божественной истине грандиозные открытия современной науки. Нельзя ревностно служить мировому империализму — и десятилетиями угощать сотни миллионов тружеников несбыточными обещаниями полной занятости, повышения жизненного уровня и установления социальной справедливости. Нельзя благословлять в кафедральном соборе Леопольдвиля убийц Патриса Лумумбы — и тут же в проповеди утверждать, что католическая церковь чрезвычайно озабочена тем, как бы лучше помочь конголезцам защищать свою национальную независимость. Поистине, жизнь поставила Ватикан и его духовных руководителей в безвыходное положение!
И вот идеологи католицизма принялись за изучение создавшегося положения. В Ватикане создано много рабочих комиссий и подкомиссий, которые принимают и обсуждают любые предложения, направленные на укрепление веры. Святые отцы принялись за изучение марксистской идеологии: нельзя ли и здесь что-нибудь по-своему истолковать, извратить и использовать в интересах политики церкви? Более того, в Грегорианском университете в Риме недавно была создана кафедра атеизма, перед которой поставлена задача изучать и обобщать всю критику, которой подвергается католическая церковь, и ввести в университете трехгодичный курс лекций по… атеизму!
Решение об учреждении этой кафедры было принято лично папой Иоанном XXIII по предложению все того же кардинала Агаджаняна, который сумел убедить папу, что для борьбы с атеизмом проповедники религии должны хорошо знать учение своих идеологических противников (папа, не без основания, боялся, что изучение материализма ничего, кроме сомнений в вере, не посеет. — М. А.).
В кулуарах Ватикана готовится новое «тайное оружие» против международного коммунизма — вынашиваются предложения по объединению усилий всех христианских церквей, а в дальнейшем — и различных религий в борьбе с коммунистической идеологией.
А пока разрабатываются различные «смелые» проекты, папа Иоанн XXIII разослал всем епископам католической церкви послание (энциклику), в котором содержится целый ряд соображений о месте и обязанностях католической церкви в современной обстановке.
Энциклика «Матер эт магистра» («Мать и наставница») была переведена на все основные языки мира и опубликована 14 июля 1961 года, лишь спустя два месяца после официально назначенного срока. Подобная задержка вызвала глубокое удивление, поскольку за многие века существования католической церкви ее делопроизводство прославилось достаточной четкостью и оперативностью.
Какова же причина таинственной задержки перевода?
Составители энциклики — церковники, светские экономисты, католические профсоюзные деятели — должны были подготовить такой текст, который бы не слишком явно защищал капитализм и в то же время не слишком критиковал его, то есть не слишком противоречил бы прежним документам церкви. А это нелегкая задача.
Но были и другие причины. Придавая огромное значение поставленным в энциклике вопросам, учреждения ватиканской администрации на этот раз, считаясь в большей степени, чем обычно, с требованиями и методами современной информации, не захотели, чтобы этот документ был опубликован в разных странах в разное время.
Публикуя свою новую энциклику, католическая церковь отмечала семидесятую годовщину с того времени, когда папа Лев XIII, в связи с широким распространением в Европе идей марксизма, был вынужден в упомянутой выше энциклике «Рерум новарум» заговорить от имени церкви о необходимости улучшения жизни рабочих.
Папа Иоанн XXIII с сожалением отмечает, что всемирное развитие капитализма было нарушено в 1917 году, когда новый восточный мир возник перед лицом Запада, где «высокий уровень жизни, комфорт и развлечения воспитывают равнодушие и даже пренебрежительное отношение к вере». Теперь, на наших глазах, пишет папа, возникнет третий мир — мир солнечных стран и голодных народов Азии, Африки и Латинской Америки. Папу глубоко беспокоит то, что этот мир приводит в движение своими революциями и экономическими преобразованиями миллиард людей, многие из которых были воспитаны, как, например, Патрис Лумумба, в вере в Христа и, более того, были даже учениками священников. Этот мир оттолкнул их от веры. Более того: через несколько месяцев пребывания у власти они присоединились к материалистическому мировоззрению в своем отрицании церковных догм.
— По какому пути пойдет этот третий мир?
Вот что беспокоит Ватикан.
Ломая вековую тактику католической церкви, Иоанн XXIII проповедует «лояльное сотрудничество с неверующими в делах, являющихся, по существу своему, хорошими». Иоанн XXIII не менее настойчиво, чем его предшественники, отстаивает и защищает основы капитализма — частную собственность на орудия и средства производства и «личную инициативу». Папа лишь призывает капиталистов быть «справедливыми» к рабочим и платить им «справедливую» плату за труд.
«Наша душа полна глубокой скорби, — лицемерно пишет Иоанн XXIII, — при виде столь печального зрелища: толпы трудящихся во многих странах, на целых континентах, получают зарплату, которая обрекает их и их семьи на условия существования ниже достоинства человека». В то же время Иоанн XXIII всячески поддерживает демагогические рассуждения буржуазии и правых социалистов о том, что капитализм ныне стал «народным», что каждый рабочий, приобретая акции предприятия, может стать его «совладельцем».
Иоанн XXIII прямо не осуждает социализм и даже соглашается с идеей, что социализация может быть хорошим делом. Правда, он понимает под социализацией не передачу средств производства в руки общества, а образование культурных, экономических, спортивных и других объединений граждан.
Что касается стран, завоевавших себе в последние годы национальную независимость, то, помня, что они тоже имеют право на внимание папы, Иоанн XXIII призывает их не опьяняться независимостью и чаще обращаться к церкви и богу.
Широко разрекламированная папская энциклика, конечно, не дала и не могла дать ответа ни на один вопрос, волнующий массы эксплуатируемых трудящихся мира. Предоставив католическому духовенству возможность более свободно жонглировать фразами о «допустимости» социализма, о праве рабочих на лучшую жизнь, крестьян — на землю, а угнетенных «цветных» народов — на национальную независимость (конечно, в рамках господства капитала и веры в бога. — М. А.), энциклика все же не указала и не могла указать католической церкви выхода из идеологического тупика, в который ее все глубже загоняют объективные законы развития человеческого общества.
Народы мира теперь судят о политике не по посланиям, а по конкретным делам. Если Ватикан действительно за свободу, то почему он поддерживает фашистские режимы? Если он действительно за мир, то почему католическая церковь не выступает против милитаризма и реваншизма ФРГ, за подписание мирного договора с Германией, за запрещение атомного оружия и за всеобщее разоружение?
Под давлением общественного мнения, боясь окончательно потерять связь с массами, Ватикан не может больше воздерживаться от высказываний по вопросу о мире. Об этом, в частности, говорит заявление Иоанна XXIII от 10 сентября 1961 года. По словам папы, человечество нуждается «не в победоносных войнах и не в потерпевших поражение народах, а в обновленном и укрепленном здоровье, в плодотворном и утешительном мире». В связи с этим Н. С. Хрущев заметил, что, видимо, Иоанн XXIII считается с настроениями многих миллионов католиков во всех частях
