— Мы тоже. Люблю тебя.
Я попрощалась с мужем и вышла во двор. Дышала свежей вечерней прохладой. Скучала и грустила. Домой уже хочется. К мужу. Ну и клиника без меня слишком давно. Это тоже тянуло в Москву.
— Что-то случилось? — мама заметила мое настроение.
— Скучаю по дому, мужу, работе, — честно призналась. — С Маратом уже сто лет не виделись…
— Ну так лети к нему, — мама выглядела удивленной. Вроде как очевиден порядок действий.
— Нужно с папой в диспансер сходить. Посмотри, — кивнула на него с внуками, — какой он бодрый.
— Да, — согласилась мама, — Лиана и Ильдар в него душу вселяют. Поля, — повернулась ко мне, — оставь детей и лети к мужу. Три-четыре дня погоды не сделают. Сережа восстановится, с внуками поиграет, а вы с Маратом вдвоем побудете, — и подмигнула так, что я, тридцатитрехлетняя барышня, вспыхнула, как невинная девственница в брачную ночь.
— Ты справишься со всеми? — на всякий случай переспросила. Мама только рукой махнула и послала меня покупать билеты.
Я успела ухватить последнее место на ранний рейс. Хотела позвонить мужу, но решила, что сделаю сюрприз. Я домой собиралась, поэтому, кроме документов и ключей, ничего не взяла. В Москву вернулась налегке. Зря, конечно. Здесь тебе не Золотые пески и не Черное море. Холодно и дождь.
Такси домчало меня до Новорижского шоссе и встало в длинную пробку из мерседесов, БМВ, Порше — я соскучилась по России! Вроде стонут, что жить тяжело, а плюнуть нельзя, чтобы в дорогую машину не попасть.
В дом забежала под тугой ливневый аккомпанемент дождя.
— Вот это встреча Родины! — воскликнула, тряхнув мокрыми волосами. Затем осмотрелась, втянула привычный аромат, прикрыла глаза и насладилась гудящей энергетикой. Дом. Наконец-то. Он принимал меня и распахивал объятия. Тишина не давила, а была уютной и родной. Я прошла на кухню, попутно отметив, что Марат не раскидал носки, ну либо наша домработница их за ним беспрекословно собирала. В холодильнике, как и предполагалось, мышь повесилась. Не удивительно. Марат Адамович готовить не умел и не любил. Сомневаюсь, что ел хоть раз дома. Я заказала доставку продуктов и отправилась в душ. Промокла изрядно, да и смыть пыль дороги нужно. Мужа ведь встречаю.
Переоделась в удобный домашний комплект и принялась готовить ужин. Марат примерно в восемь возвращался, к этому времени успею запечь картофель и рыбу с лимоном и укропом. Через час поставила заготовку в духовку. Овощи помыла и порезала. Легкий салатик не будет лишним. В погребе взяла бутылку вина и поставила доходить в холодильник.
К приходу мужа нанесла легкий макияж, особенно выделив светлые глаза, волосы уложила феном, покрутила концы, на губы блеск. Кружевное белье: выбор пал на белый кокетливый комплект с поясом и шелковым халатиком, который распахну, когда придет время. Я очень соскучилась…
Рыба и картофель готовы, салат на столе, вино открыла и дала отдохнуть. Я тоже разогрета, а вот мужа нет.
— Черт! — взяла телефон. Может, он ужинает с кем-то или к родителям поехал, а я жду? Нужно было предупредить, но уже поздно. — Привет, — набрала без видео, чтобы раньше времени не понял, где я. — Ты на работе или уже дома? — вопрос, конечно, провокационный. Вдруг соврет? Глупость какая!
— Слушай, Поль, занят очень. В конторе еще.
— Уже десятый час, не переработай, Март, — со смешком поддела.
— Я постараюсь. Скоро домой поеду. Целую.
— Целую, — и жду, мысленно добавила.
Думаю, скоро будет. Десять. Одиннадцать. Еще два часа я старалась бодриться и храбриться. После двенадцати порывалась позвонить и высказать все, что думаю. Останавливало только то, что муж не знал, что я тут жду его. После часа ночи задумалась: и часто он так? Насколько поздно приходит, пока нас нет? А приходит ли? А следом самый страшный вопрос: если не вернется ночевать, что мне делать?
Я не успела осмыслить ответ — свет фар мазнул по окнам, а ворота распахнулись. Марат вернулся домой. Обычно он так поздно не задерживался. Крайне редко. Были встречи с клиентами, но на такие ужины или вечеринки брал меня. Всегда.
