Пожалуй, не стоит откладывать приглашение на свидание. Рози слишком хороша, чтобы долго оставаться в одиночестве. Даже сейчас, в рабочем халате, она выглядела вызывающе притягательно...
В руках докторши появился внушительный шприц. Обернувшись, она вновь шагнула к койке.
— И может объяснишь мне, Майк, — раздраженное бурчание послышалось над самым ухом, — Что это за фифа дожидается тебя в кафетерии?!
Игла с размаха вонзилась куда-то в шею. Рози вдавила поршень, мстительно выпуская содержимое шприца с максимальным ускорением.
— О-о-о-х... Это дознавательница... Особый отдел полиции... — вцепившись ладонями в простыню, перетерпел неприятные ощущения, — И она вовсе не в моем вкусе!
— Врешь, Подольский! — Розалинда выдернула шприц, тут же смазав ранку спиртом, — Тебе нравятся такие... фигуристые.
Она пересекла комнату и нагнулась над столом, демонстративно выпятив великолепную филейную часть.
— Проваливай, Подольский, — не оборачиваясь скомандовала Вуд, — И не забудь оплатить лечение.
Аккуратно принял сидячее положение, пошевелил шеей. Дискомфорта не осталось — укол, похоже, содержал нечто обезболивающее. По крайней мере сейчас голова крутилась без всяких ограничений.
— Рози, как раз хотел пригласить тебя в ресто...
Резко повернувшись, докторша одарила меня максимально насмешливым взглядом.
— Нерабочие разговоры — исключительно в нерабочее время! — на полном серьезе перебила она.
— А... ты?
— График работы прочтешь на двери. С той стороны.
Хмыкнув, послушно поплелся к выходу. Хотелось, конечно, закончить разговор какой-нибудь едкой фразочкой. Сбить спесь с зазнавшейся красотки. Но зачем? Пусть уж лучше думает, что последнее слово осталось за ней.
В фойе меня действительно дожидались.
Кристина блистала безупречной выправкой. Ничто в ней не напоминало о случившейся час назад заварухе. Идеальная фигура, идеальный костюм... идеальная женщина? В руках дознавательница баюкала стаканчик кофе, задумчивый взгляд блуждал где-то в неизведанной дали. Заметив меня, она шагнула навстречу; недопитый кофе отправился в мусорное ведро.
Джонсон маялся на противоположном краю комнаты, и его состояние вряд ли можно охарактеризовать, как спокойное. Он бродил вдоль широкой стены, словно тигр в клетке, то и дело бросая настороженные взгляды на случайных прохожих. Рука Джона так и норовила залезть под плащ, поближе к кобуре.
— Ты как, Майк? — Джонсон подоспел первым, — Заштопали?
— Нормально, — я со вздохом глянул на кассу клиники, прикидывая, во сколько обойдется лечение на этот раз, — Чуть левее — и рана была бы фатальной. А так — просто царапина. До свадьбы заживет.
— Это хорошо, — он кивнул, демонстративно отвернувшись от Слейт, — Эльза умчалась в управление, сказала, что с полицией вопрос уладит. Так что можем рвануть в офис.
— Я так и сделаю.
— А мне?
— Узнай, сколько мы должны, и расплатись, — я махнул в сторону кассы, — Затем найди Веру...
— Найти? Да где же... — Джон понимающе кивнул и закрыл рот, — Понял. Найти Веру.
— Пусть еще пару дней на глаза не показывается, пока шум окончательно не утихнет. Потом возвращайся в офис, жду тебя там.
— Майк, не возражаешь, если составлю компанию? — с обезоруживающей улыбкой встряла дознавательница, — Думаю, нам есть что обсудить.
Внимательно посмотрел на Кристину. С одной стороны, не слишком хотелось продолжать знакомство с долгоживущей. С другой, вопросы к ней имелись. Обсудить, действительно, найдется что. Да и, как ни крути, будет не учтиво отказывать в гостеприимстве после того, как Слейт, буквально, спасла мне жизнь.
— Ладно, поехали, — протянул, стараясь не выказывать сомнения, — Джон, тачку я заберу, ты на такси.
Улица встретила все той же мерзкой промозглой слякотью. Моросил противный дождь, солнце спряталось за непробиваемой стеной туч.
Кажется, день только начался, а уже почти вечер! События несутся с такой скоростью, что только успевай их переваривать. И я, кажется, не успеваю.
