Мне она напоминала героинь детских сказок. Нет, не принцессу. Принцесса на её фоне выглядела как-то мелковато. Слишком ветреной, взбалмошной… Мне же виделась королева. Уверенная, умная, решительная, добрая и немного печальная.
Да ради такой клиентки хотелось выложиться по максимуму! И мы старались… Очень старались, но полный…
Ей не подошёл ни один молодой и не очень молодой человек из предложенных.
Нет, фильмы-иллюзии получились замечательные. Что ни кадр, так картинка к пособию «Как удачно выйти замуж». Да и сама девушка нравилась кандидатам на руку и сердце… Диаграммы их эмоционального спектра просто лучились удовольствием, восхищением и чуть ли не обожанием. Но самой леди не нравился никто. Даже не так. Они-то ей нравились, пока дело не доходило до прикосновений, поцелуев, объятий. Эти проявления чувств воспринимались Агнессой с отвращением.
— Да, она просто фригидна! — заявила мадам Дюваль. Мадам злилась — и её можно было понять. Шёл второй час ночи, а мы с ней всё сидели над расшифровками и не могли ничего понять.
Что-то во мне взбунтовалась против этой формулировки. Так всегда: если тебе с первого взгляда понравился человек, то ты будешь на его стороне, будешь его защищать, пока что-то глобальное не опровергнет мнение о нём.
Поэтому я заново начала просматривать записи эмоционального спектра, снова и снова, пока до меня не дошло…
— Тут фригидностью даже и не пахнет. Отвращение не от прикосновений и не от партнеров. У Агнесс отвращение к себе, словно она совершает измену… — изумлённо произнесла я.
— Не может быть! — выдохнула мадам. — Она не замужем, не помолвлена, одинока…
— А, может быть, влюблена?
— Тогда что она здесь делает?! — вопросом на вопрос ответила мадам Дюваль.
Я задумалась, а потом перенесла ситуацию на себя…
— Но если избранник не доступен. Скажем, женат или помолвлен…
— А Агнесс не желает им мешать, поэтому хочет забыться. — продолжила идею начальница. — Что ж, это вполне объясняет ситуацию и вписывается в её психо-аналитическое досье!
Отлично, прекрасно — ситуацию разобрали, а дальше что?
— Завтра приходи к 12 в мой кабинет. — даёт указание неутомимая начальница. — Это же время я назначу клиентке. Проведём серьёзный разговор, а ты по ходу зафиксируешь, что будешь должна изменить в иллюзиях.
— Хорошо. — кивнула, вынужденная признать, что на данный момент это наилучший вариант.
Не, если я думала, что как только моя спина примет горизонтальную поверхность я засну, то я ошибалась… Глубоко ошибалась! Всю ночь пролежала в тишине, не сомкнув глаз не на минутку, думая о несправедливости… Очень хотелось что-то исправить, как-то починить, изменить.
Вот только жаль, жизнь это не техника… Там проще: заменил деталь — и всё в порядке, всё работает… Хотя и там бывает, что лучше выкинуть и забыть, потому что починка того не стоит.
Почему так сложно-то? Почему?
Кто придумал эти правила игры? И где их узнать? Ведь они же должны быть…
Как-то совершенно внезапно наступило утро. Сегодня я была ранней пташкой, поэтому решила порадовать родителей перед работой собственноручно приготовленным завтраком.
— Чего так рано? — выползла скорее на шум, чем на запах мама.
— Бессонница. — вяло ответила я, продолжая кромсать помидоры для салата.
— Нравится мне твоя бессонница. — улыбнулась мама, поглядывая на поле моей боевой деятельности. А посмотреть было на что: салат нарезался, омлет румянился… — Давай, мы её на подольше оставим?
Мама поулыбалась, поулыбалась, а потом улыбка сникла — и она уже серьёзным тоном спросила:
— Дарин, что случилось.
— Мам, ты веришь в любовь? — почему-то спросила я.
— Не знаю. Сложно сказать, дочка. — почему-то ответила она.
— А отца ты любишь?
— Наверное, да.
— Почему «наверное»? — не могла угомониться, не замечая, что делаю больно.
— Потому что слишком больно любить без взаимности.
— Мам… — только и могла вымолвить я.
— Всё в порядке. — ответила гордая женщина. — Я сама выбрала себе такую жизнь. Сама… И знаешь, не жалею. Всё-таки иметь детей от любимого — небывалое счастье. Хотя тебе бы такой участи не пожелала бы. Если не может быть взаимности, пусть в вашей паре любят тебя.
Мама слабо улыбнулась и вышла. Через десять минут она появилась снова уже бодрая, весёлая, как обычно. Ещё через пять минут подтянулся отец. И началась игра в счастливую семью. Как выяснилась тоже, как обычно.
Слова мамы навели у меня в голове ещё больший бардак, настолько что в кабинете начальницы я сидела совсем тихо, изредка делая какие-то пометки в рабочем блокноте.
А Агнесса рассказывала историю своей жизни. Сначала она смущалась, но потом успокоилась и действительно заговорила. Действительно, потому что и у меня, и у мадам Дюваль сложилось впечатление, что она говорила впервые о своих настоящих чувствах и переживаниях.
Постепенно история увлекла, и я забыла о домашних неурядицах, но лучше бы этого не происходило. Потому что меня обуяла жуткая ярость — я перестала быть собранным и хладнокровным профессионалом, коим должна была быть всегда.
Итак, что мы имеем?
Объект 1: абсолютно одинокая наследница знатного и богатого рода. Причём, богатой наследница стала после смерти какого-то двоюродного дедушки два года назад, до этого у нас была просто одинокая наследница знатного рода(попросту говоря, бесприданница).
Объект 2: друг детства, с которым ссорились, мирились, смеялись, делились секретами… Который был рядом всегда. В самых сложных ситуациях… Поддерживал, возвращал к жизни после смерти родителей. В общем, замечательный друг с одним лишь недостатком: по положению в обществе на данном этапе жизни девушки он несколько ниже.
Отношения между объектами: дружба, перешедшая во что большее… Причём, с двух сторон.
И хотелось бы поставить равно, а не получается… Потому что хоть у наследницы близких родственников — нет, зато хватает кучи приживал, советчиков и доброжелателей (которым желательно рот зашить. Нет, это слишком гуманно. Лучше заклеить… Сейчас же такие составы есть, что расклеить будет нереально). Так вот эти замечательные люди, что-то там поют про честь рода, роль в обществе, долг перед предками. И в общем зашорили девчонке глаза знатно, а ещё на очаровательные ушки макарон навесили.
И топнуть девочке ножкой и головой бодро махнуть, так нет она же слишком хорошо воспитана! Так и зарастает, слушая советы «мудрых дядей и тетей».
Наследница, наследница… А додуматься, что это твоя жизнь и ты её калечишь ради непонятно чего, слабо? Какая роль в обществе, если о тебе вспомнили только после смерти дедули? Какая честь рода, если из этого рода ты последняя и можешь стыдиться только саму себя?
