вправду не слышал, — с сомнением сказала Стефа. — Это всё довольно тихо происходило. Мы просто интересовались, вот и были в курсе.
— Тоже за моими счетами присматривали?
— Кому, как не родственникам, — развела руками Стефа.
— Ну, развлекайтесь дальше, — хмыкнул я.
— Нет, дальше мы не рискнём, — улыбнулась Стефа. — Мы понимаем намёки. Но что это мы о всякой чепухе — ты, наверное, по какому-то делу к нам?
— Дело тоже есть, — признался я, — но оно просто заодно. Ни важности, ни срочности в нём нет. Можешь мне не верить, но я пришёл просто повидаться. Давно не заходил, а сейчас опять полечу в Рифеи и снова долго не зайду.
— Опять в Рифеи? — Стефа снова переглянулась с Ольгой, а в эмоциях проскользнуло что-то непонятное. — Что-то зачастил ты туда. Может, тебе помощь какая нужна?
— Нет, ничего не нужно, спасибо. С проводником мне тогда Анна очень помогла, а сейчас я дорогу знаю.
Они смотрели на меня с непонятным выражением, то ли как на сумасшедшего, то ли как на приговорённого. Я так и не понял, что они себе вообразили и решил, что надо бы пояснить.
— Князь хочет карл под свою руку подтянуть, поручил это дело мне. Полечу договариваться. Ну и новый форпост будем в Рифеях ставить, одного Рифейска мало.
— Однако! — не выдержала Ольга. — Понятно теперь, почему князь не позволяет никому даже глянуть в твою сторону.
— Ольга, я клянусь честью, что у меня нет никаких сомнительных доходов и я не веду никаких сомнительных дел, — с раздражением сказал я. — С чего бы я стал давать князю такой рычаг воздействия на меня? Он же на махинации не просто так глаза закроет, будешь за это подпрыгивать по команде как миленький. Зачем мне такое удовольствие? Никакие деньги этого не стоят. Дворянский Совет не стал у меня ничего расследовать, потому что знает, что там нечего расследовать.
— Ну и заработаешь на этом неплохо, наверное? — спросила Стефа.
Я раздражённо поморщился на привычный уже намёк.
— А почему бы и нет? Князь мне жалованье не платит, с чего бы я стал такими вещами даром заниматься? Я вообще за этим не рвался, только почему-то других желающих заработать не нашлось, вот князь на меня это и повесил. Может, вы желаете заработать? Охотно уступлю этот заработок, у меня других дел хватает.
— Ладно, ладно, не злись, — успокаивающе сказала Стефа. — Если ты действительно сумеешь карл как-то к княжеству привязать, то любой заработок будет заслуженным. Они ведь с наружниками в принципе дел иметь не хотят.
— А к нам-то у тебя что за дело, Кеннер? — спросила Ольга.
— К вам? Да хотел вам небольшой подряд предложить. Нам то самое подземелье здорово мешает. Цеха, которые там сверху были — это просто коробки, а нормальные многоэтажные здания весят сильно больше. Могут и провалиться, пожалуй, так что внизу придётся что-то делать. Укреплять как-то дополнительно, сваи ставить, в общем, нужны люди, которые хорошо камень понимают.
— Можем взяться, почему бы и нет, — кивнула Ольга. — А как ты уговорил Морену подземелье почистить?
— Всё ясно, — после краткого замешательства сообразил я. — Норит опять появился у Анны, она из него всё вытряхнула и доложила вам.
— Доложила, — с улыбкой призналась Ольга. — Так как?
— Да она хотела, чтобы мы с Леной сами с её тварями разобрались, сказала, что сил у нас хватит. Я действительно пару способов придумал, но нам их было не потянуть, она нас сильно переоценила. В общем, она увидела, что мы не справляемся, и сама их забрала.
Они продолжали вопросительно на меня смотреть, ожидая продолжения.
— Ну как, как — просто пришёл к ней и попросил. Она не против была, но с чего-то вдруг решила устроить нам с Леной что-то вроде испытания. Очень была недовольна тем, что мы не справились.
— Похоже, настоящего ответа мы от тебя не добьёмся, — вздохнула Стефа.
Глава 4
Пора было снова лететь в изрядно поднадоевшие Рифеи, но оставалось ещё одно дело. Дело малоприятное, но, к сожалению, обязательное и откладывать его дальше было уже невозможно. Поручение было дано давно, и в любой момент князь мог поинтересоваться: а что там у тебя, Кеннер, с княжеским заданием — какие успехи? Или, может быть, есть какие-то трудности? Ответ, что у меня не было времени этим заняться, князя вряд ли удовлетворит. Вот сейчас я и подходил к резиденции Акила Грека, сам ещё не вполне понимая, что же мне от него нужно.
Ветвь сестры Остромира — матери Акила, — жила практически в противоположном конце города от основной резиденции Греков. Исторически здесь обосновались вассалы Греков — небольшая семья Славских и когда сестра Остромира Грека вышла замуж за одного из Славских, она поселилась у мужа. Её дети и внуки остались жить там же — то ли это говорило о натянутых отношениях ветвей, то ли просто так сложилось. Впрочем, сейчас это было уже неважно — ветвь сестры стала Грек-Славскими и окончательно отделилась, а главная ветвь активно собирала чемоданы.
У ворот уже топтался встречающий.
— Здравствуйте, господин Кеннер, — вежливо поклонился подросток лет шестнадцати. — Мне приказано вас проводить.
Слугой он определённо не был, и это было хорошо — встреть меня слуга, я бы просто развернулся и ушёл. Акил, конечно, сейчас не в том положении, чтобы показывать характер, но кто знает, что там у него в голове творится.
Хотя для ритуала встречи не существовало никаких формальных правил, он был очень важен — именно таким образом хозяева прямо с порога демонстрировали отношение к посетителю и определяли атмосферу визита. Нюансов было много и их очень внимательно отслеживали. Например, у Тириных нас всегда встречала наследница рода Анета и это говорило о том, что нас принимают как близких родственников. У Хомских меня встречала Влада — учитывая наши отношения с Беримиром, это сразу намекало на то, что она наследница Хомских, пусть и не объявленная пока официально. А в данном случае встреча безымянным юным членом семьи показывала приветливое отношение без оттенка угодливости. Как раз то, что нужно — мы не враги и не друзья, и друзьями вряд ли станем, пусть даже с этой ветвью у нас серьёзных трений и не
