Читаем без скачивания Танец Искры - Ирина Кузяева

— Этим мы нашим сородичам не поможем. Лучше, давай проводим их души на покой в лучший мир.

Влакс опустился на колени и, закрывшись ладонями, заплакал. Среди убитых покоилась вся его семья — родители, брат и любимая. Молодой арахан своих родных не нашел, а это значило одно — рабство. И неизвестно, что лучше: мучительная смерть или бесправная жестокая зависимость.

— Зард, идем, надо оказать почести погибшим, я помогу тебе, — Лантэн, сочувствуя, положил ему руку на плечо, — Фиола, побудь с Влаксом.

Искра понимающе кивнула и осталась рядом с осом, пока паук с муравьем ушли возводить погребальный костер. Она не знала как себя вести и неловко мялась возле Влакса, вздрагивающего от всхлипываний. Фиола чувствовала неуемную боль и горе, ей хотелось хоть как-то облегчить его страдания, но она боялась, что молодой воин воспримет ее утешение, как жалость или оскорбление. Поэтому она просто села рядом и взяла оса за руку, крепко сжав его ладонь. Искра хотела сказать несколько утешительных слов, но запнулась, заметив среди дыма и летающего пепла две темные фигуры, которые уверенной походкой приближались к ним. Впервые мгновения Фиола подумала, что это возвращаются Зард с Лантэном, но вскоре поняла, что ошиблась. Оба незнакомца передвигались на двух ногах, их массивные фигуры приближались с уверенностью воинов, сильных и беспощадных. На головах угадывались конусообразные шлемы, из-под которых доносились клокочущие звуки.

— Влакс, надо уходить, — Фиола потянула за руку оса, но безуспешно.

Юноша продолжал отрешенно смотреть на пыльные мыски сапог, крепко вцепившись в ладонь девушки. Искра пыталась растормошить, растолкать оса, но он словно впал в прострацию, затаился внутри телесной оболочки, никак не реагируя на внешние раздражители. Один из термитов уже был рядом. Он раззявил пасть в мерзкой ухмылке. Воин выглядел поистине огромным и широченным, словно гора. У него была отвратительная сероватая кожа и налитые алым пуговки-глазки. На груди и на плечах шарами вздувались мускулы. В левой руке он держал круглый щит, в правой — короткий меч с зазубренным лезвием.

Искра тянула Влакса, умоляла очнуться от забытья. Термиты остановились рядом и живо клокотали на своем языке, решая, что делать с найденными экземплярами. Затем они подошли ближе и один из них пнул сапогом оса, другой убрал меч и потянул свои грубые руки к искре. Девушка поняла, что задумали термиты, внутри все похолодело от ужаса.

Фиола закричала.

Сзади уже бежали на выручку Зард и Лантэн. Термиты, заметив подкрепление, радостно застрекотали, и один из воинов двинулся к ним навстречу, громко и устрашающе рыча и, что есть силы, грозно размахивая своим мечом.

Солдат, схвативший Фиолу, не стал терять времени и покрепче обнял брыкающуюся девушку. Ее сопротивление только больше раззадоривали термита. Удовольствие от утехи портил Влакс до сих пор сжимающий руку искры. Солдат вытащил меч, собираясь перерубить кисть оса, замахнулся и со всей силы рубанул по конечности юноши. В полете оружие встретило препятствие — Фиола подставила крыло под лезвие. Боль обожгла девушку, и она снова закричала, надрывно и со злостью. За спиной настойчиво загудела секира.

От крика в себя пришел Влакс и, быстро оценив ситуацию, смог натянуть тетиву лука и выстрелить. Термит резким движением вскинул руку со щитом, отразил стрелу и бросился на оса, прежде чем тот успел выстрелить ещё раз. Сплетясь руками и ногами, они покатились по земле. Чудом Влаксу удалось вывернуться, он вскочил на ноги, обнажив короткий меч. Термит взревел и атаковал юношу. Ос едва увернулся и невольно вскрикнул, когда меч просвистел у правого уха. Крутанувшись волчком, он сделал выпад в сторону врага, слегка ранив в бедро. Термит вскипел, обнажая огромные клыки в беззвучном рычании. Он взмахнул мечом, скользнул лезвием по оружию противника, вышибая сноп искр. И ожесточенно стал наносить серию рубящих и плоских ударов. С какой-то безумной силой и яростью он упорно теснил врага к развалинам дома.

Рядом доносился звук битвы с другим термитом. Зард, ловко отскочив в сторону и присев, сделал подсечку заточенной стороной лапы, чуть не подрубив термиту колени.

