Читаем без скачивания Сердце женщины - Лакшми

Чандра поставила стакан возле Джаханнадана, тот поднял глаза.

— Мама велела принести вам кофе, — отвернувшись, процедила Чандра.

— А я-то удивляюсь, почему ты вдруг так подобрела, — шутливо сказал Джаханнадан.

— Моя доброта тут ни при чем! — вспыхнула Чандра. — Просто я не хотела огорчать вашу маму.

— Чандра! Могу я попросить тебя об одном одолжении? — на этот раз совершенно серьезно заговорил Джаханнадан. — Мать мечтает, чтобы я был счастлив. Она очень радовалась моей женитьбе. Не разочаровывай же ее! Веди себя так, чтобы она не догадалась о твоих истинных чувствах ко мне. Пусть наши отношения будут тайной для всех. А за себя можешь не беспокоиться — никто тебя и пальцем не тронет, — и он снова уткнулся в газету.

19

— Вы обещали свозить меня к родителям, но так и не сдержали слова, — пилила Аламелю своего благоверного.

— А что я могу поделать, если женитьба Джаханнадана опрокинула все наши планы? — оправдывался Балакришнан.

— Вы-то, конечно, не виноваты — виновата моя судьба. Такая уж я несчастливая — не то что жена вашего брата.

«Ну, сейчас заведет надолго!» — испугался Балакришнан.

— Ты считаешь, ей очень повезло? Кому повезло, так это моему брату: столько лет в холостяках ходил, зато уж и жену выбрал — красивую, умную, образованную!

Похвала эта пришлась Аламелю не по вкусу. Она давно недолюбливала Чандру, а теперь, когда судьба поставила их на равную ногу, просто ее возненавидела.

— Я знаю, Чандра вам всегда нравилась, — ревниво сказала она. — Все мужчины на один покрой: чужие жены кажутся им красивее и умнее.

— Ну, женщины тоже хороши! — парировал Балакришнан. — Каждая думает, что она самая умная да пригожая. Это не мешает им завидовать друг дружке.

— Не хотела говорить, да уж ладно, скажу: неправильно ведет себя ваша мама. Чандра совсем недавно вошла в дом, а она носится с ней, как не знаю с кем: сама причесывает, наряжает. И за что ей такая честь? Поглядите, какое ожерелье подарила ваша мама ей, а какое — мне. Конечно, я не стану ходить перед ней на задних лапках, как Чандра…

Балакришнан молча слушал эти излияния. В глубине души он даже завидовал брату: ему бы такую жену!

Чандра вставала с восходом, умывалась, одевалась, поправляла пятнышко на лбу и шла собирать цветы для свекрови. Потом помогала кухарке. Но больше всего Балакришнану нравилась покорность, с какой она бросала работу всякий раз, когда ее звал Джаханнадан. Можно было горло надорвать, крича: «Аламелю! Аламелю!» — а та сидит на своей подвесной скамейке и хоть бы тебе шелохнулась!

— Вчера ваша мама купила в лавке два пудавея. Я хотела взять небесного цвета, а она отдала его Чандре; мне же сунула какой-то серо-буро-малиновый, — продолжала ворчать Аламелю. — Конечно, стоит мне сказать, и отец купит целую сотню. А о ней кто позаботится? Нищенка!..

— Послушай, Аламелю. Бедна Чандра или богата, она теперь твоя невестка. Не хочешь с ней знаться — держись подальше. Но только запомни: отец не потерпит в доме никаких раздоров, — увещевал жену Балакришнан.

— Может быть, вы еще скажете, что я сварливая баба? — напустилась на него Аламелю.

— С тобой говорить — надо язык железный иметь, — не выдержал Балакришнан. — Ты просто дура набитая, ничего не соображаешь, — и он выскочил из комнаты.

А в это время Чандра прихорашивалась перед зеркалом. Судьба отказала ей в семейном счастье, зато щедро осыпала богатством. Зачем же отталкивать то, что само плывет в руки?

Едва она поправила прическу, в комнату ворвалась Шакунтала.

— Чандра! Чандра! — закричала она.

— В чем дело, Шаку?

— У брата в столе я нашла альбом с фотографиями. Хочешь, покажу? — предложила девочка, усаживаясь.

Чандра пододвинула стул и, не без некоторого любопытства, стала просматривать снимки. На большинстве из них, в разных одеждах и в разных позах, был изображен Джаханнадан в студенческие годы. Были там и фотографии женщин.

— Эта девушка училась вместе с братом, — пояснила Шакунтала, показывая на одно фото.

На другом Чандра увидела Джаханнадана с какой-то молодой особой в европейском платье. Они стояли, взявшись за руки. На этой карточке Чандра задержала взгляд.

— Эту девушку, кажется, зовут Далси, — сказала Шакунтала. — Она подружилась с братом в Америке и хотела, чтобы он на ней женился. Вот мама бы огорчилась: ведь она христианка.