Я пошла встречать мужа: дверь распахнулась, когда я вышла в коридор: босая, простоволосая, в белом шелке. Марат смотрел на меня ошалелым взглядом. Не двигался, не говорил, не моргал.
Подошла к нему вплотную, голову задрала максимально, глаза его жгучие в темноте искала, щеку медленно погладила, царапая ногтями и ответно колясь щетиной.
— И как часто ты возвращаешься домой за полночь, дорогой мой человек? — шепнула в губы. Сердце замерло и задрожало в груди. Впервые в жизни меня посетила мысль: а что, если… Я смотрела, искала, принюхивалась. Боже, как ищейка выискивала следы измены любимого мужа.
— Поля? Полюшка… — смотрел на меня как на привидение, затем коснулся лица руками, волосы пропустил сквозь пальцы, тело нежно обвел. — Ты настоящая… — и обнял крепко-крепко. Все страхи и сомнения руками разорвал и в прах обратил. Он пах мужчиной. Моим мужчиной. — Я думал, воры. Черт, Поля, — тихо рассмеялся. — Дети дома? — продолжал гладить мои волосы.
— Нет, только я…
— Ты нереальная… — мистическим шепотом ответил и языком провел по моей шее. Остро, словно лезвием бритвы. Я как оголенный провод искрила от каждого вдоха. До мельчайшего волоска на коже стремилась навстречу своему мужу.
— Я люблю тебя, Март, — дернула плечами и опустила руки, избавляясь от шелка. Муж хрипло выдохнул и прижал мою руку к бугру на брюках. Соскучился. Я тоже. Хочу его в рот. Так давно не ласкала губами его член. После длинного рабочего дня лучше бы в душ, но он же мой мужчина, и мне слишком не терпелось. Пока Марат боролся с пуговицами рубашки, я выдернула ремень и взялась за болты.
— Стой, — удержал меня от колен. Марат психанул и сорвал сорочку через голову, с треском и отлетевшими пуговицами. — Я первый хочу, — не дал опомниться, повалил на диван в гостиной и начал целовать меня внизу, трахать языком через трусики, сдвинул мокрую полоску и сводил с ума умелыми движениями. Урчал, рычал, дышал рвано. Я вскрикнула, когда навалился и резко вставил. Вроде подготовленная, но мужу слишком повезло с размером и толщиной. За два месяца успела отвыкнуть. Марат вколачивался в меня нетерпеливо, с оттяжкой, иногда выходил и таранил обласканный клитор. Я ответила страстным протяжным стоном. Марат дал пару секунд понежиться на волнах оргазма, затем полностью раздел меня и снова вошел. Действовал медленнее, растягивал удовольствие, когда был готов — кончил мне на грудь и живот, размазывая сперму по телу. Столько лет вместе, а он все еще метил территорию. В душ Марат нес меня на руках…
— А ты почему не предупредила, что прилетаешь? — спросил Марат, когда я уже засыпала, нежась в прохладных простынях. — Я бы встретил, допоздна не задерживался бы.
— Хотела сюрприз сделать, — ответила, зевнув.
— Ты проверяла меня, что ли? — лег рядом, подперев ладонью голову.
— Нет, конечно, — нахмурилась, но ответила весело. — Просто обрадовать хотела.
— Полина, мне было бы очень неприятно узнать, что ты мне не доверяешь, — мрачно произнес. Неужели его обидел мой неожиданный приезд?
— Март, — приподнялась на локтях, — я просто соскучилась и хотела удивить тебя. Но… — замолчала, прикусив губу. — Тебя долго не было, и всякие мысли в голову лезли… — честно призналась.
Марат неожиданно подмял меня под себя и навис сверху.
— Я люблю тебя, Поля. Ты же знаешь?
— Да, — погладила его лицо, муж в ответ поцеловал мои пальцы. — Я знаю, что любишь.
— Все остальное ерунда…
Глава 9
Марат
Через три дня я посадил Полину в самолет обратно в Болгарию. Да, Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Мое очко сжалось до мизера, когда жену увидел. Чуть не спалился от неожиданности и от какого-то мистического страха. Полина выплыла как невесомое видение: белый саван шелка, лунные светлые волосы, пронзительный туманный взгляд — невероятно и пугающе. Я словно снова окунулся в мрачную средневековую готику, о которой так любил читать когда-то.
