она. И вообще, мне плевать на Орлова и его личную жизнь. Он редкостная сволочь, если позволял себе везти двойную игру, что мы обе не подозревали даже о существовании друг друга. Такой отец не нужен моему малышу!
— Алина, в тебе говорит обида и гормоны. Ребенку нужен отец. И ты подумай, как тебе будет тяжело одной. Тебе понадобится помощь.
— Я справлюсь! Мне не привыкать. Это мой ребёнок и точка! Я и не с таким справлялась. Надо будет — уеду в деревню!
— Какую деревню? — выпучила от удивления глаза подруга. — совсем что ли?
— Тань, перестань. Не мучай ты меня. И без того голова кругом.
Таня не стала больше спорить, но и согласиться со мной не смогла. Я объявила ей, что ухожу на больничный и она отнеслась с пониманием. Плевать на работу, теперь у меня есть дела важнее.
Я не торопясь добралась до дома, по пути заскочив в магазин. Все-таки нужно было что-то есть. Фрукты и йогурт не в счет. А готовить для себя одной мне было лень. Я перебивалась обедами на работе, а на ужин могла и вообще забить. Но теперь нас двое и надо как-то привыкать питаться нормально. Еще бы справиться с тошнотой, вообще можно было бы жить неплохо.
В магазине я так и не смогла определиться с тем, что у меня сегодня дубеет на ужин, поэтому взяла самые необходимые продукты и решила разобраться на месте. Тем более пока кусок в горло все еще не лез, и любое блюдо казалось отвратительным.
Разобрав продукты, я заварила чай с мятой и вышла на лоджию — на свежем воздухе всегда думалось лучше. А пока я просто наблюдала за тем, как жильцы возвращались семьями домой, счастливые и улыбчивые. И немного завидовала. Хорошо когда есть кому вечером пожаловаться на начальника, посетовать на аврал и вообще просто поговорить. Мне сейчас именно этого не хватало — простого человеческого тепла.
Во двор въехала машина, которую я раньше тут не видела. Она была дорогая и блестела, как новый самовар. На секунду я подумала про Орлова, но его Мерседес я прекрасно знала. И не забуду, наверное теперь никогда. Как же я удивилась, когда из этой незнакомой машины вышел именно Орлов. А как же Мерседес?
Орлов шел, нет он практически бежал в подъезд. И вид его не предвещал ничего хорошего. Я была уверена, что он уже знает. Эх, Соня, Соня. Умная ты конечно женщина, но совершенно не умеешь держать язык за зубами.
Через минуту раздался настойчивый звонок в дверь. Я хоть и ждала его, но все равно вздрогнула.
Разговор неизбежен — это я поняла по непрерывающейся ни на секунду трели. Он явно нервничает и очень возбужден.
— Это правда? — Вместо «здрасти» Орлов сразу стал выяснять. Я же смотрела на него и понимала, что не смогу ему соврать. — Алин?
— Ну ты же не просто так пришел. Тебе Соня сказала?
— Да.
— Ну зачем переспрашивать тогда.
— Когда ты собиралась мне сказать? Или не так — ты вообще собиралась мне сказать?
— Нет. — Я бы и правда ничего ему не сказала, если бы не эта случайная встреча. Может быть меня бы мучила совесть. Потом. Но не сейчас.
Мне пришлось впустить его в квартиру- этот разговор не для соседских ушей. Пока Орлов перевариваю моё НЕТ, я пошла на кухню и включила чайник. К вечеру мне становилось лучше, и я могла хоть что-то съесть.
— Алин, за что ты меня так ненавидишь? — Орлов пришёл следом.
— С чего ты это взял? У меня нет ненависти. Просто я не хочу тебя видеть и все.
— Но почему?
— Если ты сам этого не понимаешь, не виду смысла объяснять.
Я открыла холодильник, машинально достала сыр, печенье и конфеты, налила две кружки чаю и присела. Орлов к своей чашке даже не притронулся, да и мне не хотелось.
Он присел на корточки передо мной, взял меня за руки и посмотрел прямо в глаза.
— Аль давай поговорим, а? Нормально, на чистоту. У нас ребёнок будет, нам придётся все равно.
— Ребёнок будет у меня. — Тепло его рук обжигало. Все же мне так этого не хватало, но я держала себя в руках, из последних сил. Должна держать дистанцию ради собственного спокойствия. Хотя какое к черту спокойствие, когда внутри все переворачивается от одного его запаха, от его близости.
— В каком смысле? — удивился он.
— Я не буду лезть к тебе и что-то требовать, если ты об этом. — Я аккуратно убрала свои руки за спину. — Ты можешь продолжать строить свою жизнь по своему плану, обещаю, что никогда твоя семья не узнает о нас.
— Аль, ты что за бред несёшь? Какая семья? Отец мой будет только рад.
— Я говорю о твоей будущей семье. Ты же собираешься заводить семью?
— Ну вообще до некоторого времени, если честно, я даже не задумывался об этом. Но сейчас да, собираюсь.
— Ну и вот, — было больно и не приятно, что он даже не отрицает. — Мы не будем вмешиваться. Можешь не переживать.
— Нет, я определённо перестал тебя понимать, — он встал и прошёлся по кухне. — Если ты думаешь, что я откажусь от вас, ты ошибаешься. Теперь я точно не оставлю тебя одну.
— А если я хочу быть одна?
— Но это ведь не так? Аль, я понимаю, в тебе сейчас говорит обида, может быть ты даже злишься на меня. Но поверь, это все пройдёт.
— Как у тебя все просто. Сменил одну на другую, а потом еще. Захотел отказался, перехотел — позвал. Нет Орлов. Этот формат не для меня. Особенно теперь.
— Я конечно не идеальный, и репутация у меня так себе в личной плане, но ты сейчас явно преувеличиваешь. — Он смотрел на меня с сожалением. В другой ситуации я бы поверила ему. Но не теперь.
— Не думаю. Стоит вспомнить обстоятельства нашего знакомства и дальнейшее развитие, все становится понятно. Игорь, прости, но я не могу больше играть по твоим правилам. Просто не могу себе позволить этого теперь.
— Я готов играть по твоим.
— Я не готова играть совсем. Не хочу. И не буду. Прости.
— Аль, — он сделал шаг ко мне, но я отстранилась. Испугалась. Не его. Себя.
— Нет. Игорь, прошу, оставь меня. Хотя бы сейчас. Я сегодня ужасно устала. Уже поздно. У меня просто нет сил.
— Но ты же понимаешь, что я никуда не денусь теперь. Это мой ребёнок и я вас не оставлю.
— Понимаю. И пока не знаю,
