Вопрос висел в воздухе, накаляя атмосферу. Фиби чувствовала, как рядом с сердцем затягивается узел смущения. А что, если женщины чем-то обидели Лео Кавалло и теперь он попросту поставил на них крест?
– Ладно, забудь, – нарушила Фиби звенящую тишину. – Я все понимаю.
Внезапно Лео встал с кушетки и сделал несколько шагов к ней.
– Ни черта ты не понимаешь, – прохрипел он. Прежде чем Фиби могла отступить, защититься или предпринять еще сотню из возможных действий, он схватил ее за талию, крепко прижал к себе, а свободной рукой обхватил ее подбородок.
Его взгляд проникал в самую душу. Еще секунда, и она отведет глаза в сторону.
– Не сделай ошибки, Фиби, – проговорил он не без угрозы. – Я хочу тебя. И видит Бог, я тебя заполучу. На любой горизонтальной поверхности. Я буду иметь тебя, пока ты ходить не разучишься, слышишь? А до тех пор держи себя в руках. Поняла?
Время остановилось. Как будто кто-то остановил кино с пульта. Все внутри Фиби кричало о помощи. Лео тяжело дышал, его могучая грудь вздымалась и опускалась так же быстро. Когда он схватил ее за талию, она машинально обвила руками его плечи. Теперь это выглядело нелепо. Как и мысль о его болезни. Больной человек не может обладать такой сверхъестественной силой.
Его щеки покрывала щетина. Он мог бы быть пиратом, ковбоем или любым другим героем исторических романов, которые читала ее сестра. В такой близости Фиби буквально вдыхала его теплый запах. А ведь кровать всего лишь в соседней комнате.
Она облизнула губы. Лео не знал, что если бы не его крепкая хватка, она бы уже упала на ватных ногах.
– Что значит, держать себя в руках? – уточнила она и вдруг поцеловала его подбородок. Затем в запястье. Затем в ребро ладони.
Лео сопротивлялся ей. Не физически, а внутренне. Эта борьба четко отражалась на его лице. Но он не разжимал хватку.
Наоборот, он обхватил ее и второй рукой и немного приподнял над полом. В следующее мгновение их губы буквально вцепились друг в друга в сокрушительном поцелуе. Фиби чувствовала, как крепнет в джинсах его эрекция.
Это была страсть в самом грубом ее проявлении. Они набросились друг на друга, наплевав на правила и условности. Как доисторические люди, жившие в этих горах и долинах сотни веков назад. Главный инстинкт плодиться и размножаться затуманил рассудок, лишив всякого смысла нежные слова и предварительные ласки.
– Лео, – стонала Фиби не в силах выразить словами то, что хочет больше всего на свете. – Лео…
Глава 9
Сначала месяцы воздержания, а потом как гром среди ясного неба инфаркт. Лео не знал, как после этого будет вести себя с женщиной его тело. В голове назойливой считалкой звучало: «Поцелуй и все! Поцелуй и все! Поцелуй и все!»
Но эрекция была болезненно крепкой, крайняя плоть горела огнем. Как и легкие, работающие на пределе возможностей. Перед глазами бежали черные точки. Сжимая Фиби в объятиях, он чувствовал себя в раю. Она целовала его без тени смущения, отдаваясь этим поцелуям целиком.
Ее кожа пахла гелем для душа и детским шампунем. Сегодня ее волосы снова затянуты в косу. Лео крепко схватил за нее и потянул. Теперь он мог в полную силу ласкать ее шею.
Он поднял ее выше, так, что теперь ее ноги обвивали ему торс. Оба были одеты, но его твердая эрекция упиралась ей в самое лоно. Фиби казалось, что даже так она может достичь оргазма.
Невероятно, но уже через секунду она как будто отстранилась. Лео продолжал ласкать и кусать ее нежную плоть, но она уперлась ладонями ему в грудь.
– Лео! Ребенок плачет.
С тех пор как сестра оставила сына Фиби, малыш Тедди приносил ей только радость. До этого дня.
Еле держась на ногах, Фиби дошла до комнаты малыша и взяла его из кроватки.
– Рановато ты проснулся, – сказала она со смешком, граничащим с истерией.
Тедди, счастливый от долгожданного освобождения, вцепился пальчиками ей в косу. Ему нужно было поменять подгузник. Вот и причина столь раннего пробуждения.
Лишь потом Фиби заметила отсутствие Лео. Он ушел без куртки, хотя бы в толстом свитере. К тому же сейчас он и сам вырабатывал столько тепла, что верхняя одежда и впрямь была ни к чему.
Почему-то теперь ей сделалось стыдно. Все это происходило только по ее вине. Лео с самого начала вел себя как джентльмен. А она набросилась на него как одичавшая голодная кошка.
Говорят, мужчина не может устоять под пылким натиском женщины. Сегодня не смог и Лео. Но боже, как теперь смотреть ему в глаза? Как вообще вести себя с ним эти два месяца?
Спустя полчаса она покачивала Тедди на коленке, раскладывая на столе щедрые дары из коробки. На полдник подойдет буррито. Он уже готов, остается только подогреть и добавить салат и рис.
Но прошел час и прошло два. Фиби посмотрела в окно не меньше двухсот раз. Куда он запропастился? Что, если ему стало плохо? От этой мысли похолодело внутри.
Лео пробирался через лес, пока не заболели ноги, а в легких не кончился кислород. Было приятно осознавать, что ты все еще в хорошей форме. Он думал о Фиби. Влечение к ней казалось подозрительным.
И Лео знал, дело не только в сексуальном голоде. Фиби проникла в его кровь, как вирус, и теперь представляла не меньшую опасность, чем пережитый инфаркт.
Но как ни крути, решение уже созрело у обоих. Они с Фиби будут любовниками. Вопрос лишь в том, когда и где.
Но прогулка на свежем воздухе дала свои плоды. Туман в голове рассеялся, а значит, можно возвращаться.
Осмотревшись, Лео понял, что стоит высоко на горе. Удивительно, но отсюда он мог рассмотреть трубу на доме Фиби.
Выходит, Люк был прав. Здесь, вдали от цивилизации, человек смотрит на себя по-новому. Его мир не был плох и не был хорош в сравнении с миром Фиби. Он просто был другим.
Не поэтому ли Фиби сюда приехала? Чтобы измениться. А если так, получилось ли у нее? И не скучает ли она по прежней жизни?
Он присел на огромном камне, чтобы отдышаться. Сердце не должно долго работать в таком ритме. Сердце, которое едва не лишило его всего этого. Человеку свойственно принимать все как должное. Но теперь, как единственный выживший в авиакатастрофе, Лео Кавалло чувствовал свой долг перед судьбой.
Да, это он, Лео Кавалло. Владелец текстильного конгломерата, известного в каждой точке планеты. Руки его зачесались, как у закоренелого наркомана при мыслях о дозе.
Он знал, для многих слово «трудоголик» чуть ли не ругательное. Люди слышат «трудоголик» и крутят пальцем у виска или снисходительно качают головой. Но видит Бог, он не видел ничего плохого в своей любви к работе.
В бизнесе Лео отдавал себя целиком.
Сейчас, в декабре, начиналась подготовка к годовым отчетам. Кто проконтролирует весь процесс, пока он наслаждается единением с природой? Время от времени нужно покупать или продавать какую-то часть бизнеса, чтобы снизить налоги. Кто примет верное решение и не упустит момент? Чем больше он об этом думал, тем сильнее нервничал. Вот и давление наверняка повысилось.
