Сначала было всё нормально. Ян быстрее меня понял, что произошло и даже пошутил. Позже я попыталась связаться с Кевином, чтобы он проверил компьютерную систему. Да, за лифтом следила компьютерная система. Именно она курировала его состояние и при необходимости блокировала электричество, если надо, и вызывала мастеров.
Перевела на внутренний режим свой коммуникативный браслет и позвонила Кевину:
— Кевин, привет. — начала я. — Я тут в лифте с клиентом застряла…
— И что? Мне затормозить систему, чтобы ты с ним побольше пообщалась? — полушутя, полусерьёзно предложил он.
— А больше ничего для меня сделать не хочешь? — зло спросила я.
— Дарь, ты совсем простых вещей не понимаешь: ты, он в заточении. Романтика… Да, половина наших девушек задушились бы за такую возможность!
— Пусть душатся, а мне нужно, чтобы техники появились, как можно быстрее.
— Ага, понял. Счас посмотрю… — перестал паясничать друг. — Часика через полтора.
— Что?! — не выдержала я.
— А что ты хотела? Лифт антикварный, и единственному технику, занимающемуся такими делами ещё до нас добраться надо, а сейчас на улицах пробки. — бросил Кевин и отключился.
— Нас вытащат через… — хотела повторить я, но меня перебили.
— Полтора часа. Я слышал. — закончил Ян. — А также то, что ваш друг готов задержать систему…
М-да, кажись разговор подслушал, но понял наш юморок не совсем адекватно
— Вы меня в чём-то обвиняете? — осторожно спросила я.
— Ну, что ты! — усмехнулся он. — Просто предупреждаю, что симпатией мы в любом случае не проникнемся.
— Даже не сомневалась. — согласилась я и ответила таким же презрительным взглядом. И потом мы разошлись по разным углам.
Только простояли так, уткнувшись по углам и зло сопя, не больше десяти минут, а потом стало весело
Сначала у Яна на лбу появилась испарина, Онвыругался, ударил по створкам и осел, сжавшись в комочек. Большой, сильный мужик скрутился и дрожал… Зрелище не для слабонервных. И я не знала, что делать. Я смотрела на него — и мне плакать хотелось, ступор накатил и ещё что-то.
Ян дрожал и выглядел так жалобно, а я понимала, что не знаю что делать, чтобы его успокоить…
Но за что я люблю свою голову, так это за то, что в какой бы ситуации я бы не находилась, шарики в моей голове никогда не перестают крутиться. Часто они выдают полный бред, непонятные идеи, задумки, но со временем оказывалось, что всё имело какую-то логическую цепочку.
Вот и сейчас одна бредовая мысля показалась мне весьма здравой. Я снова потянулась за коммуникативным браслетом.
— Кевин, это опять я. — бодро начала я. — Ты не можешь отследить, где поломка?
— Счас. — не спрашивая зачем, согласился парень. — Ой, похоже совсем близко от вас какая-то помеха. Да, она в распределители энергии!
— Угу. Спасибо. — кивнула я и отключилась.
Пятьдесят лет назад мы полностью перешли на энергию Солнца. Маленькие батареи стояли повсюду и от них во все концы шли провода, напоминавшие капилляры…
Так вот, этот лифт также был переведён на альтернативную энергию, поэтому внутри него появился щиток, за которым скрывался этот самый распределитель.
Пара нажатий на заклёпки в определенном порядке — и я его вскрыла. М-да, от датчика шли тоненькие проводочки, то скрещиваясь, то расходясь. Они до безумия напоминали экзотическое кружево…
Так, не о том я сейчас думаю! Мне бы поломку найти… Всматривалась долго и кажется нашла. На одном из проводов слой диэлектрика был практически стёрт. Могла это система посчитать ошибкой? В принципе, могла… Ладно, допустим, но как устранить?
Вспомнилась одна из последних лабораторных с Роном… Там на последнем этапе мы должны были соединить два проводка и нанести изолирующее покрытием. Рон поручил это плёвое дело мне, а сам на пару минут вышел. И я бы справилась, если бы не задумалась и не столкнула баночку с покрытием со стола.
Пришлось обходиться подручными средствами, а именно моим бесцветным укрепителем для ногтей(я его постоянно с собой носила. Без него как без рук: то ноготь во время практической сломаю, то по колготкам стрела побежит, то трещину по-быстрому замаскировать. В общем, применения самые разные). Так вот, тогда я ещё подумала, что консистенция очень похожа на изоляшку. Достала баночку, сравнила состав и обомлела… Оказалась, мой любимый лак на роль диэлектрика подходил идеально!!!
Полезла в сумочку(хорошо, что захватила её из процедурной) и выкладывала её содержимое прямо на пол. Про себя повторяла только одно: «Хоть бы был!»
Так разволновалась, что, натолкнувшись, заорала «Есть!» во всю глотку. Зря, конечно, потому что мой крик слегка оживил Яна. Нет, дрожать он не перестал и из угла не вылез, но смог поднять мутные глаза на меня, что-то понять и сказать очередную гадость:
— Ты отравить нас вздумала?! Зачем тебе лак?!
— Здесь прекрасная вытяжка. Настолько прекрасная, что от пожара можно смело прятаться, не задохнешься, да и сама кабина огнеупорная! — уведомила я о свойствах усовершенствованного многими поколениями агрегата. — А лак мне нужен…
— Зачем?! — прорычал парень. И это стало последней каплей, поэтому недолго думая заявила:
— Ногти красить. Вот спасут нас, а я с плохим маникюром. Не порядок! Стыдно мне будет, а мама всегда учила, что в любой ситуации надо стараться быть на высоте!
— Поздно спохватилась! — вставил Ян.
— Что-что, а начать никогда не поздно! — заявила я и, отвинтив крышку и достав кисточку, полезла к проводам.
— Куда?! — заорал актёр и попытался встать. Я не ответила. Вместо этого активно замазывала «повреждение» и молилась: «Пожалуйста, пусть сработает!»
Сработало! Как только я закончила, а лак подсох, лифт радостно загудел, а я с чувством выполненного долга завинтила крышку и стала собирать с пола свои вещи под непонимающими глазами Яна.
— Что это было? — прошепелявил он.
— Ловкость рук и никакого мошенничества! — заявила я и демонстративно связалась с Кевином:
— Вин, я временно устранила поломку. Там проводок менять надо, слой диэлектрика истончился, вот система и сработала. Я его лаком покрыла — некоторое время протянет. Ты сообщи об этом ремонтникам. Они его сразу найдут: он сверкать от лака будет!
— Что ты сделала?! — в два голоса заорали парни: один на ухо, другой из браслета.
— Лаком покрыла. Отличное изоляционное покрытие, между прочим!
Мы прибыли, дверь открылась. Ян на шатающих ногах вышел. Я — за ним. Вот не нравилось мне его состояние. Но ещё больше не нравилось то, что я не могла понять, что с ним… И это бесило.
