Читаем без скачивания Танец Искры - Ирина Кузяева

На Айрун высадилась армада термитов.

Бесконечная вереница солдат выглядела впечатляюще и пугающе. Колонна воинов в доспехах маршировала по коридору чащи. Ноги равномерно ступали по тропе, ни разу не сбившись с заданного ритма, и этот мерный грохот буквально завораживал. Это была поистине впечатляющая демонстрация силы.

Там были сотни и тысячи вооруженных воинов, их грубые башмаки поднимали целые тучи пыли. Лица покрыты непроницаемой мрачностью, что казалось, тоже закрыты латами.

Большие копья вздымались вверх, словно лес окованных серебряным железом деревьев. Впереди армии выступала конница из нескольких сотен термитов. В середине ехала позолоченная карета с роскошной отделкой из перламутровой кожи. Там находилась молодая королевская чета, которые покинули родительские земли для захвата собственных территорий.

Далее двигалась кавалерия, за ними на цепях тащились рабы с тяжелыми корзинами за спиной. Они походили на серое, дрожащее и истощенное стадо, подгоняемое хлыстами погонщиков. Третью колонну составляли основные силы пехоты.

Они безостановочно выступали из леса на открытое пространство, намереваясь разбить лагерь. При виде такой мощи, охватывал ужас.

— Цыкните, убью! — злобно прошипел арахан в сторону муравья и искры и угрожающе замахнулся острием передней лапы.

Лантэн загородил Фиолу и решительно произнес:

— Значит, нам терять нечего! А вот вам…

Муравей почувствовал страх врагов перед термитами. Оно давало преимущество, тонкое и хрупкое, но все же с возможностью на спасение. От слов Лантэна глаза арахана налились бардовыми красками.

— Зард, остынь! — тихо, но твердо обратился ос к пауку.

Арахан сплюнул под ноги Лантэну и отошел в сторону.

— Мы не будем вас трогать, — теперь ос говорил с бывшими жертвами, — не шумите и скоро каждый из нас пойдет своей дорогой.

— Какие гарантии, что вы нас отпустите? — не отступал Лантэн, зная коварство паучьего племени, а с оса станется и стрелу в спину пустить.

— Даю слово!

Лантэна это не устраивало. Слово оса, данное не соплеменнику, не имело никакой ценности. Муравей помотал головой, усики нервно подрагивали, выражая недоверие.

— Подумай сам. То, что внизу угрожает нам всем. Наши кланы в опасности. Мы должны предупредить свои деревни, нам некогда с вами якшаться.

— Как вы собираетесь предупредить своих? Ведь для этого вам надо пробраться через целую армию, — с недоверием спросила Фиола, отходя в сторону от края, чтобы ее ярко бликующие крылья в лучах заходящего солнца не привлекли не нужного внимания.

— Это не твоих крыльев дело, летунья! — рыкнул Зард, стиснув зубы от злости.

Ему очень хотелось свернуть шеи недомеркам из-за Серогорья, позволившим себе наглость прийти на его территорию и теперь диктовать свои условия. Их смерть могла решить свалившиеся проблемы, одна загвоздка — по-тихому убить их не получалось.

— Паук, оставь свои дикарские замашки при себе, ты не в том положении, чтобы хамить, — вспыхнул Лантэн.

— Тихо! — остановил перепалку ос. — Разведчики карабкаются сюда.

От страха у всех перехватило дыхание. Скоро их могли обнаружить и либо убить, либо возять в рабство. По слухам, рабы у термитов были живы, пока приносили пользу, потом их съедали.

— Здесь в скале расщелина, можно попробовать спрятаться, — сказал арахан товарищу, — только вот что с этими делать, Влакс?

Они отошли в сторонку и зашептались, арахан при этом недовольно хмурился, затем демонстративно отвернулся, а ос подошел к искре и муравью.

Фиола и Лантэн напряглись, готовые к любому повороту событий.

— Ладно, я расскажу, как мы собираемся выбраться, — шепотом затараторил взволнованный ос, — как только стемнеет, мы можем спуститься незаметно вон по тому краю, там проходит узкая расщелина до самой земли, — он показал в сторону, где гряда камней широким выступом способна была загородить беженцев, — потом через чащу доберемся до своих. Обещаю, что вас не тронем, если будите тихо себя вести. Если надо, поможем ночью незаметно перебраться на вашу сторону, и вы спокойно предупредите своих о грозящей нам всем беде.

Влакс говорил все тише и тише, судорожно поглядывая на медленно приближающихся термитов.

— Поклянитесь оба честью клана, что никогда в жизни не причините нам вреда, — твердо потребовала искра.

Лантэн согласно кивнул.

