убежала. Прошло пять минут, десять. Сладкая истома навалилась на меня, и я задремал. Проснулся я от того, что кто-то зашел в палатку.
Передо мной предстала Креона в полном облачении Зеленого Ордена. Строгое длинное зеленое платье и большой зеленый камень в серебряной тиаре. В руках у нее была зеленая незажженная свеча.
Она молча протянула ее в моем направлении и встала передо мной на колени:
— Юджин! Я, Креона О’Брайен, Зеленая волшебница Ордена Зеленых, приношу тебе клятву полного подчинения. Отныне я и все мои потомки принадлежат тебе. Ты волен распоряжаться мной по своему усмотрению.
Я встал перед ней, как был, обнаженный. Не знаю, откуда ко мне пришли слова:
— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву, Креона О’Брайен. Отныне ты и твои потомки мои.
Ее свеча вдруг вспыхнула ярким Зеленым пламенем и полностью сгорела за считанные секунды. Я почувствовал полное единение с ее душой и ее полное подчинение. Перед моим внутренним взором открылась, ставшая уже привычной, «зеленая точка на мониторе». И еще я понял, что все Зеленые всего мира теперь знают, что Креона О’Брайен кому-то принесла Клятву полного подчинения.
Затем она подняла на меня сверкающие глаза:
— Юджин Серый, теперь я твоя, что бы ни произошло.
Потом она вынула из тиары камень и отдала мне, а серебряную оправу небрежно бросила в угол. Я подумал и убрал камень внутрь своей ауры. Визуально он просто впитался в мою ладонь. Этот камушек, в виде яркой зеленой звездочки, примостился рядом с моим шаром.
— Иди сюда. Сними с себя все.
Она быстро скинула свое платье и осталась передо мной обнаженной.
— Закрой глаза и не открывай их, пока я не скажу.
Она изо всех сил зажмурилась. Я внимательно осмотрел ее и при помощи серой энергии вернул ее организм к состоянию 20 летней девушки. Единственное, что я оставил, как было, — ее груди, которые я так люблю. Никаких волос на ее теле не осталось, а кожа стала ровная и бархатистая, без какого бы то ни было намека на целлюлит. Ее аура засияла и начала переливаться насыщенным зеленым цветом, а ее шарик увеличился до размера футбольного меча.
— Открывай глаза. Посмотри, что получилось
Она удивленно осмотрела себя, потом, явно не доверяя глазам, погладила:
— То, что ты сделал — великолепно! Я даже не представляла себе, что такое может быть. И о волшебницах такой силы, как я сейчас, я только в легендах слышала.
Потом она рванулась ко мне и вся-вся прижалась:
— Я так рада…
Ко мне в голову пришли мысли о ее безопасности. Я отстранил ее от себя немного подумал и увеличил КПД ее мышц примерно в 10 раз, укрепив попутно ее кости и сухожилия — я совершенно не собирался помогать тем, кто может угрожать моему адепту.
Мы лежали на кровати и разговаривали.
— Креона, будь пока осторожна с твоими новыми возможностями и с твоим новым телом. Изучи себя. Не надо всем показывать те изменения, что произошли. Сейчас я приглушу цвет своей ауры, однако твои силы не изменятся. Привыкни к своим новым возможностям.
Она удивленно на меня посмотрела, в этот момент ее цвет значительно побледнел. Примерно, как до того уровня, как она принесла мне Клятву.
— Ого, только и сумела прошептать она
— Да, даже можно еще притушить. Не стоит пока выделяться на общем фоне.
Мы немного помолчали, наслаждаясь близостью друг друга.
— А что это была за свеча?
— Это суть души волшебника. Она так и называется — Свеча Сути. У каждого появляется такая при авторизации. Ее нельзя отнять или уничтожить. Если клятва принесена не искренне — огонь не загорится. Обычно клятвы приносят частично, тогда свеча сгорает не полностью. Это происходит, когда волшебники вступают в какие-то альянсы друг с другом. Если приносится Клятва полного подчинения — пути назад нет. У принесшего — свеча сгорает, а у принимающего — увеличивается. Таким образом, если тебе приносит клятву волшебник, у которого уже кто-то есть, ты начинаешь владеть всеми. Кстати, а где твоя свеча?
— А у меня ее нет и никогда не было. Наверное, меня нельзя подчинить.
— Когда я поняла, что в тебе есть Зеленое, я подумала, что ты просто не авторизован, это и сбило меня с толку — ведь по-другому не бывает. Вернее, до тебя не бывало.
— У меня есть другая свечка, — по-солдафонски гыгыкнул я и навалился на своего нового адепта. Обожаю кончать внутрь.
Когда мы успокоились, она продолжила расспросы:
— А кто были твои адепты в другом мире? Женщины?
— Да. Там вообще магами могли быть только женщины. Кроме Черных и Красных.
— И ты их брал также как меня?
— Да. И даже полнее. Перед тем, как уйти, у меня должны были появиться шестеро детей по одному от каждой из них.
— А как Адепты общались друг с другом? Наверное, ревновали?
— Нет. Они были со мной и друг с другом единым целым.
— Мне это пока чуждо. Я не представляю себе, что я буду чувствовать, если у тебя вдруг будут другие женщины.
— К сожалению, по-другому невозможно. И никакой ревности быть не должно — иначе я могу погибнуть. Но это не «другие женщины», это, также, как и ты, будут части меня. Вернее, мы все вместе будем неким единым организмом или, скорее, единой субстанцией. И чувства во многом будут общие. А в таком раскладе — не может же одна рука обижаться на другую.
Она спрятала голову на моей груди. Потом подняла на меня глаза:
— Ты владеешь мной, и я принимаю безоговорочно все, что ты сделаешь. Просто мне сейчас это тяжело представить.
На улице начало светать.
Я натянул свою форму.
— Мне пора. Приводи этого Колина в порядок, он нам будет еще нужен. Можешь не церемонится, мне важно скорость.
— Хорошо.
На следующий день мы продолжили наши занятия. Я предложил не ждать вечера, а сразу обустроить нам отдельную площадку в лесу, подальше