И Шакунтала засмеялась.

— Пошла вон, Шаку! — неожиданно загремел голос Джаханнадана, который вошел в комнату, никем не замеченный.

Девочка побледнела от испуга.

— Н-н-не пойду, — робко запротестовала она.

— Я тебе покажу «не пойду»!.. Как ты смела взять мой альбом без разрешения?.. Вот отсюда! — кричал Джаханнадан.

Она разревелась.

— Оставьте ее!.. — вступилась Чандра за девочку. — Видно, правда глаза колет! — Она обняла Шакунталу и стала ее утешать: — Не слушай его. Он нехороший человек!

— Всем и так уже известно, что я негодяй. Могла бы не кричать об этом на всех перекрестках! — проревел Джаханнадан в таком бешенстве, что Чандра невольно вздрогнула.

Джаханнадан вырвал фотографию из альбома и, чиркнув спичкой, поджег ее. Шакунтала убежала.

— Следы своих грехов вы можете уничтожить, но не сами грехи! — уязвила его Чандра, прежде чем уйти из комнаты.

— Ты не забыл, что сегодня мы едем на Анди Кундру, сынок? — напомнила вошедшая Камакши. — Я обещала принести жертву, если твоя свадьба состоится, и должна выполнить свою клятву». Я еще вчера вас предупредила… Где Чандра?

— Чандра! Пора ехать. Я как раз хотел тебе сказать: автомобиль подан, — крикнул Джаханнадан жене, будто никакой ссоры и не было.

— Иду! — медовым голоском отозвалась Чандра.

Сидя за рулем, Джаханнадан искоса поглядывал на жену. Его лицо овевал встречный ветерок, напоенный ароматом жасмина, руки иногда касался мягкий шелк пудавея. Гнев его постепенно затихал.

Чандра сидела холодная, отчужденная: мысли ее витали где-то далеко-далеко. И когда он тихонько окликнул ее, она сухо уронила:

— Правьте осторожно! Еще в дерево врежетесь.

У самого подножья холма Джаханнадан остановил автомобиль. И, словно приветствуя эту странную чету, громко зазвонили колокола храма.

20

Пуванесвари застала свою невестку за чтением рассказов.

— Амбуджам! — сказала она. — К тебе там пришли. Я попросила обождать в гостиной.

«Кто бы это мог быть?» — подивилась молодая женщина. Войдя в гостиную, она остановилась, пораженная: перед ней, роскошно одетая, сидела Чандра.

— Неужели это ты? — проговорила Амбуджам. — Дай-ка ущипну себя, не во сне ли я?

— Ущипни, ущипни; убедишься, что это явь, — сказала Чандра, смеясь. — Ты уж не сердись на меня, дорогая! Дома столько работы — никак не могла выбраться. Но видишь, все-таки приехала.

— Ты одна? Или с ним? — лукаво мигнула Амбуджам.

— Он подвез меня и уехал. Вернется часа через два, — ответила Чандра.

Что-то в ее словах насторожило Амбуджам. Она пытливо вгляделась в лицо подруги:

— И как он решился оставить тебя! Ну, ничего, нет худа без добра: побудем одни.

Чандра всегда отличалась скрытностью, и на этот раз ее внешне спокойный вид обманул Амбуджам.

— Я только хочу спросить: ты счастлива?

— Что за странный вопрос! Разве по мне не видно? — уклончиво ответила гостья. И хотя на душе у нее было нестерпимо тяжело, она попыталась улыбнуться.

Чандра всегда считала, что Амбуджам очень мила собой. Сейчас же она была просто прекрасна, так преобразило ее замужество. Лицо ее светилось счастьем — и Чандра не стала рассказывать ей о своих огорчениях. Зачем понапрасну расстраивать подружку? Она все равно ничем не поможет. В последний миг врожденная гордость остановила слова, готовые было сорваться с языка.

— Поглядеть на тебя — ты как будто и счастлива, — сказала Амбуджам. — А там кто знает? Чужая душа — потемки.

— Не будем говорить об этом, — махнула рукой Чандра. — Расскажи лучше о себе. Ты-то счастлива?

— Конечно! Он так хорошо ко мне относится! Ах, если бы ты знала, какой это чудный человек: правдивый, честный. И вот что любопытно, отец ему во всем потакал, но упрямства в нем ни капельки нет!.. Он примерный сын, на работе его ценят. Я уж не говорю, что у него нет никаких дурных привычек, даже бетель не жует! — нахваливала Амбуджам своего мужа.

Чандра слушала ее с усмешкой.

— Думаешь, я к нему пристрастна? — внезапно смутилась молодая женщина. — Поверь, я ничего не преувеличиваю. Поистине, надо вести праведную жизнь в прошлом рождении, чтобы заслужить такого мужа!

— Очень рада за тебя!

— Правда? — переспросила Амбуджам, довольная. — И ты так же счастлива, как я? — настойчиво допытывалась она.