Солдат подпрыгнут, парировал новый удар, лишь на мгновение потеряв равновесие, одновременно отбивая удары копья Лантэна щитом. Арахан снова бросился на врага, стараясь нанести более сложный удар. Опытному воину удавалось блокировать все удары нападающих, но лицо у него было весьма напряжённым и сосредоточенным. Он начинал уставать. Противники не сдавались, самым безжалостным образом продолжая схватку, удар за ударом, выпад за выпадом, блок за блоком…

Фиола в растерянности наблюдала за жесткой схваткой, понимая, что Влаксу одному не справиться, он уже сдавал позиции, едва успевая отражать яростную атаку. Но что она могла сделать, неопытная, испуганная.

Влакс пропустил сильный удар, закричал и согнулся пополам. Из раны на животе ручьём текла кровь. Его противник радостно взвыл, предчувствуя близкую победу, и поднял свой меч, желая нанести последний, смертельный удар.

Леденящий душу вопль вырвался у Фиолы, и она кинулась на термита, стараясь выцарапать ему глаза. Воин от изумления замер на месте, потом развернулся к девушке и замахнулся мечом. Фиола присела, уклонившись от удара, затем распрямилась и что было сил, провела ногтями по мерзкой роже термита, оставляя на ней красные полосы.

Физиономия воина исказилась от ярости.

Он снова замахнулся мечом, но опять промахнулся — Фиола отпрыгнула и бросилась бежать, петляя между горелыми остатками домов.

«Самое главное, — думала она, — увести эту тварь подальше от раненого Влакса».

Термит помчался за ней, громко топая тяжелыми башмаками и позвякивая латами.

Искра нырнула в узкий проход между двумя остатками стен, и поняла, что попала в тупик, в нерешительности остановилась. Проскользнуть назад ей не удалось бы: термит уже загородил выход. Он медленно и неумолимо приближался к Фиоле, а она затравленно пыталась отыскать хоть какую-нибудь спасительную щёлку.

За спиной снова загудела секира. Искра вытащила оружие и покрепче обхватила рукоять, решив, что не сдастся мерзкому термиту без боя. Сосредоточившись на враге, она не замечала, как ее тело наливалось энергией уверенности и силы от боевого топора.

И тогда, глядя прямо в лицо приближающейся смерти, она вспомнила груду мёртвых тел на центральной площади Тхена. При мысли о погибших в душе Фиолы пробудилась такая свирепая ярость, что, казалось, она вот-вот взорвётся. Это было не просто желание отомстить, восстановить справедливость. Нет, все ее существо восставало против самого факта смерти — против того, что по прихоти такого вот урода и она, Фиола, тоже может вдруг перестать существовать!

И эта ярость все росла и росла в ней, пока девушка не почувствовала, что погибнет, если немедленно не выпустит эмоции на волю.

Фиола удобнее перехватила рукоять, ощущая, что страх у нее прошёл. Секира стала с ней единым целым, грозным и непобедимым. Невероятная сила так и бурлила в ней, рвалась наружу, и девушка отдалась инстинктам и закружилась в боевом танце под песню своего оружия. Неловко, без грации опытных бойцов, но с уверенностью в каждом движении.

Секира со свистом обрушилась точно в лоб термиту. Брызнула кровь. Тот, даже не успел, понять, что произошло, замертво рухнул на землю. Окровавленное лезвие перестало гудеть, а Фиолу зашатало, мышцы болели от напряжения, но она вполне сносно держалась на ногах, стараясь дышать как можно глубже и спокойнее. Вскоре ее мысли понемногу отделились от таинственного наваждения секиры, и потекли самостоятельно. Они снова превратились в два независимых существа. Ещё через несколько взмахов крыла Фиола почувствовала, что тело вновь ее слушается и существует отдельно от мерцающего легким узором лезвия.

В проход ворвались Лантэн и Зард и замерли перед увиденной картиной.

— Ты не пострадала? — кинулся к перепачканной кровью искре муравей, первым придя в себя.

Фиола помотала головой, при этом ее тело дрожало, словно у больного лихорадкой. Все, что произошло она, воспринимала, будто глядя на себя со стороны и совершенно не ощущая себя участницей только что произошедших событий.

— У тебя крыло перебито, — заметил Зард, указывая на место, куда попал меч мертвого термита.

— Заживет, наверное, — ответила Фиола, даже не глянув на отдающую неприятной болью рану. — Как Влакс?

— Жив, — хрипло произнес Влакс, тихо появившись в проходе и облокотившись на черную от копоти стену. — Благодаря тебе. Ты дважды спасла меня, искра, — немного помолчав, продолжил:

— Сегодня я потерял всех своих родных…Мне незачем жить. Но я не уйду в мир забытья, пока не отплачу тебе долг.

Фиола совершенно не ожидала такого поворота событий, ей не нужно было никаких обещаний от бывшего врага.