Читаем без скачивания Османская Турция. Быт, религия, культура - Рафаэла Льюис

Кульминацией паломничества становился праздник жертвоприношения. В это время животные – ягненок, козленок, теленок или верблюжонок, в зависимости от того, какое из них мог себе позволить паломник, – помещались на землю стреноженными передними ногами в сторону Мекки. Затем животному перерезали горло, верблюжонка закалывали ножом. Хотя этот обряд не считался обязательным, он стал неотъемлемой частью заключительного этапа паломничества, и в этот день, десятый день двенадцатого месяца, известный как Курбан-Байрам – праздник жертвоприношения, участник празднества, будь то паломник или мусульманин, находящийся в любом другом месте земли, использовал в качестве жертвы даже курицу, если не мог позволить себе ничего другого. На этом обрядовая часть завершалась, паломник обривал голову, переодевался в обычную одежду и продолжал свою обычную жизнь, поскольку период паломничества требовал строгого воздержания от всех удовольствий. Однако он получал компенсацию за воздержание в виде отпущения грехов на горе Арафат, в виде удовлетворения от выполненного религиозного долга, в виде радости общения с единоверцами из всех уголков исламского мира, солидарность которых служила к тому же мощной объединяющей политической силой. Наконец по возвращении домой паломник мог с гордостью носить зеленую чалму в знак того, что он стал хаджи – человеком, совершившим паломничество. Ведь несмотря на то, что хадж (паломничество) предписывался всем мусульманам, сравнительно немногие предпринимали трудное и опасное путешествие, а благополучное возвращение паломника домой становилось предметом радости и гордости всей мусульманской общины.

Эти пять требований, «столпов ислама», были расцвечены народным воображением, разнообразием всяческих верований и обрядов, придававших чрезвычайно суровой официальной религии колорит, человечность и обаяние мистики. Принципы мусульманской веры выражены двумя фразами откровения, но верующие населили мир духами; и высшими среди них были ангелы, которые доставляли все повеления Аллаха: Гавриил принес откровение Корана самому Мухаммеду. Между ангелами и людьми располагались джинны, могущественные по своему сверхъестественному влиянию. Джинны были созданы из огня, они могли принимать любую форму или быть невидимыми. Подобно людям, они могли есть, пить и даже постепенно приближаться к смерти. Некоторые из них искренне веровали в Бога. Но другие, шайтаны, были неверными – ими руководил дьявол Иблис, такой же падший ангел, как Люцифер. Злые джинны причиняли много неприятностей: от злонамеренной подмены предметов до погружения человека в состояние демонической одержимости. Для избавления от нее требовалось заклинание. Чтобы освободиться от наваждения джиннов, произносили заговоры и носили амулеты. Кроме того, эти духи испытывали особый страх перед железом, настолько сильный, что для острастки любого притаившегося бесенка, незримое присутствие которого подозревается, достаточно было произнести громко это слово.

Многие народные поверья связывали со смертью, поскольку мусульмане верили в бессмертие души, воскрешение и Страшный суд, вознаграждение раем и наказание адом. Существовало поверье, что, когда затихали последние звуки шагов похоронной процессии, в гробнице появлялись два демона, Мункар и Некир, и тело покойного временно воссоединялось с душой. Покойник садился и отвечал на вопросы демонов о своей вере. Если они не удовлетворялись ответами, то подвергали собеседника мучительным пыткам, если их убеждала искренность его веры, то собеседнику предоставлялась возможность упокоиться до последнего дня. В этот день совершался всеобщий сбор для Страшного суда. Когда же завершалась оценка добрых и злых поступков людей, представших перед Страшным судом, последние должны были пройти через мост, именуемый Сират – «более тонкий, чем волос, и острее, чем меч», – протянутый над адом и ведущий прямо в рай. Получившие благословение легко преодолевали путь верхом на баранах, которых принесли в жертву во время празднования Курбан-Байрама. Грешники срывались и падали вниз в бездонную кипящую пропасть. Поскольку они были мусульмане, Аллах своей милостью постепенно освобождал их, но грешники других вероисповеданий осуждались на вечное пребывание в аду. Младенцы проходили прямо в рай, не давая отчета о своих поступках. То же относилось к шахидам, мученикам, то есть к каждому воину, кто погиб в битве за веру, к каждому невиновному человеку, погибшему от руки убийцы, умершим от дизентерии или чумы при условии, что они не пытались спастись от болезней, к утопленникам и погибшим от обрушения зданий. В раю их ожидали лишь счастье и радость, а также удовлетворение всех желаний. В раю мужчины и женщины получали самую высокую награду – лицезрение самого Аллаха.

