центральные державы. Вскоре, однако, возникшие на Дунае события подтвердили, что Румыния хочет присоединиться к Антанте. Сообразно этому, командование Дунайской флотилии считало себя обязанным соответственно ускорить давно уже взвешенные и обсужденные мероприятия для создания и обеспечения операционной базы в низовьях Дуная. Участок между Рущуком и Ряхово, а также участок сверху до Лом-Паланки были разведаны специально выделенными для этой цели кораблями и соединениями, нашедшими новые фарватеры у болгарского берега, а затем и якорные места, доступные при любом горизонте воды и защищенные от неприятельского огня. Среди них лучше всего отвечала этим требованиям Белянская протока (Belenekanal) выше Систова, а потому там и организовали первую операционную базу[27].
Плавание кораблей рассчитали так, что офицеры и команда хорошо изучили приобретавший значение участок Дуная. В конце июля вблизи будущей операционной базы сосредоточились все назначенные для снабжения Дунайской флотилии баржи с боеприпасами, нефтью, углем и продовольствием. К тому же времени последовало решение главного командования, в силу которого Дунайская флотилия в случае войны с Румынией должна была остаться в низовьях Дуная. Необходимые для наступления центральных держав переправочные средства прибыли на Дунай несколькими эшелонами и находились в Белянской протоке.
13 августа Дунайская флотилия перешла вместе с приданными ей сухопутными батареями и прожекторными взводами в подчинение главному командованию армейской группы Макензена. Напротив, морской этап в Орсове поступил в непосредственное распоряжение Военно-морского отдела Военного министерства. Рассредоточенные вдоль болгарских берегов вооруженные пароходы собрали в Беляне; германские моторные катера отправили частично в Орсову, частично — в операционную базу, только «Almos» остался вместе со сторожевыми кораблями «Stohr» и «Lachs» в районе Кладово. «Maros» нес вместе с вооруженными пароходами «Helene», «Vag» и «Una» вахтенную сторожевую службу в Белянской протоке. Находившиеся под Рущуком мониторы продолжали свои тактические учения, рекогносцировочные походы и минно-тральные учения. В это время у румын была замечена повышенная бдительность, выразившаяся в увеличении числа береговых постов и частом курсировании сторожевых кораблей.