Уселся в машину, крутанул ключ зажигания. Кристина устроилась рядом, прилежно щелкнув ремнем безопасности. А я только теперь вспомнил, что так и не удосужился посмотреть, до скольких работает Розалинда. Вернуться? Да черт с ней! Как-нибудь выкручусь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Слегка склонив голову, Слейт подарила насмешливый взгляд. Похоже, она приняла мои вздохи на свой счет. Да и пусть тоже идет к черту!
Дернул коробку передач, вдавил газ в пол. Автомобиль сорвался с места, разбрызгивая в стороны море брызг. Глянул в зеркало — клиника исчезла из вида, скрывшись за поворотом дороги.
До офиса домчались быстро, причем я вел в режиме «автопилота», не запоминая дороги и не обращая внимания на собственные действия. Мысли витали где-то опасно далеко, перемещаясь между необходимостью пожрать, выпить и позвонить Розалинде.
Припарковался и сразу прошел внутрь, не утруждая себя рыцарскими штучками. Впрочем, дознавательница и сама не дожидалась никаких любезностей: шагнула следом, будто к себе домой. Щелкнула выключателем, небрежно бросила пиджак на кресло, с любопытством осмотрелась. А потом уверенно направилась к кухонной стойке.
— Не против, если я немного похозяйничаю? — Кристина уже открывала дверцы шкафов, не дожидаясь разрешения, — Где у тебя тостер и шейкер?
Ну надо же. Наконец-то на кухне женщина, способная отличить шейкер от миксера. И тостер от тестера. Долгоживущая. За несколько жизней можно многому научится.
Интересно, сколько же ей лет на самом деле? Пятьдесят? Сто? Двести? По внешнему виду определить невозможно. Остается только строить нелепые догадки.
— Там, — неопределенно махнул рукой, — В навесном посмотри.
Пока дознавательница звенела посудой, пробрался к своему рабочему месту. Заглянул в ящик стола, рука сама собой потянулась к дверце бара.
Неожиданно громкое дребезжание телефона заставило вздрогнуть. Кристина недоуменно обернулась, одарив насмешливой улыбкой. Глубоко вздохнув, взялся за трубку.
— Слушаю.
— Майк? Старший констебль Юркинсон, — затараторил взволнованный голос, — Ты куда пропал? С ног сбились тебя разыскивая, особенно после драки в «Изюме»! Я тебе час названиваю!
Ага, значит «Изюм» — название той кафешки. Но какого дьявола меня искать? Я же вроде бы не скрываюсь! Шестеренки в голове закрутились, усиленно соображая.
— Слушай внимательно, Майк, не перебивай! — продолжил Юркинсон, пока я не успел вставить ни единого слова, — Нет у нас никакого «особого» отдела! Эта дамочка... ловко всем головы запудрила! Заявилась утром, сверкнула удостоверением, бумаги чин по чину — с печатями, подписями. Поставила всех на уши; сказала, что забирает дело. Но я не успокоился, начал копать. Никто ничего не знает, пришлось сделать запросы в вышестоящие инстанции. И ответ пришел! «Особый» отдел для долгоживущих — выдумка! Понял? Ну, если только сам министр внутренних дел о нем не в курсе...
Я посмотрел на Кристину — смешивает пару коктейлей. Казалось, фальшивая дознавательница совершенно не прислушивается к разговору. Да и вообще про меня забыла, настолько увлеклась готовкой.
— Нет, Рози, сегодня я занят, — выговорил как можно искренней.
— Что? Какая еще Рози? — констебль соображал медленно, но все же соображал, — Стоп! Ты не один? Она что, у тебя? Рядом?
— Да, сегодня много дел, — постарался придать голосу извиняющий тон, — Давай перенесем на завтра?
Слейт насмешливо фыркнула, не оборачиваясь. Все же слушает!
— Я понял, Майк! — появилось ощущение, что Юркинсон говорит уже на бегу, — Высылаю группу захвата! Майк, продержись пятнадцать минут!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Короткие гудки ознаменовали окончание разговора. Посмотрел на трубку, не скрывая накатившего сарказма. «Продержись пятнадцать минут!». Элементарно, черт возьми! Особенно, учитывая убийственный потенциал моей собеседницы!
Бросил трубку на аппарат, еще раз осмотрел стол. Как назло, ничего полезного! Какие-то бумаги, кастет, наручники... Ну не в рукопашную же мне идти с этой лонгершой!