Верили в то, что христианин мог обратиться после смерти в мусульманскую веру и что мусульманин, похороненный среди неверных, рискует утратить свою веру. Для перезахоронения таких покойников Аллах предоставляет 72 тысячи верблюдов, которые постоянно перевозят их тела в мусульманские могилы.

Заступничества Аллаха следовало добиваться молитвой, особенно повторением Фатихи (первой, начальной главы Корана): «Во имя Аллаха, милостивого, милосердного. Слава Аллаху, Господу миров, держащему в Своем распоряжении день суда! Тебе поклоняемся и у Тебя просим помощи: веди нас путем прямым, путем тех, которых Ты облагодетельствовал, не тех, которые под гневом, не тех, которые блуждают». Заступничество Господа достигалось также посредством установки горящих свечей на могиле святого или подновления гробницы, создания фондов для молитвенных учреждений, жертвоприношения, для успеха которого требовалось пролитие крови. Кроме жертвоприношений в празднование Курбан-Байрама, пожертвования делали в связи с началом или окончанием рискованного предприятия, такого, как военный поход или путешествие, на случай таких важных моментов в жизни, как обрезание или приход невесты в дом жениха. Пожертвования делали для страховки от несчастного случая или болезни, во избежание опасности, пожара или чумы, против исполнения зловещих снов, по случаю постройки нового дома, коронации и в честь почетных гостей, во время кризисов или в знак благодарности.

Существовал, однако, еще один религиозный институт, влияющий на жизнь людей, – ордены дервишей. Большинство из них были созданы в XII–XIII веках мистиками, стремившимися приблизиться к Богу. Они образовывали братства с целью распространения того, что называли «тайными учениями» Мухаммеда, поскольку толкование этих учений наделяло особым авторитетом, в отличие от толкования хадисов, которое было доступно всем мусульманам. Тайные учения стали основой организации и ритуалов различных орденов, а унылая безликость официального ислама, проповедовавшего всего лишь подчинение далекому и деспотичному божеству, способствовала пополнению верующими этих религиозных сообществ, основанных на близких, товарищеских отношениях. Являясь чем-то средним между сектой, клубом и тайным обществом, ордена привлекали огромное число приверженцев, особенно из беднейших слоев населения. В самом деле, духовные лидеры орденов были святыми дервишами-покровителями многих цехов ремесленников. Популярность орденов была столь велика, что их называли «религией в религии» и «государством в государстве».

В обязанности членов ордена входило, прежде всего, беспрекословное подчинение шейху, главе ордена. За этим следовали обеты секретности и солидарности, присутствия на тайных собраниях, материальной поддержки ордена, ведения благочестивой жизни. В результате духовное и социальное влияние орденов достигало такого уровня, что некоторые из них становились потенциально важными союзниками, а еще чаще опасными соперниками как светской власти, так и официальных религиозных учреждений. Считается, что в ордена дервишей были вовлечены не менее 10 процентов мусульман, хотя в городах их число могло быть и намного выше. Примерно из 200 орденов, распространившихся во время расцвета этого религиозного движения в кварталах Стамбула, а также Медины и Мекки, одним из наиболее влиятельных считался орден Кадири, терпимость и блестящие проповеди приверженцев которого обратили в исламскую веру немало христиан и евреев. Выделялись также орден Рифаи, дервиши которого могли в состоянии транса ходить по раскаленным углям, глотать змей, а также протыкать и сечь себя холодным оружием без причинения увечий, поскольку слюна их шейха залечивала все раны; орден Каландари, дервиши которого бродили босиком как монахи нищенствующего ордена; орден Мавляви – самый аристократичный и интеллектуальный орден, приверженцы которого приходили в состояние экстаза, танцуя под музыку свирелей и удары бубнов, они пользовались таким авторитетом и уважением, что порой их приглашали на церемонию Опоясывания мечом султана. Но наиболее популярным среди турок считался орден Бекташи – буйный, энергичный орден, который допускал множество неортодоксальных послаблений, привлекательных как для христиан, так и для мусульман. Правила ордена разрешали употребление вина и других алкогольных напитков, в его собраниях участвовали женщины, не носящие чадры, на условиях абсолютного равноправия. Новобранцы ордена принадлежали к текке – ложе, в рамках которой проводились не только религиозные церемонии, но и общественные собрания в обстановке всеобщего ликования и свободы, резко критиковавшиеся за свою моральную распущенность. Тем не менее, орден получил широкое распространение, он пользовался сильным влиянием как среди всех категорий ремесленников, так и в корпусе янычар.