Ее саму клонило в сон. Но не вернуться означало признать собственную трусость.
Войдя в комнату, первым делом она заметила, что горит всего одна лампа. Впрочем, Лео добавил дров в камине, так что света хватало. Он смотрел телевизор, но выключил его сразу, как только Фиби переступила порог.
– Как нога? – спросила она.
– Проверьте сами.
Это было дерзко и так естественно с его стороны. Ноги несли ее вперед, а разум кричал: «Остановись сейчас же!»
Нет, она уже не так глупа, чтобы сесть рядом с ним на кушетку. Она встала перед Лео на колени и сняла с его ступни мешочек со льдом. На ступне уже проявились синяки. И красная линия там, куда пришелся угол двери.
– Болит? – тихо спросила Фиби.
Лео поправил носок, натянул его по самую щиколотку.
– Жить буду. – Он подался вперед, положив руки на колени и оказавшись лицом к лицу с ней. – Если вы не против, – начал Лео, – сейчас я вас поцелую.
При этих словах локон волос упал на его лоб. Голос его прозвучал хрипло и низко, отчего по спине Фиби пробежал холодок. Был поздний час, когда казалось, что рассвет не настанет никогда и ночь будет длиться вечно.
Она облизнула губы, чувствуя, как набухают соски, несмотря на теплоту в комнате.
– Совсем не против, – прошептала она, словно поддавшись чьему-то заклинанию.
Медленно, аккуратно, отрезая ей путь к сопротивлению, он обхватил ладонями ее щеки. Его большие пальцы водили по ее подбородку до кончиков губ.
– Господи, как же ты красива, – простонал он, прижимаясь к ней лбом. Она чувствовала жар, идущий из его полуобнаженной груди. Уже не повинуясь ей, пальцы коснулись его кожи, такой теплой и гладкой.
Фиби пьянела без грамма алкоголя. Как долго… Как долго она не касалась мужчины.
– Что мы делаем? – тихо спросила она, понимая глупость своего вопроса.
Лео намотал на кулак ее волосы, притянул к себе ее лицо.
– Узнаем друг друга лучше, – прошептал он. Их уста соприкоснулись. Его губы были такие твердые и уверенные. Что же касается ее губ, то она открывала их широко и отчаянно, отдаваясь огню, что разгорался ниже ее живота.
Между этих губ медленно и томно двигался ее язык. Да, их языки соприкасались, заставляя ее вздрагивать и еле слышно постанывать. Он крепко держал ее голову в своих руках, управляя ей, делая их поцелуй еще более глубоким. От него пахло зубной пастой и мужским дезодорантом.
Он обхватил ее запястья.
– Ты знаешь, что делать, – прошептала Фиби.
– Ты тоже, – томно ответил Лео, придвигаясь к ней. Теперь они сидели совсем рядом, грудь к груди. – Скажи, если мне надо остановиться, – проговорил он. В следующее мгновение он коснулся ее рта губами, руки обхватили ей бедра.
Фиби была в своей обычной вязаной, абсолютно несексуальной пижаме. Но когда его руки протиснулись внутрь, обхватив ее ягодицы, она почувствовала себя самкой в брачный период.
Лео, такой большой и плечистый, казалось, ради женщины может сдвинуть горы. А при этом трогал ее так нежно и ласково.
– Лео, пожалуйста, – прошептала Фиби. – Я так сильно хочу тебя.
В мгновение ока он стянул с нее спальную рубашку. Несколько секунд он смотрел на ее обнаженную грудь, чтобы потом схватить ее обеими руками. Он надавливал, сжимал ее полные груди так, что она впервые за долгое время почувствовала себя женщиной.
Наконец, взглянув ей в лицо, он взялся кончиками пальцев за ее соски и нежно поцеловал ее в нос, щеки и веки.
– Я столько всего хочу с тобой сделать, – признался Лео. – Но не знаю, с чего начать.
Наверное, естественным чувством для Фиби было бы неловкое смущение. Но она не испытала ничего подобного. Кровь кипела в ее венах, пульс барабанил в виски. Этих легких прикосновений недостаточно. Она обвила шею Лео, прижавшись к нему что есть силы нижней частью живота:
– Так придумай же скорее.
Глава 8
Нерешительность Лео не мог объяснить и он сам. Фиби здесь, в его объятиях, томящаяся желанием. Но что-то было не так.
Все было не так.
Выругавшись про себя, он снял ее руки со своей шеи и отошел назад.
– Мы не можем. Я не могу просто взять и воспользоваться тобой. Прошу тебя, надень пижаму.
Фиби безмолвно покорилась, но лицо ее исказила обида вперемешку с недоумением.
– Лео, я не ребенок. И давно сама принимаю решения, – сказала она наконец.
Ему хотелось успокоить эту милую женщину, но тогда придется вновь дотронуться до нее.
– На твой дом упало дерево. Ты нянчишь ребенка, у которого режутся зубы. Последние две ночи ты совсем не спала. При такой усталости твои решения могут быть нелогичными. – Кто, как не он, может это знать? – Я не хочу, чтобы утром ты обо всем пожалела.
Обида уже неприкрыто читалась в глазах Фиби. От этого взгляда сердце Лео сжалось в груди. Но он не мог просто взять и заняться с ней сексом. Не сейчас. Сначала нужно многое ей рассказать.
И вот она стоит перед ним – волосы взъерошены, руки скрещены на груди, будто в защите. Несмотря на это, она кажется такой болезненно уязвимой. И неприлично молодой.
Фиби подняла подбородок:
– Что ж, мы попробовали – не получилось. Значит, отныне каждый живет своей жизнью. У тебя свои дела, у меня свои. Спокойной ночи.
С этими словами она исчезла за дверью.
В комнате сразу стало так холодно и одиноко. Не было ли это самой большой ошибкой в его жизни? Пламя между мужчиной и женщиной не разгорается просто так. В его объятьях она была такой женственной, мягкой, кроткой – той женщиной, которую он представлял в своих фантазиях.
И все же Лео был уверен в правильности решения. Фиби не та, с кем можно просто заняться сексом и забыть. Несмотря на ее видимое желание отдаться ему, Лео знал, что она будет жалеть об этом.
Поэтому единственное, что ему нужно от Фиби, – это доверие. Он должен поделиться с ней своими тайнами. Видимо, как и она. А значит, нужно выждать, когда судьба предоставит такой шанс.
Фиби лежала в холодной кровати, от унижения по щекам ее лились слезы. Какую бы отговорку ни придумал Лео, ясно одно – сегодня ее отвергли. Что может остановить уже возбужденного мужчину, стоящего перед полуобнаженной женщиной? Только его нежелание быть с ней.
Но что происходит на самом деле? Едва знакомый мужчина ранит ее в самое сердце. Разве это повод впадать в отчаяние? Откуда это чувство пустоты внутри?
Как полезно иногда остановиться и подумать. Приходилось, в конце концов, переживать и не такие удары судьбы. Фиби подтянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза. Не нужно делать поспешных решений. Надо посмотреть, что будет дальше.
Утром Лео проснулся поздно. Он был бы рад встать пораньше, но половину ночи он прошагал по комнате от окна до двери и обратно. Если дома не получалось уснуть, Лео всегда шел в душ и удовлетворял себя. После этого нервы успокаивались, наступало долгожданное забвение.
