Приближаться к людям опасно, всё-таки не все были дружелюбно настроены к диким зверям. Однако так хотелось быть чуть ближе к ним; быть хотя бы сторонним наблюдателем, в то время как внутри всё разрывалось от душевных мук.
Спутник, посланный то ли судьбой, то ли в наказание, был весьма немногословен, будучи постоянно погружённый в свои мысли. Но он всегда следил за тем, чтобы лисица была в его поле зрения. Было ли это проявлением недоверия или нежелание потеряться, но Хитоми иногда специально убегала чуть вперёд, чтобы услышать предостерегающее: «Рыжая!»
Впервые за долгое время с ней контактировал человек, поэтому Хитоми старалась не упустить возможность хоть немного пообщаться. Она не знала, как заставить мужчину вернуть ей прежний облик; как вообще ему объяснить, что надо делать? От этих мыслей становилось трудно дышать. Страх, что надежда была напрасной, был таким сильным, что порой хотелось убежать вглубь леса, чтобы больше никогда не смотреть в эти чёрные глаза с тихой мольбой. Иногда, во время привала, Хитоми пристально смотрела на мужчину, пытаясь понять, что он за человек. Он относился к ней не больше, чем к бродячему псу, который увязался за ним по дороге. Вот только иногда он смотрел на неё таким взглядом, будто чувствовал, насколько она одинока, как много боли внутри неё. Иногда ей казалось, что мужчина видел в ней нечто большее, чем обычную лисицу.
Вот и сейчас, нежась под тёплыми лучами солнца, лисица посматривала на своего спутника, который впервые смотрел на неё так пристально. Хитоми ощутила волнение; жар и стеснение вмиг окутали её от кончиков ушей до хвоста.
«Почему ты так пристально смотришь на меня?»
Этот взгляд пробирал до костей. Будь она девушкой, то непременно покраснела бы от смущения. Неожиданно мужчина приподнял руку и приблизил к лисице, как бы давая возможность понюхать его и понять, что он не сделает ничего плохого. Но Хитоми даже дышать перестала, настолько сильно была удивлена. Мужчина слегка нахмурился, а затем осторожно коснулся макушки, слегка поглаживая грязную, слипшуюся шерсть. Хитоми тут же закрыла глаза, стыдясь своего внешнего вида, хотя прекрасно понимала — её вины здесь нет.
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — тихо произнёс спутник, растолковав это движение по-своему.
«Боги, неужели он действительно гладит меня?» — Хитоми даже дышать перестала, боясь, что такая долгожданная ласка прекратится. — «Кажется, я всё ещё не потеряла человеческие чувства и потребность чувствовать себя нужной».
Открыв глаза, лисица, пригнувшись к земле, подошла чуть ближе, тем самым прося новую порцию ласки.
— Иди сюда, рыжая, — усмехнулся мужчина, с лёгкостью поднимая Хитоми и усаживая у себя на коленях.
Первый порыв был убежать, но сильные руки не позволили ей двинуться с места.
— В твоей шерсти застряло много лесного мусора, — пояснил он, принимаясь распутывать колтуны и вытаскивать веточки и листочки.
Первое время Хитоми была настороже, ожидая какого-то подвоха, а затем просто не смогла сопротивляться. Мужчина вечно был таким строгим и недовольным, что, казалось, он не способен на проявление нежных чувств. Вот только осторожные касания доказывали обратное, вызывая бурю эмоций. Греясь на солнышке и ощущая мягкие прикосновения, она сама не заметила, как уснула.
* * *
Весь день мужчина думал о своём клане. Как отец отреагировал на то, что его старший сын пропал? Считают ли его погибшим или ждут возвращения? Он часто уходил на задания, которые длились неделями, а то и дольше, но почему-то именно сейчас внутри было какое-то напряжение. Словно в клане какие-то проблемы, а он вместо того, чтобы помочь решить их, слоняется по лесу, надеясь, что какая-то лисица приведёт его в город.
Взгляд неосознанно опустился на рыжую бестию, пребывавшую сегодня в отличном настроении. Его руки как-то машинально распутывали колтуны, вытаскивая из спутавшейся шерсти лесной мусор. Неудивительно, что лисица была такая грязная, он сам был не лучше: пыль и грязь некрасивыми разводами оседала на коже, а земля и багровые пятна на одежде напоминали о том, какую ошибку совершил по собственной глупости. Бесконечные битвы закалили его характер и увеличили боевое мастерство. Ему не было равных во время сражения, он это знал и упивался собственной силой, наслаждаясь предсмертными криками своих врагов. Вот только не так давно это стало большой ошибкой, из которой ему удалось извлечь урок.
Шутка судьбы или воля богов, но сейчас мужчина был в смятении. Его раны давно восстановились, вот только почему-то в теле до сих пор была слабость. Чакра не поддавалась, она дрожала, словно свеча на ветру, не в силах сконцентрироваться и запылать как раньше. Такое нестабильное состояние нервировало, ведь он не понимал причин. Зато лисица прекрасно понимала, что с ним происходит, вот только поведать не могла. Тяжело вздохнув, мужчина осторожно приподнял животное и положил на траву. Конечности затекли, поэтому было принято решение немного пройтись и очухаться. Совсем скоро они придут в деревню Тёсей, а оттуда он уже сам доберётся до своего клана.
* * *
Жёлтая бабочка с красными вкраплениями на крыльях, которые очень напоминали капли крови, опустилась на нос Хитоми. Ей снился приятный сон, будто она вновь стала человеком, могла общаться с другими людьми, смеяться и жить в своё удовольствие, окружая себя близкими людьми. В данный момент девушка находилась в небольшой комнате, которая напоминала её детскую спальню. Та же небольшая кровать, на которой она собственноручно в десять лет вырезала символы, которые нашла в одной из древних книг в их лавке. На пожелтевшем от старости листе было написано, что эти знаки служат оберегом. Рядом стоял тот же старенький шкаф, в котором она обожала прятаться, когда играла в прятки с отцом. Тот же поломанный стол, на котором лежали её рисунки. Вот только стены были совершенно другие — бетонные, а не деревянные; они были исписаны лишь одним словом: «Убийца».
— Привет, — прошептала она, смотря на мужчину, который сидел на полу и рассматривал стену.
Он дёрнулся, словно не ожидал, что рядом с ним кто-то есть. Повернув голову и посмотрев на нарушителя своего спокойствия, его взгляд неожиданно изменился. Хитоми жадно ловила любые изменения в его мимике, отмечая, что он перестаёт хмуриться и, несмотря на ледяную маску, в глазах читается сожаление. Но почему?
Она не успевает задавать вопрос, что вертится на кончике языка, потому что неожиданно громко чихнула. Открыв глаза, Хитоми поняла, что, к сожалению, это был просто сон. Встав на лапы, она ещё раз чихнула, недовольно посмотрев на бабочку, которая вырвала её из грёз, и осмотрелась.
Мужчины нигде