— Да я вас…

Ос едва остановил разъяренного друга, сказал пару слов, после чего они оба принесли клятву, нарушить которую им не позволяли традиции кланов.

За выступ ухватилась рука термита в кожаной перчатке.

Глава четвертая

Следопыт и разведчик поднимались вверх по горе к площадке, откуда просторы чащи были видны, как на ладони. Первый, забравшийся на выступ, принюхался:

— Здесь подозрительно пахнет, — его сиплый голос, сопровождался страшным горловым клокотанием.

К нему быстро присоединился второй:

— Рабами…сладким и падью. Снизу пришли запахи, ничего необычного.

— Здесь расщелина.

— Слишком узко, в доспехах не пройти.

— Прысни ядом, — прощелкал разведчик и отправился к краю выступа, доложить командованию, что наверху чисто.

Оставшийся термит снял шлем, обнажив чудовищный лик: черная и блестящая кожа, словно крылья жука; лысая голова изъедена кожными складками; огромные глаза, лишенные век; белки усеяны многочисленными лопнувшими сосудами, отчего они, казались налитыми кровью; огромный приплюснутый нос выделялся необычными размерами. Солдат принюхался в последний раз и выплеснул из колбы струю вонючей жидкости в темное ущелье. Резко запахло хвойной смолой.

Облака над головой все еще сияли в последних отблесках заката, но вскоре солнце село и вокруг стало быстро темнеть. Солдаты остались на выступе с дозором, переменно сменяя друг друга на посту.

Под деревьями ночная тьма уже опутала все своими щупальцами. Тут и там мерцали похожие на драгоценные камни костры. В центре лагеря термиты разбили большой шатер для королевской пары. Вокруг расположились палатки поменьше. Вскоре суета лагеря прекратилась. Огни костров умерили свой пыл, бодрствовать остались лишь дозорные. Воины спали чутко, готовые в любой момент броситься на защиту королевы Дарши, не жалея жизни. Ее величество вела свои войска к победе, завоеваниям. Скоро ее владения будут поистине огромны, а щедрая рука темной королевы Дарши достойно наградит тех, кто верно ей служил.

Под куполом Толуса пожилой стражник с вечерним обходом закрывал последнее окно.

— Что такое? — он сощурил глаза, не совсем доверяя старческому взгляду.

Вдали он заметил, что небо заволокла темная стена, клубами взмывавшая ввысь, принимая причудливые формы. Даже неопытный муравей сразу мог определить — это пожар. Огнем охватило большую часть за Серогорьем.

— Неужели горит чаща? — вслух размышлял мурмицин. — Не похоже. Пожалуй, лучше доложить королеве.

Он резко развернулся и натолкнулся на нож. Лезвие вошло прямо в сердце, по телу побежали теплые струйки. Последний блик света в глазах и муравей упал на пол, успев только удивленно произнести:

— Ваше свет…

Убийца подошел к стене, дотронулся до скрытого механизма, и стена с шуршанием камня о камень сдвинулась в сторону. Он затащил в возникший проем убитого стражника и убрал следы крови.

Затем прошел к окну, выходящему к чаще, полюбовался на убегающий вверх черно-серый знак будущих перемен.

— Скоро…скоро все переменится…скоро весь Толус будет у моих ног.

Последнее окно муравейника плотно закрылось, превращая город в неприступную скалу, за стенами которой скрывались свои тайны.

Пещера внутри оказалась не очень просторной. Узкий лаз заканчивался небольшой пещеркой, прохладной и темной. Фиола очнулась от того, что Лантэн хлопал ее по щекам. Искра, не сразу поняла, где находилась. Память возвращались постепенно. Она вспомнила, как они спрятались в пещере от термитов. Зарду пришлось труднее всех протиснуться в узкий проход с его широкими паучьим задом. Он довольно забавно сучил своими остроконечными ножками по каменному полу, и Фиола посмеялась бы от души, если бы не смертельная опасность, грозившая им всем. Искра вздрогнула от омерзения, вспомнив, как помогала тянуть Зарда за мохнатую лапу, увлекая его в спасительный полумрак в скале. Они скрылись в пещере как раз в тот момент, когда первый термит показался на выступе. Фиола и Лантэн забились в самый дальний угол, а Зард с Влаксом остались у входа.

Когда солдаты остановились у лаза в пещеру, все затаили дыхание и боялись пошевелиться. Услышав, что термиты не будут проверять их укрытие, расслабились. И зря! Ведь яд следопытов смертелен. Во время сражения они прыскали в противника токсином, который парализовал жертву и медленно отнимал жизнь. Воины не избавляли от страданий раненых, а бросали неподвижное тело на долгие часы мучений.